Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Статьи
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
  • Завод предлагает: воздухосборники из нержавеющей стали г. Анапа
 
 
 

"Вечные" сюжеты (статья)

Соколов Владимир 


Есть произведения, поразившие шумом и блеском умы современников, и бесследно сгинувших в безмолвии времен. А есть такие, которым уготована жизнь долгая, чтобы не сказать вечная. Их читают и перечитывают, обсуждают и комментируют, инсценируют и экранизируют. А помимо этого они живут своими персонажами, шутками, сюжетами. Живут в других произведениях, анекдотах и пересказах. И даже попса и реклама, ни на что, кроме сиюминутно привлечь к себе внимание не претендующая -- это не более чем переиначивание и приспособление к уровню ниже пояса давно известного и прославленного. О жизни таких произведений и рассказывает данная статья.


"Роман об Александре Великом"

Роман об Александре Великом -- это собственно говоря не роман в современном смысле слова, а коллекция легенд и анекдотов о жизни и подвигах прославленного полководца с весьма сомнительной художественной ценностью, однако настолько популярная, что ставит под сомнение способность человечества сохранять в памяти только великое и достойное. Роман был популярен в основном в средние века, но и новое время ему отдало и продолжает отдавать незаслуженную дань.

Уже при жизни имя Александра обрастало легендами, чему в немалой степени содействовал он сам, таская за собой в обозе целую кучу историков и философов. Самым известным был Каллисфен, над которым уже изрядно потешались современники. Например, он описывал, как в Киликии (совр. Турция) расступилось море, чтобы пропустить войска Александра. Другой историк, Онесекрит рассказывает, как на смертном одре царю явилась Талестрис, мифическая царица амазонок. Лисимах, один из полководцев Александра, а потом диадохов (царей, разорвавших на куски его державу), лично присутствовавший при смертном ложе, слушая этот отрывок изумился: "А где же я был в это время?"

Тем не менее из многочисленной рати непосредственных очевидцев александрова похода ни одно описание анналы истории не сохранили. Позднее его жизнь была описана Аппианом, Плутархом, Дионисием Галикарнасским. Эти описания и послужили основой наших сведений об Александре. Все же и труды фантазеров также не пропали даром. Где-то в III в уже нашей эры возник "Роман об Александре", как раз приписываемый Каллисфену. Но поскольку Каллисфен умер раньше своего повелителя, а роман пестрит событиями из посмертной истории царя, историки называют неизвестного автора Псевдо-Каллисфеном.

Роман был написан на греческом языке, и с него уже делались многочисленные переводы на армянский, сирийский, еврейский (Hebrew) и др. языки позднеантичной ойкумены. Поскольку в то время такое понятие, как аутентичность текста еще не было изобретено переводили кто во что горазд, не останавливаясь перед сокращениями и расширениями, а также вставкой живописных подробностей, ускользнувших от свидетелей событий. Особенно старались восточные "переводчики". Роман расцветился волшебными историями и чудесами, к полководцам и противникам Александра добавились сирены. кентавры, грифоны и прочие фантастические существа.

Именно с восточных версий был сделан и древнерусский перевод, сохранявший популярность и в XIX веке, правда, все больше в мещанской и купеческой среде, где долгими зимними вечерами, собравшись у лучины пацаны и взрослые с захватывающим вниманием слушали о подвигах греческого царя. "Роман об Александре", правда в форме сказки, входил в круг излюбленного чтения (вернее слушания) наших сибирских авторов Потанина и Гребенщикова.

Восточные версии романа нашли многочисленное переложение на Востоке. Известна даже монгольский вариант романа, в котором македонский царь пьет кровь и изо лба у него растет рог. Один из эпизодов романа вошел в Коран, другие эпизоды были пересказаны в "Шах-намэ" и до сих пор в составе поэмы читаются в иранских, афганских кишлаках под дурманящий аромат анаши. "Роман об Александре" был переработан одним из величайших восточных классиков Низами ("Искандернамэ") и в свою очередь стал источником многочисленных влияний и подражаний в восточных странах.

На латинский язык роман был переведен Юлиусом Валерием под названием "История Александра Великого" в IV веке и с этого момента пошло увлечение и наслаждение романа в западных странах, где он был переведен на все европейские языки, переиначившись на рыцарский лад, и став одним из знаменитейших куртуазных романов, где рыцарские подвиги Александра перемежались с галантными приключениями царя в объятиях восточных красавиц Роксан и Зюлееек.

Разумеется, церковь не могла одобрять аморальные аспекты романа и как могла противостояла им, в том числе и на литературной ниве. Так, где-то в сер. XII века немецкий монах Лампрехт переработал роман в благочестивом виде, где Александр несет заблудшим восточным овцам свет христовой истины. Были и замечены в этих сочинениях и некоторые позывы к истине. В английской книге "Войны Александра" царь изображается как богатырь, сотнями валящий противников, но гордыня не спасает его от краха, ибо он игнорирует божью благодать. Другой монах, уже французский Александр де Берней, правда, отдавая должное подвигами Александра по типу Геракла или аргонавтов, перемешал эпизоды романа с историческими сведениями из Плутарха, Аппиана и устранил по возможности все чудеса и волшебства.

В XVI веке Амио переводит на французский язык "Жизнеописания" Плутарха, в том числе и А. Македонского. С этого времени именно Плутарх становится главным авторитетом по жизни Александра, отодвигая популярность "Романа об Александре" в народные малообразованные низы (правда, еще в 1600 в школьном английском учебнике латинского языка приводятся эпизоды из "Романа"). "Роман об Александре" становится объектом изучения литературоведов и историков, покидая читательский уровень.

XX век с его кино и экранизациями не мог пройти мимо фигуры Александра. Невозможно упомянуть все их. Экранизации Р. Россена (1956), Т. Ангелопулоса, О. Стоуна с массой голливудских звезд (2004) -- самые известные. Характерно, что если ранние экранизации базировались на Плутархе и Аппиане, вернее на исторических биографиях, основанных на этих античных авторах, но новые экранизации уже не брезгуют и "Романом об Александре", ибо строгая классика не дает нужного размаха фантазии, подкрепленной возможностями компьютерной графики.

А уж поп-культура та буквально ухватилась за "Роман". В песенке группы "Айрон Майден" "Когда-то во времени" отец Александра поет под завывания тяжелого рока: "Сынок, требуй для себя другого царства, ибо то, которое я тебе оставляю, явно маловато для тебя".


Легенда об Иосифе и его братьях

Легенда об Иосифе входит в одну из книг Библии (Genesis) как ее составная часть. В ней рассказывается, как братья хотели его погубить, но он чудом спасся, достиг высокого ранга в Египте, а, потом, когда братья в силу обстоятельств оказались в его власти, простил их.

Хотя Иосиф, как полагают некоторые исследователи, вполне мог бы бить историческим лицом и даже устанавливают примерные даты его жизни и деятельности, тем не менее сама история имеет глубокие фольклорные корни. В частности, многие сюжетные ходы воспроизводят знаменитую древнеегипетскую повесть "Сказка о двух братьях". Как и в повести Иосиф был оклеветан безответно влюбившейся в него женой хозяина (в повести брата) и попал на зону.

