Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Статьи
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
 
 
 

Джема Аль-Фна (диптих)

Шульпяков Глеб 

                                     ДЖЕМА АЛЬ-ФНА
                                                                      Диптих
     
                                                                           
1.
     
Магия древних мусульманских городов заключена в том, что через них выражается жизнь человека. Каждый такой город – метафора бытия на уровне ландшафта. Его, бытия, физиология и метафизика, явленная в застройке, топографии. Этот странный эффект мне удалось понять только в Марракеше. Здесь, на краю Африки, на площади Джема Аль-Фна – среди перепуганных и завороженных туристов – под крики музыкантов и акробатов, торговцев – метафора жизни в формах города открывалась, как суры Корана, разом.
      Выход на площадь начинается от Кутубии, главное мечети города. Пространство вокруг лапидарного минарета очищено от торговцев и извозчиков. От попрошаек и жуликов. От  азиатчины. Оно кажется безлюдным и открытым, прозрачным. Здесь легко дышать и видно во все стороны.
      Именно отсюда ты и спускаешься на площадь.
      Джема Аль-Фна! Вечный движок, мотор. Одинаковое действо свершается на ней две тысячи лет, бесперебойно. У тебя жизнь пройдет, другая начнется – а здесь ничего не изменится. Все так же будут стучать африканские барабаны. Все так же будут торговать мясом и хлебом, апельсиновым соком. Все так же будут водить на веревке хамелеона, жечь кострища.
      И все так же будут сидеть вокруг костров люди – и слушать «Сказки тысячи и одной ночи». Те же люди, те же сказки! Так тебе, во всяком случае, кажется. Поскольку люди одеты в джеллабы и кажутся одинаковыми как солдаты.
      Сколько бы ни говорили о «туристичности» Марракеша, довод «против» один, и он бесспорен. Поскольку язык площади – арабский. Что означает: полноценные зрители и участники спектакля – горожане.
      Ну, или те, кто приехал в город из провинции.
      Глядя на то, как кипит и бурлит площадь, я думал о том, что символическая  пара – «Кутубия – Джема Аль-Фна» – представляется идеальной метафорой начала жизни человека. В которую тот вступает чистым, беспомощным. Полным иллюзий, что пути открыты, и они – праведны. Ему еще неизвестно, что все предрешено, и расчислено. И ни один волос не упадет с головы случайно. Что судьба записана «в уголках глаза», просто он ее пока не чувствует. И слепо следует туда, где полно соблазнов, искушений. Страстей и страхов. Наслаждений и ужаса.
      Такова, в сущности, эта пара.  
      И ты выходишь на площадь.
      Укротитель змей дрессирует гадюку, и ты можешь сыграть у мешка на дудке. На поводке водят макаку, гиену. Хамелеона. Цена – копейки, механизм прост. Ты купишь, потом отпустишь – и тварь бежит обратно к хозяину.
      Старухи-гадалки, у них можно не только узнать будущее, но и поменять прошлое. Рядом – слепцы-сказители, арабские гомеры. Вокруг кувыркаются карлики, лилипуты, уроды. Чумазые дети. Завывают берберы. А рядом стригут-бреют, ткут и пудрят. Варят. Жарят. Шинкуют. Отчего над площадью стоит не только вечный шум, но и дым.
      Все это наглядный, осязаемый аналог человеческих искушений. Успехом и славой, легкими деньгами. Мнимым величием. А также аллегория человеческих пороков: чревоугодия, похоти, гордыни.
      Чем кончается жизнь, полная искушений и соблазнов? Человек сходит с ума, теряет рассудок. Попадает в собственный кошмар, в сон. В черные щели переулков, куда стекается толпа – как вода в сточную решетку. И исчезает.
      Там, в густых и вонючих, как борода бродячего дервиша, закоулках темно и страшно. Преисподняя состоит из лавок и лавчонок, полатей и прилавком. Сатана собрал здесь все диковины, рожденные сном разума. И выставил на продажу.  В этом полусне человек проводит еще некоторую часть жизни – а турист часть суток. Человек прячется в собственном кошмаре, как в коконе. Ему хорошо в темных коридорах своего подсознания, своего кошмара. В котором жизнь можно прожить и не заметить.
      А можно пройти насквозь и оказаться на чистом воздухе. Там, за кварталом торговых рядов – далеко за грохочущей площадью, вдали от медины – начинается новая жизнь. Тому, кто прошел расстояние в трезвом уме и здравой памяти, даровано «истинное просветление».
      «Райские сады»: так называются те районы.
      И эта метафора буквальна. 
      
