Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Статьи
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
 
 
 
Архив номеров

Главная» Архив номеров» 35 (апрель 2007)» Наш архив» Полуавтобиографические заметки

Полуавтобиографические заметки

Липов Сергей 

ПОЛУАВТОБИОГРАФИЧЕСКИЕ ЗАМЕТКИ

(неофициальная история "Ликбеза")

Часть 1

Недавно меня огорошил (или офасолил - какая удачная шутка, не правда ли?!) "легендарный и единственный", как он себя называет (улыбнись вторично, мой дорогой друг), Редактор "ЛИКБЕЗа" В.В.Корнев. Он достаточно прозрачно намекнул мне, что пришла пора поделиться с (о, замри, читатель!") нашей "доброй паствой", то есть с читателями альманаха "ЛИКБЕЗ", кусочками былых событий, сопереживаний и сомечтаний, сопровождавших начальную - мифическую и легендарную - эпоху становления "ЛИКБЕЗа".

Ну что ж... Я как сейчас помню момент встречи будущих единомышленников. Случилось это ранним морозным, снежным, и я даже сказал бы: льдистым, сентябрьским (пусть будет сентябрьским, если так хочет Редактор, но я-то помню, что шел снег) утром. Я и С.Ю.Левин (конечно, тогда я еще не знал, что это он; я просто подумал: "Какие красивые санки у мальчика, мне бы вот такие!") стояли у подножия большой, очень большой, не меньше Останкинской телебашни (кто ж теперь проверит-то?), ледяной горки. А сверху в это время, отчаянно дрыгая руками и ногами и издавая крики "И-и-и-их!", мчался на снегокате марки "Чук и Гек" будущий Главный Редактор. Засмотревшись на эту диковинку, мы не успели отойти и через мгновение превратились в клубящийся и орущий снежный шар с какими-то странными вкраплениями. Ненароком (можно подумать, кто-то делает это "нароком") мы очутились сначала в ощеренной пасти кузове машины, вывозящей снег за город.

Как всякие здраво (тогда еще) мыслящие люди, мы не растерялись, не впали в уныние, быстро перезнакомились и начали оживленно обмениваться мыслями и суждениями на самые разнообразные темы. Взахлеб (если такое вообще возможно в снегу) мы выяснили взгляды друг друга на современные искусство, философию, кулинарию и на множество других животрепещущих тем. Таким образом дорога на свалку, но, разумеется, не истории, превратилась для нас в приятный эпизод, который привел впоследствии к таким замечательным культурологическим последствиям.

Именно тогда, когда, взявшись за руки, тихой зимней проселочной дорогой мы держали путь домой, в голове одного из нас (не помню уже кого) родилась идея создания чего-то такого, что позволило бы нам троим не кидаться каждый раз в жерло снегоуборочного Молоха, как только возникает НАСтроение пообщаться на некие интеллектуальные и окологастрономические темы. Так появился "ЛИКБЕЗ". Название действительно придумал С.Ю.Левин, а концепция альманаха рождалась, если не в муках, то в совместных полуночных бдениях.

Начальный период творчества "ЛИКБЕЗа", насколько я припоминаю, выглядел примерно так. В перерыве матча по настольному хоккею между командами "Метеор" и "Ракета" (хотя почему-то всегда выигрывала футбольная команда "Асмарал", но тогда это казалось нам совершенно нормальным) и в перерыве между поеданием разного рода съестных припасов, в том числе и вырываемых из пасти хозяйского кота Мити, мы с большой неохотой занимались сочинительством каких-то стихов, рассказов и нравоучительных притч. Все это происходило при постоянно работающем телевизоре с отключенным звуком, но в сопровождении какого-нибудь очередного "Manowar'a". Это, кстати сказать, был явный постмодернизм, и в те самые времена, когда о нем еще никто не слыхивал.

Вопрос об авторстве всего написанного в те золотые деньки решался достаточно просто: бралось старое, ободранное меховое зимнее сомбреро В.В.Корнева, в нем тщательно перемешивались наши вирши и опусы, а потом в произвольном порядке раскладывались по папкам с указанием авторов (Азамат Амбарцумян, Иссидор Вдали, Клин Ефремович Либидо и др.)

Если бы мы знали тогда, о наивные отроки, что однажды придуманные наши "авторы", как джинны, выпущенные из бутылки, начнут появляться на нашем жизненном небосклоне... Но об этом уже в другой раз...

Часть 2

В прошлый раз, дружок, мы простились с тобой в тот момент, когда отцы-основатели, дабы не губить остатки и без того уже подмоченной репутации, приписывали плоды (корнеплоды) своего творчества мнимым авторам-гомункулусам, которые получались методом ментального клонирования. О наивная самоуверенность пубертата!

Однажды в нашу видавшую виды дверь даже не постучали, а скорее дверь сама перед загадочным гостем отозвалась каким-то глухим стоном. “Антикварные”, как думал редактор, засовы с неожиданной легкостью беззвучно раздвинулись и мы, не скрывая своего изумления, как дети Полесья на Слона, смотрели на фигуры незнакомца.

Говорят, что первое впечатление - самое яркое. Я смог запомнить примерно следующее. Странное серое марево косяка (дверного, разумеется) высветило яркое, даже какое-то кислотное пятно. Немного приглядевшись, я понял, что это в принципе мужчина, и одетый преимущественно как мужчина. Производил он довольно интересное впечатление – маскулинный и утонченный одновременно, этакая смесь Рудольфо Валентино и Флиппера. Пахло от него пуговицами и еще каким-то кондовым афродизиаком. Незнакомец представился: “Гектор Бруталинов, наследный принц Амбера, ваша погибель! Да, кстати, где у вас биде? Умыться бы с дороги. Мне.”

Говорил он с каким-то неявным, но явно иностранным акцентом. Забегая вперед, хочу сказать, что ни один из привлеченных нами для экспертизы записи его