В свою очередь сама легенда об Иосифе, как впрочем и большинство библейских сюжетов, стала непрекращающимся источником литературных сюжетов и подражаний. Она занимает весьма почетное место в т. н. раббинистической литературе: то есть многочисленных повестях, рассказах и романах, иногда фольклорного, иногда литературного (авторского) происхождения, написанных еврейскими авторами по мотивам Библии и Торы. В этих рассказах Иосиф трактуется как пророк и прекраснейший из людей, прямо совершенство, как в физическом, так и в моральном смысле.

Давно подмечен ряд сходных черт между легендой об Иосифе и Иисусе Христе, поэтому Иосиф рассматривается как один из святых во многих восточных церквях, в частности, армянской, и его образ стал одним из излюбленных в восточнохристианской иконописи. Легенда об Иосифе перешла в ислам, где его также почитают одним из пророков.

Естественно, не могли пройти мимо взгляда алчных до женской красоты служителей пророка поползновения на целомудренность прекрасного юноши неверной жены. Наиболее известна на этот сюжет поэма Фирдоуси об Иосифе и Зюлейке, вошедшая в его "Шах-Намэ". История эта рассматривается мусульманами не просто как любовная история, но на нее навешивается глубокий теологический смысл: она должна символизировать любовь между богом и душой. В этой истории, кстати, Иосиф соединяется с неверно оклеветавшей его Зюлейкой, которая после смерти мужа и многолетнего бомжевания, не потеряв ни грамма своих женских прелестей, была опознана достигшим могущества Иосифом и прощена им.

В западной литературе интерес к истории Иосифа то был громадным, то пропадал. Последний всплеск моды на этот сюжет приходится на время между двумя мировыми войнами. Прежде всего поражает своим размахом монументальный роман Т. Манна "Иосиф и его братья". Между прочим одним из источников для романа писателя, послужила интерпретация библейской легенды нашим Мережковским, в котором тот упирает на языческий, даже вавилонский замес легенды. Т. Манн задумал ни много ни мало, как возродить мифологию, как особый взгляд на мир, новую, вернее позабытую систему ментальности в противовес рационалистической ментальности нового времени. Впрочем, этот роман породил за 70 лет своего существования едва ли не столько же комментариев и толкований, как и сама легенда.

Менее известна трагедия латышского писателя Я. Райниса "Иосиф и его братья" (1919), в которой писатель, как говорилось ранее, перед лицом озверелого шовинизма говорит о великом содружестве всех народов во имя любви к человеку и всему человечеству". Пьеса является одной из наиболее ходовых в репертуаре латвийских театров, но, похоже, за пределы этой маленькой прибалтийской страны не вышла.

Современная американо-еврейская писательница А. Диамант (Diamant) в своем романе "Красная палатка" в полном соответствии с духом политкорректности пересказала легенду с позиции Дины, сестры Иосифа, сделав ее главным действующим лицом драмы. Андрью Вебер и Тим Райс, в свое время нашумевшие "Иисусом Христом суперзвездой" поняли, каким дивидендов можно получить на библейской тематике сочинили очередную рок-оперу "Иосиф и удивительное платье многих цветов" ("Joseph and the Amazing Technicolor Dreamcoat"). Правда, критики весьма лестно отзываются об опере, отмечая, что это скорее забавная сказка-фантазия без какого-либо религиозного и философского подтекста. Иосиф в ней представлен мечтателем, который выдумает во многочисленные истории, которые ему якобы снились. Интересно, присутствовала ли там страстная Зюлейка, учитывая, что опера эта все же для детей?

В 1995 история об Иосифе вошла в знаменитый библейский мультсериал, а в видеоигре "Кастелевания: Симфония ночи" Иосиф должен выбраться из колодца, куда его бросили злобные братья и при этом львам на зубок не попасть.


Исландские саги


"Исландские саги" -- это семейные истории, написанные в прозе и описывающие события X--начала XI веков, происходившие в Исландии, то есть вскоре после появления там постоянного викингского населения. Ядро большей части саг составляют действительные события, хотя и расцвеченные яркими цветами северной фантазии. Авторы саг неизвестны.

Исландские саги -- были записаны в XIII -- XIV столетиях и отражают генеалогию родов и их борьбу между собой.

Саги стали неиссякаемым источником исландской литературы. Они, прежде всего язык, послужили строительным материалом для гигантского поэтического труда исландского народа -- Эдда -- коллекции мифологических и этических представлений. Благодаря сагам и Эдде маленький народ, населяющий затерянный в полярных водах остров (его нынешнее население едва приближается к 250 тыс -- треть Барнаула), сохранил в веках свою культуру и, можно смело утверждать, самого себя. Достаточно сказать, что современный исландский язык -- это тот же язык, на котором написаны саги, упорно отторгающий иностранные заимствования и противящийся ненужным изменениям.

Вся исландская литература -- а она у этого маленького народа занимает серьезные позиции в мировой табели о рангах и даже надыбала своего нобелевского лауреата -- базируется на сагах и Эдде.

А с конца XIX века саги начали завоевывать мировой культурный рынок. Дело в том что XIX век открыл мифологию германских и славянских народов. Были найдены старинные рукописи с немецкими, английскими и пр. сагами. И вдруг оказалось, что то что в остальной Европе почти утеряно и приходится собирать по крупицам, так в Исландии это все сохранилось в громадных количествах. Саги были собраны, изучены, переведены на основные европейские языки.

В 1928 году Йоном Асбьерсоном было создано Общество по изучению саг, и в 1933 году его трудами вышло классическое издание на исландском языке всех обнаруженных саг -- "Íslenzk fornrit" (как переводится на русский, не знаю), ставшее стандартом для всех современных переводов. Еще раньше научное издание саг было осуществлено в Германии (1892-1932) на немецком языке и, конечно, с более солидным научным аппаратом. А в 1904-1926 в Швеции было осуществлено издание "Энциклопедии исландских саг" ("Nordisk familjebok")

Саги вошли в общекультурный мировой оборот. Интерес к ним отразился даже в названиях: "Сага о Форсайтах", "Московская сага" и т. д. Широко используется и схема саг: рассказ о жизни семьи на протяжении нескольких, как правило, 3-4 поколений, с обязательным ее возвышением и упадком и упором на предпоследнее поколение. По этой схеме созданы, кроме "Саги о Форсайтах", "Будденброки" Т. Манна, в подзаголовке которых так и стоит "История упадка одной семьи", "Семья Артамоновых" М. Горького, "Семья Тибо" Р. М. дю Гара, "Семья Чураевых" нашего Гребенщикова.

По мотивам одной из популярнейших саг "Ньялс сага", где речь идет о кровавой вражде 2-х семейств в течение нескольких поколений режиссером Ф. П. Фридрикссоном в 1981 году снят фильм "Сага о сожженом Ньяле". Особую популярность снискала музыка к фильму, написанная представителем новой музыкальной волны группой "Пейр". Одна из песен стала настоящим хитом. Правда, в погоне за зрителем все сонги исполняются на английском языке.