      
                                
                                                     
2.
     
                                                          
«Спутник находится в мертвой зоне...
                                                           ………….находится в мертвой зоне…»
     
     
Марракеш!
      Розовые десны старого города.
      Белые спутниковые тарелки
      зря сканируют небо –
      ни дождя, ни фильма небо им не покажет.
      Погасла черная теле-кааба.
      И город под вечер идет на площадь.
     
      Головы. Головы.
      Головы. Головы. Головы.
      Голос на башне хрипит и стонет.
      Все на молитву! но голос никто не слышит.
      Сотни рук выстукивают барабаны.
      Сотни губ вытягивают флейты.
      Сотни ртов выкрикивают слова –
      и площадь затягивает меня в воронку.
     
      «Что бы вы хотели, мсье?»
      слышу возбужденный шепот.
      «
Quest-ce que vous voulez?» -
     
      Я отмахиваюсь:
      «Не хочу смотреть гробницы Саадитов».
      «Не хочу слушать сказки тысячи и одной ночи».
      «Не хочу пробовать печень хамелеона».
      «Ни будущее, ни прошлое менять не желаю».
     
      «Так что бы вы хотели, мсье
?» -
      не унимается тип в полосатой джеллабе.
     
      «Можешь мне вернуть «я»?» - спрашиваю.
      «Нет ничего проще, мсье!»
      Он покорно опускает веки –
      виден лиловый узор, которым они покрыты.
      «Идем до квартала двойников.
      Тому, кто твой, положишь руки
      на темя  – так, смотри».
      Грязные ладони складываются лодочкой.
      «И все?» - «Все». Улыбаясь, он
      обнажает кривые белые резцы.
      «
Combien? - Сколько?» - «Сколько
      Аллах подскажет сердцу».
     
      Широкая, как жизнь, площадь
      стекает в адские трещины улиц.
      Утроба города урчит и чавкает.
      В темноте на прилавках
      все сокровища мира. Но где
      полосатый балахон?
      Еле успеваю в толпе за провожатым.
     
      «Пришли!»
      Под коврами, в шерстяном капюшоне
      некто уставился в пустой телевизор –
      рядом на ступеньке чай, лепешка.
     
Он подталкивает: «Пора, друг».
      Замирая от страха, складываю руки, и –
      ……………………………………………
      ……………………………………………
      «Я – продавец мяты, сижу в малиновой феске!»
      «Я – погонщик мула, стоптанные штиблеты!»
      «Я – мул, таскаю на спине газовые баллоны!»
      «Я – жестянщик, в моих котлах лучший кускус мира!»
      «Я – кускус, меня можно есть одними губами!»
      «Я – ткач, мои джеллабы легче воздуха!»
      «Я – воздух, пахну хлебом и мокрой глиной!»
       
      Теперь, когда меня бросили одного посреди медины, я с ужасом понял, что я – это они: продавцы, погонщики, зазывалы, нищие, ремесленники, бродяги; что я смотрю на мир их черными глазами; вдыхаю дым кифа их гнилыми ртами; пробую мятный чай их шершавыми губами; сдираю шкуру с барана их заскорузлыми руками; что мне передалась тупая поступь старого мула; то, как зудит лишай на бездомной кошке. Я хотел найти себя, но стал всеми! стою – и не могу сойти с камня…
       ………………………………………….
      В этот момент вспыхивают экраны –
      спутник вышел из мертвой зоны!
      и город отворачивается к телевизору.
      А я застыл посреди базара
      и не понимаю: кто я? что со мной?
      «Мсье!» – слышу над ухом строгий голос.
      Это говорит офицер, патрульный.
      «Ваши документы, мсье!»
     
      - Мне кажется, что я не существую
      - Кому кажется, мсье?
     
     
 * Джема-аль-Фна – средневековая площадь Марракеша, одновременно и рынок, и место традиционных мусульманских представлений.

Добавить коментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.

 Рейтинг статьи: 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.