Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Статьи
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
 
 
 

Философ

Кудряшов Иван 

ФИЛОСОФ
(статья для "Энциклопедии современной жизни")

Что это за типаж такой, современный философ? Зачем он нужен, в чем его реальная и эвристическая польза? И какую картину себе рисует обыденное сознание, услышав это слово?

Философ – именование, фатально неспособное избежать негативных коннотаций (о том в афористичной форме не без грусти расписываются еще античные мыслители, особенно часто Сенека).

Радикальное неприятие (по большей мере, подсознательное и потому часто смешанное с некоторой долей уважения, зависти, любви или страха) философа коренится в том факте, что он Иной, причем решительно иной, а главное, насовсем. Философ, по идее, в любых обстоятельствах, философ – неважно чем он занят и в каких условиях пребывает. Также и перестать быть философом маловероятно, обратного пути нет (если уж не брать в расчет разного рода клинику). Однако, для философа всегда велика вероятность предать философию (т.е. сделать ее служанкой науки, теологии или какой-нибудь работенки).

Дмитрий Галковский очень метко отмечает, что даже артист, поэт, ученый – лишь временно выступают как таковые и гораздо лучше вписаны в социум; единственный близкий к философам социальный тип – это военные. Военные тоже редко перестают быть военными: у них даже семьи по уставу живут, и отношение к гражданским подчеркнуто высокомерное – «гражданские», т.е. «слабаки» (Другой родственной философам профессией являются врачи, но уже не в плане социальном, а скорее в смысле специфической деформации мироотношения – об этом речь пойдет чуть ниже). Подобное родство не случайно – и те, и другие это люди Долга, и те, и другие «помешаны на теме власти и смерти». В этом смысле Философия и ее носители – это социальная проблема. Сама философия критична, она легко разрушает, она отрицает основания и устои, она в сущности индивидуальна и анти-социальна. Направление философии в образовательное русло – не выход, т.к. в итоге только появятся новые «деструкторы». Ведь профессиональный мыслитель – далеко не безобидное явление. Это

человек, который на порядок умнее окружающих, человек, который самим своим бытием ежеминутно, ежесекундно унижает… И как он общается с людьми, человек, потративший годы на овладение интеллектуальным карате? Чуть кто заикнется, варежку раскроет, и философу уже вся мысль ясна, он знает ее окончание и ее туманное для самого говорящего начало [1].  

 Здесь правда необходимо сделать оговорку: в рамках академической традиции преподавания философии ныне в гораздо большей степени распространен безобидный класс именно преподавателей философии (тех, о ком еще Хайдеггер сказал: «Не мыслят, но занимаются философией»), жизнь которых согласована социальными установлениями, а не индивидуально-философскими. А потому философы (т.е. те, кто живет философией, а не болтает о ней пару часов в неделю для студентов) и поныне редкость.

Однако, социум не может и без философии: любая сфера жизни общества (научная, творческая, профессиональная) лишенная контакта с философией превращается в мистифицированное мракобесие и теряет всякую способность к развитию. Более того, в серьезных вопросах и в периоды крайней нестабильности общества только на военных и философов можно положиться, ибо их ценности и мировоззрение менее всего зависят от мирских комфорта и благополучия.

Философия – это занятие не для слабонервных, она ужасает своим предельным требованием, и потому, особо на раннем этапе, становится сложнейшим хождением средь рифов жизни. Вхождение в философию сопровождается неминуемыми и бессчетными кризисами роста, хроническими поисками самоидентификации. Сравнимы ли подобные потрясения с жизнью обычного человека, которому возрастная психология отвела лишь пару таких кризисов (кризис 18-ти, кризис «середины жизни» и, быть может, кризис, вызванный внезапным тяжелым событием – кончиной близких или травмой)? И как отмечает все тот же Галковский – это огромная проблема как Быть философом, т.е. как «Прикоснуться к обжигающему логосу и не сгореть, не покончить с собой, и одновременно не обжечь других, не поджечь мир…» [1].

Что же такое должно произойти, чтобы люди становились философами? И что это значит быть или заниматься философией? Вообще философия – есть нечто чрезвычайно искусственное, противоестественное в квадрате, потому как является таковым уже не в отношении к природе, а к культуре. Иначе говоря, культура является естественной средой, которая окультуривается, осмысливается и символизируется в философии.

Приход к философии, по моему личному мнению, часто проистекает из кризиса самоидентификации, причем именно тогда, когда все традиционные для окружающего индивида общества идентификации потерпели неудачу. Начало философии – это столкновение с травмой, от которой не уйти накатанными способами. Именно радикальное сомнение и рефлексия как основные методы в философии подтверждают, что философ научается проецировать свою травму (ее разрушительное воздействие) во вне – в критическом осмыслении данного; рефлексия же оказывается второй уловкой – вечным бегством от себя и за собой же, в котором нельзя догнать себя, воссоединиться с собой, обрести желанное единство самого себя (также как нельзя Ахиллу догнать черепаху в зеноновской апории).

Однако, само занятие философией – это добровольно-принудительное переселение в «страну идиотов». И проблема даже не в том, что кругом дураки; а в том, что фактически все дураки и философ с ними, только вокруг дураки с самомнением, не сознающие своей ограниченности (идиот – это уже какое-то глумление природы, а идиот с амбицией – это что-то за гранью смешного и грустного, это вселенский трагифарс глумления).

Возникает довольно парадоксальное мнение: В принципе людей нужно не учить философии, но лечить от нее. В таком же духе высказывался еще Витгенштейн, считавший, что философию философ должен изучать как врач малярию, чтобы уметь лечить от нее других и помогать себе. Но давайте не будем себя тешить иллюзией, что должно делать людей счастливыми (еще Фрейд писал: «В задачу творения мира не входило сделать человека счастливым»), и уж тем более идеями о том, что якобы все люди – философы и у каждого своя философия. Суть здесь в другом: стихия мысли и слова, что дана каждому человеку – штука чрезвычайно сложная. Слова могут ранить, идеи могут ломать жизнь и по большому счету как конкретный человек, так и всякая дискурсивная сфера, употребляя язык, играют с огнем. Отсюда как психологические (от невроза до сумасшествия), так и социально-культурные (от кризиса наук и искусств до тоталитарных идеологий и сект) проблемы, решение или предупреждение которых невозможно без философии и философов. Однако, сам философ неизбежно вынужден проникать в эту сферу далее чем другие, дабы познать, дабы уметь помочь себе и другим – платой за это часто становится не только вписанность в социум, но и зачастую личное благополучие, здоровье и душевное равновесие. Именно в этом как мне кажется и состоит сущность философа, его «трагический долг».

И все же если говорить доподлинно о современных философах, то зачастую это странного рода эклектики, которые пытаются все же найти некий компромисс между социальной значимостью и успешностью и своей трагической сущностью…, ну а если что-то там не удается, да и бог с ним (как писал Парамонов: для современного человека нет дилеммы Кьеркегора - ну не пишется Ненаучный Постскриптум к «Философским крохам» ну и черт с ним, Регина важнее).

Литература:

1. Галковский Д. Бесконечный тупик. М.: Самиздат, 1998

Добавить коментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.

 Рейтинг статьи: 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.