Популярность фильма вдохновила его создателей и в 2000 году они создали новый фильм, настоящее красочное шоу "Ангелы во Вселенной". Фильм снят на современном материале, но в его основе лежит одна из сюжетных линий саги о сумасшедшем, который находит обидчика и мстит ему. Фильм получил Европейскую кинематографическую премию -- награду вручаемую по итогам года Европейской академией киноискусства в пику американскому Оскару. Кроме того, в новом фильме использована музыка к фильму 2001 года, расширенная и изукрашенная новыми эффектами и благодаря DVD обретшая самостоятельную жизнь. Снят фильм в 2-х версиях: исландской и англоязычной.

Легко запоминающиеся, красочные сюжеты делают саги, как и Эдду, источником многочисленных пересказов и переложений для детских книг. Сегодня без саг не обходится практически ни одна антология мировых сказок.

Интернет представляет для саг новую сферу популярности. Содержательные и обширные сайты созданы на скандинавских, английском, немецком языках.


Ф. Кемпийский. "Подражание Христу"

Книга эта нечто вроде учебника, написанного для христианина, монаха и аскета, чтобы помочь ему пройти путь святости и помочь в общении с богом. По композиции она представляет из себя свод неких правил, густо настоенных на опыте христиан. В качестве примера приводится жизнь Христа и одним из главных правил христианину советуется тщательно читать Писание и поступать согласно опубликованным там примерам. Книга воодушевлена идеей возможности непосредственного общения с Христом и богом.

Впервые книга вышла в 1418 году на латинском языке, анонимно, что породило споры о ее авторстве, полностью не утихшие до сих пор (вопреки приписки в конце рукописи, хранящейся ныне в Брюсселе: "Не спрашивай, кто сказал, спрашивай, о чем сказано"). Книга сразу же приобрела популярность, причем после раскола западной церкви на правоверную и протестантскую части, последние, хотя и не без некоторых колебаний, приняли книгу, и сегодня точно так же она входит в священный круг их чтения, как и у католиков.

Количество изданий и переизданий этого труда постоянно растет. Если в 1838 году подробный библиографический справочник по "Подражанию" насчитывал ок 400 изданий, то сегодня это число перевалило за 2000. В одном Британском музее имеется коллекция из 1000 изданий. Ученый Де Бейкер приводит такие цифры: книга издавалась 545 раз на латинском и 900 на французском языке.

Одним из первых из новых языков, который удостоил своих читателей радости подражать Христу на родном языке был немецкий (1434), вскоре появился и его французский собрат -- 1447 год, когда еще полыхала Столетняя война. А впервые напечатана книга была на каталанском языке в 1482 в Барселоне. В 1488 в Тулузе был напечатан и французский перевод. Какое значение эксплуататорские классы придавали этой книге, свидетельствует, что в переводе на английский язык участвовала мать короля Генриха VII, того самого, который в борьбе за власть истребил пол-Англии, и бабка Генриха VIII, того самого, что был многих жен супругом и умер от сифилиса. Классно она их научила подражать Христу.

На русский язык самый авторитетный перевод сделал Победоносцевым (1898), который "над Россией простер совиные крыла/И не было ни дня ни ночи/Лишь только тень огромных крыл". И почто все мракобесы так возлюбили кроткого Фому? Что касается Победоносцева, то будучи обер-прокурором Синода и фактически правителем России, он предпринял целую серию священных переводов, чтобы отвратить наш народ от разного рода пагубных идей: от либерализма, до марксизма. Кстати, литературоведы очень высоко оценивают этот перевод, как умелое соединение торжественности церковнославянской лексики с простой и живостью современного русского языка.

Не счесть числа знаменитостей, которые не просто читали книгу, но буквально чуть ли не исследовали на просвет каждую ее букву. П. Корнель в 1651 году написал нечто вроде стихотворного пересказа "Подражания", книгу изучал Ньютон -- это когда он уже отошел от науки и полностью ударился в религию, был знаком с трудом и Лейбниц, но последнему больше нравился корнелевский перевод. Ее читали Уэсли и Ньюмен, первый дочитался до того, что основал новую секту -- методистов -- главным принципом которой как раз и было методичное и регулярное чтение Писания, а второй, будучи архиепископом англиканской церкви, вновь подался в католики. А английский генерал Гордон возил с собой во всех походах карманный экземпляр подражания. В том числе и во время войны в Судане, когда он применил для подавлении движения махдистов тактику выжженной земли.

Наш Николай Васильевич Гоголь совершенно спятил на "Подражании" и рекомендовал его всем и каждому, до того достав своих друзей и доброхотов, что даже всегда лояльный к нему Жуковский на настойчивые просьбы заняться Фомой раздраженно написал, что он де познакомился с книгой, когда еще Гоголь и на свет не появился.

Точно также всем знакомым и незнакомым навязывал "Подражание" А. Мицкевич, утвержая, что в книге содержится вся необхомая для человека мудрость, а то, что пишут ученые, в т. ч. и Коперник -- излишне. "Всякий человек по природе стремится к знанию, но что дает знание без страха Божия?" -- эту фразу из Фомы Адам поместил над рабочим столом в своем кабинете.

Книга оказала влияние даже на такого богохульника как Я. Гашек, который, как показывают его рассказы, весьма был начитан в ней. На рассказ дяди о необходимости целомудренной жизни с настойчивыми цитатами из Фомы, его племянник, студент-балбес, отвечает: "Да надо быть скромнее в желаниях. Когда судили сводню, она сказала: 'Учтите, господин судья, у меня 5 взрослых дочерей, а я всего только одну продала в публичный дом'". "Язычник проклятый," -- откомментировал дядя и выругался отнюдь не в духе Ф. Кемпийского.

Во время Второй мировой войны польское правительство, сбежав в Лондон, отпечатало "Подражание" громадным тиражом и рассылало вместо денег и оружия в оккупированную Польшу и в российские лагеря для польских военнопленных и в Африку и Америку, везде куда политические бури тогда забросили поляков.

В наше время наблюдается невиданный взмах интересов к этой книге. Российский сегмент Интернета предоставляет ее текст всем желающим: на латинском и русском языках. И ведь читают, и даже кое-что пописывают в форуме.


Сервантес. "Дон Кихот"

В июле 1604 года Сервантес продал права на издание "Хитроумного идальго дон Кихота из Ламанчи" (ныне известна как 1-ая часть "Дон Кихота") издателю Ф. де Роблесу, а уже в январе 1605 года книга вышла из печати. Большая часть тиража (ок 400 экз) была отправлена в Америку, но до Перу из-за кораблекрушения едва дошло 70 экземпляров. Тем не менее книга с быстротой степного пожара снискала популярность и уже к августу 1605 года в Мадриде появилось еще 2 ее издания.

Впрочем, еще до выхода в свет роман получил хорошее паблисити. В частности, многие его сцены читались автором при дворе г. Бехарского, где присутствовала как знать, так и представители артистической богемы (известен даже отзыв о книге Л. де Вега). А вскоре книга попала за рубеж, где так же добилась быстрой популярности: уже в 1607 появилось брюссельское издание, а в 1610 -- миланское. Однако из-за неудачно составленного договора автор от своего успеха ничего не поимел.

Популярность романа была так велика, что вскорости появись многочисленные подделки и "продолжения" романа, самая знаменитая из которых появилась в 1614 году и принадлежала, как полагают, некоему Алонсо де Авилланеде. Подделка так задела писателя, что во второй части своего романа он то и дело клеймит позором своего непрошенного соавтора. Другой примазыватель к чужой славе -- Аугустин Санчес -- выпустил сокращенную версию романа (150 страниц вместо 750), которая также не избегла успеха.

Еще при жизни Сервантеса и вскоре после его смерти обе части романа были переведены на основные европейские языки. Так на английском языке Сервантес заговорил в 1612, и Шекспир, учитывая моду на роман, вполне мог читать его, чего не скажешь об испанце в отношении пьес Шекспира, известность которых тогда так и не переползла Ла Манш. Переводы частенько делались, правда, не с испанского, а с французского. Роман при этом рассматривался как собрание приколов, и переводчики не стеснялись добавлять от себя непристойные и фривольные сцены, особенно когда в действие вступал Санчо Панса. Один из таких переводов был назван Ормсби "хуже чем недостойным".

Только в XVIII веке на английском появилось два хороших перевода -- Ч. Джервиса (1742) и Т. Смолетта, хотя в погоне за точностью, они несколько и подсушили искрометный сервантесовский текст. А классический английский текст восходит к переводу Ормсби 1885 года. Несмотря на это, переводы продолжались и продолжаются до наших дней.

Разные эпохи по-разному оценивали роман. Сначала он рассматривался как чисто комический. Начало XIX века в лице романтизма приписало Дон Кихоту героическое начало: правота энтузиаста-одиночки против удушающего здравого смысла. Для реалистов "Дон Кихот" стал социальным романом, а его главное достоинство виделось в правдивом изображении современной Сервантесу Испании.

XX век снабдил идею множеством совершенно вычурных толкований. Борхес написал небольшой роман "Пьер Менар -- автор 'Дон Кихота'" (1939), где главный персонаж слово в слово переписывает роман, утверждая, что он как раз и является его подлинным автором, ибо он видит подлинный смысл произведения, в то время как Сервантес писал свой шедевр бесхитростно, сам не понимая глубин заложенных в нем идей.

"Дон Кихот" не только оказал огромное влияние на литературу, но его образы и сюжетные ходы впрямую использовались писателями. Английская писательница Ш. Леннокс написала роман "Донья Кихот" (1752), где сюжет переиначен под женский персонаж. В пьесе Т. Уильямса "Камино Реал" (1953) Дон Кихот продолжает свои подвиги, но уже бросаясь не на ветряные мельницы, а на грузовики и бетономешалки. А в романе "Дон Кихот: что за сон" (1986) Кати Акер подвиги кастильского рыцаря предстают как бред, обкурившегося панка.

Дважды сыграл идальго замечательный советский артист Н. Черкасов. Сначала в театральной постановке, где рыцарь и его оруженосец путешествуют на трехколесных велосипедах и весело прикалываются над святошами, заносчивыми дворянами, жадными лавочниками. А потом в цветной экранизации 1957, где уже на кону серьезная идея -- право мечты иметь место быть в реальности.

В 2007 году по проведенной анкете Нобелевского института "Дон Кихот" вошел в 100 лучших книг всех времен наряду с "Долиной гениев" Мурасаки и "Греком Зорбой" Казанзакиса.


"Гамлет" Шекспира

Как и у всех пьес Шекспира, у "Гамлета" отсутствует достоверная творческая история и никаких черновиков не обнаружено. Сюжет "Гамлета" в те времена был не просто хорошо известен, но и очень популярен. Он излагался в "Хронике" датского историка XIII века Сакса Грамматика, где Гамлет притворяется сумасшедшим, чтобы обезопасить себя от интриганов и разработать план мести. В удобный момент он этот план и осуществляет. Хроника, и особенно сюжет о Гамлете, была столь популярна во времена Шекспира, что ее тогда в Англии без конца издавали и переиначивали. Известны роман французского писателя Беллефореста (1571) и пьеса Томаса Кида "Испанская трагедия", с почти дословным совпадением сюжета, но, разумеется без прибавления метафор, которые удваивали значение подарка. То есть Шекспир занимался самым банальным либретированием, как впрочем и в остальных пьесах, ходячих тогда сюжетов.

Впервые пьеса была издана в 1603 году, где было много вольностей по сравнению с каноническим текстом, но дословно совпадали второстепенные роли. Дело в том, что в эпоху Шекспира книгоиздатели нередко добывали незаконным путем тексты популярных пьес и печатали их без разрешения автора и труппы. Так как театры очень оберегали рукописи пьес, то недобросовестные издатели прибегали к двум приемам. Один состоял в том, что текст стенографировался во время спектакля и после расшифровки печатался. Второй способ состоял в том, что издатели подговаривали кого-нибудь из второстепенных актеров, состоявших на жалованье, воспроизвести текст пьесы по памяти. Само собой разумеется, что в таких случаях актер точнее всего мог воспроизвести ту роль, которую он сам исполнял в данной пьесе.

В 1635 друзья Шекспира, артисты, выпустили полное собрание его пьес, от которого и пляшут современные шекспировские тексты.

На пьесу сразу же обрушилась заслуженную популярность. Ее играли в профессиональных и самодеятельных театрах, при дворе и в самых неожиданных местах. Так, в 1607 г ее поставили моряки на корабле "Красный дракон", который лежал в дрейфе у берегов Сенегала, поджидая удобного времени, чтобы принять на борт очередную партию рабов.

К XVIII веку слава эйвонского лебедя упала (хотя и до этого он не покидала островных территорий), и понадобилась энергия Вольтера, чтобы возродить и возвести в новый ранг популярность шекспировской трагедии. При этом Вольтер облагородил слог и сюжет, чем немало способствовал успеху пьесу и чем он неимоверно гордился. И какова же благодарность! Еще при жизни фернейского мудреца началось возвращение к оригинальным текстам, а вольтеровские переделки были посрамлены как наводящие на мощь гения совершенно несвойственный тому гламур.

Однако и в дальнейшем пьесу приспосабливали под вкусы и разумение публики. Из многочисленный трактовок любопытна интерпретация М. М. Чехова, воплощенная на подмостках в его театре в Москве в 1920-е годы. Принц на почве жизненной драмы и смерти отца свихнулся и нафантазировал себе кровосмешение, убийство и прочие безобразия. Все действие пьесы -- это плод его больного воображения, не имеющий никакого отношения к реальному течению событий. Гамлет находится в замкнутой стеклянной комнате, на стенах которой, как на мониторе проплывают картины, измышленные его воспаленным мозгом: явление отца-призрака, поезда в Англию с университетскими друзьями, смертельный поединок с Лаэртом...

С пьесой столько экспериментировали и адаптировали, что когда в 1996 году К. Брандаф снял фильм со скрупулезным следованием оригинальному тексту, это вызвало настоящую сенсацию: такого "Гамлета" -- признавались англичане -- они не знали. И буквально в это же время на Бродвее веселила американского провинциала (а нью-йоркцы бродвейских театров почти не посещают, уступая эту честь гостям некоронованной столицы) пьеса, где текст был сведен к минимуму, а вся соль спектакля вращалась вокруг постельных кувырканий Гамлета и Офелии. О времена, о нравы!


И. В. Гете. "Страдания юного Вертера"

Это типичный роман в письмах, где герой рассказывает о своей неудачной любви к хорошенькой мещанке, закончившейся его самоубийством. Естественно, рассказ о самоубийстве поручено приписать к сюжету другому персонажу, некоему неназванному другу Вертера. Вся эта эпистолярная перепития воспроизводит, кроме самоубийства, почти дословно воспроизводит собственную любовную историю писателя к Ш. Буфф, а большая часть текста романа -- это тексты его писем к своему приятелю Меркелю. Впрочем, и самоубийство имело свой аналог в действительности: друг Гете поэт Иерусалем примерно в те же месяцы тоже безнадежно влюбился и пустил себе пулю в лоб по рецепту описанному в романе. То есть кокнуть себя из-за несчастной любви при том состоянии нравов было вполне возможной вещью.

Роман появился осенью 1774 г на Лейпцигской ярмарке и сразу стал бестселлером. И хотя Гете несмотря на свои 25 лет был уже в немецкой литературе фигурой достаточно известной, "Страдания" сделали его популярность громадной: буквально в одну ночь. В 1787 году вышло переработанное издание романа, где Гете, тогда уже лицо солидное -- тайный советник Веймарского герцога -- по предложению, от которого невозможно было отказаться, смягчил свои чересчур критические пассажи в отношению политического, экономического и нравственного состояния тогдашней Германии. И хотя Гете отнюдь не был автором одной книги, однако для современников он так и остался автором "Вертера": и это несмотря на "Фауста", "Западно-Восточный диван" и многое другое (плодовитостью немецкое наше все не был обделен).

Если читатели приняли книгу восторженно, то сказать этого о литературной братии нельзя. Николаи, берлинский просветитель, написал небольшую повесть "Радости юного Вертера", где друг, одолживший герою пистолет, понял, что тот замышляет что-то недоброе и подсунул какие-то испорченные пули. Неудачно отстрелявшись в себя, Вертер вздохнул, нашел новую подругу, и зажил в свое удовольствие, наплодив кучу вертерят. Обозленный Гете написал сатиру, к коей приложил рисунок, где Николаи справляет большую нужду на могиле Вертера.

Однако романом остались недовольны не только злопыхатели. Дело в том что популярность романа превзошла всякие границы, молодые люди одевались как Вертер, влюблялись как Вертер и кончали жизнь самоубийством как Вертер. Многие взваливали вину за трагические инциденты на автора. Лессинг, патриарх немецкого Просвещения прямо упрекал Гете за самоубийственный финал ("Неужели вы думаете, - писал Лессинг, - что греческий юноша лишил бы себя когда-нибудь жизни ток и по такой причине? Без сомнения, никогда. О, они умели совсем иначе спасаться от любовного фантазерства; во времена Сократа такую любовную трагедию, доводящую до самоубийства, простили бы едва ли какой-нибудь девчонке! Производить таких маленьких людей, таких презренно-милых оригиналов предоставлено только нашему христианскому воспитанию..."). Гете не то чтобы учел критику, но как-то обмяк и в дальнейшем постарался дистанционироваться от своего детища.

Среди многочисленных почитателей романа отметим такого знатока литературы и всего на свете как Наполеон. Еще в юности, бедный коротышка-корсиканец, учившийся в офицерской школе в Сен-Сире написал апологию в честь Вертера. По его словам, он перечитывал роман полностью 8 раз, а по кусочкам и не счесть и возил его в своем походном сундуке. Завоевав Германию, он встретился с любимым автором и спросил его на правах императора и читателя, зачем он убил своего героя: "Я буквально проливал слезы из-за этой смерти" (в столь бедной событиями жизни смерть для Наполеона была, конечно, исключительным явлением). Кстати в своей оценке романа Наполеон по существу солидаризировался с Лессингом, упрекая великого писателя за то, что он вводит общественный конфликт в любовную трагедию. Старый Гете, со своей тонкой придворной иронией, ответил, что великий Наполеон, правда, очень внимательно изучал "Вертера", но изучал его так, "как уголовный следователь изучает свои дела".

Действительно, было что-то в романе, что соответствовало воздуху эпохи. Убийца Франкенштейна, монстр находит среди книг убитого им человека "Вертера", и читая роман, взахлеб плачет: страдания Вертера, видишь ли, напоминаю ему его собственные.

С тех пор роман переведен на множество языков, был неоднократно спародирован (например, Теккереем, где тот вволю поиздевался над страданиями юного немчика), отмузицирован (в 1892 на сюжет "Страданий" написана знаменитая опера Масснэ), синценирован и отэкранизирован, но уже тот дух, доводивший от несчастной любви до самоубийства нами утерян, и слава богу. (Правда, со мной не согласятся психологи, один из которых К. Филипп изобрел в 1974 "эффект Вертера" и даже приписал его действию самоубийство М. Монро).


П. Мериме "Кармен"

"Кармен" -- новелла П. Мериме, в которой Хосе, охранник частной фирмы, убивает из ревности работницу табачной фабрики. Эта новелла была написана и опубликована в 1845 году. Новелла послужила основой для поставленной в 1875 знаменитой оперы Ж. Бизе.

Мериме писал, что сюжетом ему послужила история, которую он слышал, путешествyя по Испании в 1830, когда некий мачо (т. е. мужлан, жлобяра) убил свою любовницу, которая никак ни хотела отказаться от своего права давать любому, кто ей понравится. Поскольку в это время Мериме изучал нравы и быт цыган, он сделал свою героиню цыганкой.

Опера была написана по поручении директора театра Опера-Комик в течение 1873 года. Композитор работал над ней увлеченно и с большим подъемом, однако ее постановка, первоначально назначенная на август 1874 года, затягивалась из-за ряда осложнений. Сначала артисты отказались участвовать в постановке как аморальной: пришлось на ходу менять исполнителей главной роли и уже под них подстраивать текст и музыку, затем антрепренер вдруг заявил, что Опера-Комик -- семейный театр (в смысле его посещает воспитанная публика) и трагическая развязка никак не устроить слушателей, однако Бизе встал дыбом и настоял на своем. А то вдруг оркестранты возомнили, что играть такую музыку просто невозможно.

Из-за это премьера задержалась почти на год, и прошла не то что провально, но с вытянутыми лицами. Музыка и действие поначалу нравились, и представление сопровождалось оглушительными аплодисментами, но когда дело дошло до убийства, публика сначала опешила, а потом засвистела. Однако у автора нашлись как высокие покровители (почти сразу после премьеры он получил Орден почетного легиона), так и поддержка у влиятельной критики. Особенно хвалили, например очень влиятельный музыкальный и театральный критик Банвиль, за психологизм и реализм характеров, что для оперы в общем-то нехарактерно. В короткое время удалось убедить публику, что опера стоит того, и с этого момента началось ее победное шествие по свету.

Следует обратить внимание, на различие между "Кармен" литературной и оперной, различие принципиальное. В новелле речь идет о самых простых и заурядных людях. Мериме пишет подчеркнуто отстраненно, исследуя своих героев, как натуралист исследует жуков и бабочек. Главная черта персонажей -- это их бесбашенность: одна дает направо-налево, другой, чуть немного не по нем, взял да и полосанул свою подругу ножом по горлу, после чего преспокойненько бежал, записался в бандиты, и жил бы себе припеваючи без каких-либо отягощений для совести, если бы не был пойман. Закончив изложение сюжета, писатель еще добрых 20 страниц рассказывает об испанских цыганах и их нравах.

Напротив, опера вся такая романтичная, такая возвышенная, здесь играют пламенные страсти: тут тебе и любовь, тут тебе и ревность и весь сопутствующий этому антураж. Заметим, что именно на опере, а не на рассказе основана популярность сюжета, и именно от оперы пляшут многочисленные экранизации и постановки.

Тем не менее, новелла также имеет хорошую литературную судьбу. В 1945 французы сняли фильм с Ж. Марэ и В. Романс, где именно литературный источник стал основой фильма, правда с углублением и пристальным вниманием к психологии героев, которой в рассказе и не пахло. В 2004 году южноафриканский режиссер М. Дональд Мэй поставил фильм "Кармен из Хайлитши" ("U-Carmen e-Khayelitsha"), где, правда, ему не хватило мужества отказаться от музыки Бизе, но где действие перенесено в современную Южную Африку и показаны ее жестокие реалии.

В 1981 г французкий художник Г. Пиша адаптировал "Кармен" под комикс, сочинив иллюстрированную пародию на скорее попсовую историю "Кармен", чем на саму новеллу или оперу. Комикс был перевед на многие языки. Объектом комикования в нем является испанский характер, с его южным темпераметом, непредсказуемостью, улетностью. Тем не менее, комикс гораздо ближе к идее Мериме, чем опера и популярные киноверсии.

"Кармен" написана превосходным правильным французским языком, несколько холодным и рассудочным, за что Мериме упрекал уже наш Пушкин (понятно, по другим рассказам, которые наш классик застал еще живым), однако идеальным для тех, кто изучает французский. Поэтому новелла прописалась во всех хрестоматиях и сборниках по французскому языку. В 2006 году знаменитый австрийский актер Г. Хафнер выпустил книгу для слушания, где читает новеллу на немецком и французском языках. Этот запись получила большое распространение по обе стороны Рейна у народов, на всех парах спешащих к объединению.


Дюма. "Три мушкетера"

Роман этот -- извечная (конечно, были времена когда "Трех мушкетеров не существовало, но представить себе это невозможно") история о молодом человеке, провинциале, который ринулся искать счастья в столице, и его приключениях, в котором ему помогают три его друга -- Атос, Портос и Арамис -- руководствующиеся девизом: "Один за всех и все за одного".

В основе романа лежат мемуары действительно существовавшего лица, французского военного д'Артаньяна, изданные в 1700 через несколько лет после его смерти. Каким образом они воплотились в романную форму, до сих пор представляется запутанной и не совсем ясной историей. Считается, что сюжет писателю принес некто Макэ, и вся интрига и разработка характеров его. Однако в посмертных бумагах Дюма был обнаружен экземпляр мемуаров незадачливого шевалье, и историки установили, что он попал в руки будущего писателя из марсельской библиотеки, куда он не был в свое время возвращен писателем (называя вещи своими именами, Дюма просто украл библиотечную книгу), то есть идея давно витала в голове сочинителя небылиц. Уже много лет спустя после ссоры между Дюма и Макэ последний настоял в суде на части своих авторских прав и опубликовал тех "Трех мушкетеров", которых написал он. И что же? Действительно, большинство сцен и характеров идентичны их знаменитым аналогам, но написано все это с диким педантизмом историка и невыразимо скучным и правильным языком.

Заметим, что Дюма широко пользовался трудом многочисленных "негров", которые разыскивали для него исторические детали, рылись в архивах. (Кстати, к помощи литературных секретарей прибегали и Теккерей и Л. Толстой и др. выдающиеся писатели, но почему-то никто не вмешивает их в ранг плагиаторов). И хотя писатель был фантазером и сочинителем небылиц, однако в его романе, как теперь выясняют историки, гораздо больше подлинной истории, чем это принято считать. В частности, знаменитая история с подвесками -- это, конечно, известный эпизод из "Мемуаров" Ларошфуко, но и миледи и Рошфор, которых считали сплошным вымыслом, оказалось, имели вполне реальных прототипов.

Как бы то ни было, но в 1844 году в журнале "Сьекль" появился роман "Три мушкетера" и начал победное шествие по свету. Роман публиковался в виде отдельных выпусков: глава обрывалась на самом интересном месте, чтобы читатель с нетерпением ждал продолжения. Заметим, что Дюма был одним из пионеров нового жанра, получившего в литературе название роман-фельетон.

Роман был в ближайшие годы переведен практически на все европейские языки. Любопытно, что английские переводы 1846 -- их сделали сразу три -- в угоду чувствительным леди полностью исключали из романа все эротические сцены, как, впрочем, и русский, например, постельные сцены между д'Артаньяном и миледи, и подлинный текст на британских островах был восстановлен лишь в переводе 2006 года.

Роман сразу же подвергся многочисленным инсценировкам, ибо в те времена популярность и авторские гонорары даже хорошо продаваемых книг были весьма умеренны, и только театр делал авторов обеспеченными. В 1845 некто Данисэт Дюмануар поставил на сцене "Портоса в поисках экипировки" -- один из эпизодов романа, когда Портос тряс свою богатую любовницу в поисках денег на обмундирование. Была поставлена сценическая версия романа и в авторской редакции.

Рассказывают многочисленные анекдоты о том, как писатель старался выжать как можно больше денег за свои произведения. Так, директор Театра варьете якобы обещал писателю гонорар за первые 25 представлений "Трех мушкетеров" 1000 франков, если доход от спектаклей составит не менее 60 000 франков. Когда оказалось, что доход составил "только" 59 997 франков, Дюма занял у директора 20 франков, пошел в кассу и купил билеты на 3 франка. Сдается, что автором этого и подобных анекдотов был сам писатель. Распространяемые через все более набиравшие тогда силу газеты, они создавали необходимый ему пиар.

Говорить о влиянии романа и всех его многочисленных переложениях -- заняло бы слишком много времени и места -- и все равно тема была бы не исчерпана. Как всегда сонм полуталанливых и бездарных авторов, спекулируя на прославленном имени, стремятся хоть как-то зацепиться в литературном мире. Но бывают удивительные исключения. В 1863 году Т. Готье написал "Приключения капитана Фракасса" -- роман откровенно подражательный "Трем мушкетерам", чего сам автор и не скрывал, но признанный шедевром, где на фейерверк приключений и интриг наброшен флер тонкой иронии и бравирования условностью. В начале 1990-х одно из барнаульских издательст ("День", если кто еще помнит о таковом) выпустило этот роман тщательно выбросив все, что отличало произведение Готье и оставив скелет чистой интриги.

Из знаменитых экранизаций в свое время наделал много шум немой фильм М. Линдера, в котором гвардейцы, поджидая мушкетеров на пути в Лондон, получали донесения о передвижении знаменитой четверки по телефону, а завидев мушкетеров, их отряд выскочил из укрытия в плюмажах и ботфортах, но на мотоциклах.

В 2003 году популярная голландская группа "Болан и Болан" сделали из "Трех мушкетеров" целый гала-концерт, дававшийся на открытой специально подготовленной для этого спектакля сцене, где царили музыка, пляски и танцы. Однако спецчтецы читали сцены из романа. В духе европейской политкорректоности этот спектакль прошел по разным городам на голландском, немецком, французском и английском языках.

И, разумеется, бизнес не может не наложить свою лапу, на все, что хоть как-то может принести деньги. В 1974 одна из крупнейших французских фирм розничной торговли замордовала все рекламные паузы своим роликом, на котором пояляются мушкетеры и выплывает надпись: "за равенство и свободу знаний, за защиту права на покупки. Война неоправданной дороговизне".

Русская традиция всегда с подозрением относилась к прославленному роману, чего не скажешь о наших читателях. Хотя, конечно, попсы в произведении Дюма навалом, однако многие сцены и характеры выполнены на очень высоком художественном уровне, а суждения Дюма о жизни поражают того, кто знает сюжет по картинам и отродясь не держал в руках этой книги, проницательностью и остроумием.


Чехов. "Вишневый сад"

Впервые пьеса была поставлена 17 января 1904 года в Московском художественном театре К. Станиславским. Пьеса, видевшаяся самому автору как комедия с элементами фарсами была трактована режиссером как трагедия. С тех пор пьеса была переведена на множество языков и поставлена бесчисленное число раз практически на всех значимых мировых сценах. Она была прославлена знаменитыми постановками Ч. Лаутона, П. Брука, А. Сербана, Е.-Л. Галльен, Ж.-Л. Барро, Т. Гутри, Дж. Стрелера и др. Огромно ее влияние на развитие драматургического искусства (Шоу, А. Миллер и др.)

Источником сюжета послужил Чехову его собственный жизненный опыт. Когда ему было 16, мать наняла строителей для перестройки их небольшого дома, заняла денег под строительство. Однако из-за мошеннических афер, были потеряны и деньги, и сам дом. Причем, их прежний квартирант, взявшись помочь во всех этих делах, выкупил закладную и сам приобрел дом, оставив ни с чем бывших хозяев. Еще одни эпизод чеховской биографии сыграл роль в становлении замысла. Уже поднакопив денег, он купил себе садовый участок под Москвой, где засадил и долго ухаживал за вишневым садом. Позднее, переселившись в Ялту, он продал сад. И когда через год или два навестил его с ужасом обнаружил, что новый хозяин, не мудрствуя лукаво, вырубил сад, разбил территорию на маленькие участки, которые сдавал дачникам.

Пьесу Чехов писал долго и трудно, с большими интервалами. К самой работе он относился почти с мистическим трепетом, мало с кем говорил о замысле и даже ее название до последнего хранил в тайне. И только молодая жена, нуждавшаяся в новых ролях, выудила у него некоторые факты о пьесе. Говорят, что заглавие он шепнул ей на ухо, хотя в комнате они были вдвоем (откуда такие факты, как не от самой О. Книппер -- жены писателя -- история умалчивает).

В октябре 1903 года пьеса наконец была отослана во МХАТ и через 2 месяца с громадным успехом поставлена, хотя писатель и остался недоволен трактовкой Станиславского. Но тут нашла коса на камень: Станиславский. как и всегда, был уверен, что он лучше чем кто бы то ни было, включая автора, знает, как нужно понимать пьесу. В эту предреволюционную эпоху публика воспринимала пьесу как призыв к разрушению старого мира, и, когда в одном из театров ("Дом Панина") в последнем акте вырубался вишневый сад, публика под пение революционных песен бурно приветствовала рубку.

Первая телевизионная постановка пьесы относится к 1959 году. Экранизацию осуществили американцы, привлекши для участия самый звездный состав. Постановкой "Вишневого сада" был открыт сезон 1977 года в Линкольновском центре сценических искусств -- первый и единственный раз, когда такой чести удостаивался русский автор. Не любят они нас, ох не любят.

В 1981 году Питер Брук соорудил из пьесы мюзикл, куда, впрочем, подобрал звездный интернациональный состав, игравший на французском языке, по мнению американца, более подходящим для понимания русской классики. Несмотря на подобную какофонию, а может благодаря ей, успех был ошеломительный и постановка продержалась до 1988 года.

Также была масса экранизаций пьесы. Последняя из известных относится к 2006 году. Жулика Лопахина, который помогал-помогал владельцам сохранить их сад, да сам же и скупил его по дешевке, там играл известный американский артиста Молина, который, нафантазировал, что якобы сей жулик которого, еще пацана, роскошная барыня, Раневкая защитила от побоев, был якобы всю жизнь влюблен в нее, и даже не склоне ее лет не мог заменить ее в своем воображении никаким иным существом женского пола.

Не обошлось без того, чтобы пьесу не обложила налогом попса. В "Мушином цирке" М. Пифона, популярное комеди-шоу 70-80 гг на BBC, Гаев в течение всей пьесы торчал мордой в тарелке, и отрывался от нее только затем, чтобы произнести очередную реплику. Итальянский режиссер Габриэль Сальваторе в своем фильме "Турне" (1990) рассказывает о странствиях бродячей труппы артистов, которые по провинции возят "Вишневый сад", и действие фильма причудливым образом корреспондирует с сюжетом чеховской пьесы.


Кафка. "Замок"


"Замок" -- философский роман о некоем землемере К. (скорее всего, это сам Кафка), который ищет способа получить доступ к мистическим хозяевам замка, который правит в местности, где К. должен выполнить свою работу. Темный, сюрреалистический -- это роман об отчуждении, бюрократии, о том, как простой человек, порядочный, но не борец, пытается найти свое скромное место в жизни, где бы он никому не мешал, никого не затрагивал, а просто, как профессионал, выполнял бы свои обязанности, и как это простое желание оказывается неосуществимым.

Кафка начал писать свой роман 22 января 1922, прибыв на санаторное лечение -- даты легко устанавливаемые, ибо писатель всю свою короткую жизнь вел детальный дневник. Практически начало романа было продолжением дневника, и в первых главах повествование даже ведется от первого лица. 22 сентября этот же 1922 года Кафка бросил писать роман от совершенной безысходности сюжета (после писателя осталось три романа и все три незаконченные).

Кафка попросил своего друга М. Брода сжечь его рукописи, чего неверный друг не сделал. В 1926 роман был опубликован, переделанный и переработанный Бродом, ибо то что осталось от Кафки -- была груда рукописей и заметок без начала и конца. Так что ни замысел Кафки, ни как должен был развиваться роман, ни даже того, как он вообще должен был выглядеть -- все это осталось неизвестным. 1500-тираж был почти полностью уничтожен, так как совершенно не расходился. Роман был переиздан в 1935 в Берлине, и в 1946 в Нью-Йорке. Эти два издания, также не встретили понимания читателей, но обратили на себя пристальное внимание критики.

Такое положение сохранилось и до сих пор. Все хвалят роман, он включен во все истории литературы XX века, но, похоже, никто его не читает. Надо сказать, что хотя нью-йорксое издание 1946 признано классическим и все переводы идут от него, дальнейшая работа над текстом не прекратилась. В 1961 американский литературовед М. Пэсли удалось заполучить многие бумаги Кафки, включая все, где содержится текст, заметки или хотя бы упоминания о "Замке". После 21 года неустанного труда он издал роман в 2-х томах: 1-й том -- сам роман, второй -- многочисленные варианты (напомним сам роман писался всего 8 месяцев). Но и этого мало: другой литературовед, вернее содружество 2-х: Стермфельда и Стерна приступило к аналогичной работе и все еще не закончило его.

Первый перевод романа был сделан на английский язык Э. Мюиром в 1930 г. И произошла та же история, что с литературоведами: сначала перевел, а потом вдруг узрел, как нужно было переводить, и выпустил еще 2 перевода романа -- в 1941 и 1954 гг, в в 1994 году вышел 4-й перевод, оконченный уже его сыном по оставленным отцом заметкам -- кафковсий роман не отпускал того до самой смерти и он все силился и силился передать английским словом какой-то сокровенный смысл. Что и говорить: пути писателей и читателей в XX веке сильно разошлись -- то, что хвалят писатели, неинтересно читателям, а то, что читается, даже неизвестно писателям.

"Замок" продолжает оказывать серьезное влияние на литературу. Известно множество только прямых переделок романа или включения в произведения его персонажей или сюжетных ходов. Так, венесуэльский писатель М. О. Сильва буквально включает в свой роман "Оффис Номер 1" воспроизводит описания места действия кафковского романа, а чтобы еще более подчеркнуть свой вызывающий плагиат, он заставляет героя читать "Замок", даже обыгрывая это сюжетными ходами, Допустим, герой читает описание комнаты, отрывает глаза от книги и буквально комментирует только что читанное, тем, что он видит в реальном помещении: то-то писатель описал верно, а вот этого он не заметил.

Аналогично, в романе Иан Бэнкса "Хождение по стеклу" расследуется детективная история. Детектив, чтобы собрать сведения о свидетелях или подозреваемых, раскрывает романы Кафки, ибо эти персонажи один в один похожи на кафковских героев. Южноафриканский нобелеский лауреат в романе "Жизнь и время Майка К." описывает стремление кафковсого героя приспособиться к абсурду жизни в условиях апартеида.

Из многочисленных экранизаций и телевизионных постановок отметим прямую экранизацию романа, осуществленную нашим Балабановым в 1994 году. Фильм довольно-таки точно воспроизводит сюжет романа. За одним исключением: Балабанов сочиняет концовку -- герой буквально растворяется в толпе. Вот что писал по этому поводу один из критиков: "Читая книгу, видишь, что там никакой сюжетной развязки и в принципе не может быть. Да, есть завязка. Но далее действие развивается по обычному для книг Кафки принципу движения без движения, бесконечного сновидного смещения, скольжения, где все зыбко и где ни в чем нельзя быть уверенным. В этом смысле концовка книги, как бы оборванной на полуслове, очень органична: финала там нет, потому что в такой истории его и не может быть". То есть литературное произведение как таковое и фильм в принципе несовместимы, ибо кинокартина без сюжета и без развязки -- это абсурд.

И тем удивительнее, что кафковский роман, такой весь из себя, такой для снобов, такой не для нормальных людей, прижился в масс-культуре. Блуждания героя по замку без входа и выхода оказались как нельзя кстати для компьютерных игр. Еще в конце 1970-х сюжет романа лег в основу компьютерной игры "Узник". Некто Курайами, как пишут, крутой компьютерный дизайнер, модифицировал эту игру в видеосюжет с совершенно невероятными наворотами. Миллионы юнцов с удовольствием блуждают по коридорам замка в поисках выхода, даже не озабачивая себя философскими и моральными проблемами Кафки: каждому свое.


Я. Гашек "Похождения бравого солдата Швейка во время мировой войны"

Роман рассказывает о приключениях в армии чешского ветерана Швейка во время Первой мировой войны. Роман начинается с момента призыва Швейка на военную службу и обрывается в тот момент, когда войсковой эшелон, где служил бравый солдат, приближаются к фронту.

Впервые бравый солдат Швейк появился в 1911 году, когда Гашек написал два рассказа с этим персонажем. В одном из них он торговал щенятами, увешав ими новогоднюю елку с подписью под полузадушенными собачками: "Щенок лучший подарок вашим деткам под Новый Год".

В 1917 году в Киеве Гашек, тогда чешский военнопленный, написал ряд юморесок про Швейка, солдата австрийской армии. К этим юморескам он вернулся в 1921, когда сотрудничал с коммунистической газетой "Руде право". Однако мало-малому серия фельетонов стала перерастать узкие газетные рамки, и Гашек взялся переделать это в роман, который вышел отдельным изданием в том же году. Сегодня это является первой, наиболее законченной и композиционно стройной частью произведения. На этом Гашек не остановился. Уже тяжело больной он набрасывал все новые и новые главы, и умер в начале 1923 году, так и не завершив труда своей жизни.

Роман расходился не шибко, хотя и о провале говорить не приходится. Многие современники увидели в Швейке карикатуру на чешский народ: хитрый, трусоватый, законченные приспособленцы. "Образ Швейка унижает нашу нацию," -- был приговор одного из признанных чешских классиков А. Ирасека.

Популярность романа началась с Германии, где в 1926 году он появился в переводе Греты Райнер. Писательница нашла очень удачную языковую форму: в то время как текст от автора был переведен безупречным немецким языком, персонажи говорили на "богемском" -- суржике немецкого, воспринимаемого немцами примерно так же, как мы воспринимаем украинский. Читатели хохотали до упаду, даже над самыми серьезными диалогами. В 1928 была роман был инсценирован Э. Пискатром, режиссером близким к Б. Брехту, который также принимал участие в инсценировке.

Инсценировка была революционной, имеющей значение далеко выходящее за рамки собственно говоря приложения к роману. К этому времени уже было 4 немых экранизации романа, в том числе знаменитый фильм М. Реймана по сценарию М. Брода. В инсценировке наряду с текстом были задействованы сцены из фильма, для спектакля были сочинены зонги, диктор гробовым голосом читал "радиосводки" с фронта (заметим, радио тогда еще только входило в жизнь), была куча других театральных новинок и выдумок.

После этих перевода, экранизации и инсценировки начался победный анабазис бравого солдата Швейка вокруг не только Будейовиц, где он бегал как дезертир, но и всего земного шара. Достигла его популярность и его родной Чехии. Только количество чешских или чешско-немецких экранизаций подскочило к цифре 12. Роман экранизировался в 1926 (три раза), 1927,1931, 1943 (в Лондоне, откуда Швейк призывал чехов к борьбе с немецко-фашистскими оккупантами, правда, на стороне англо-американских союзников),1955, 1956, 1957, 1960, 1963, 1972 и последняя на сегодняшний день -- 1986. Но все это вяло, без размаха. Швейк превратился в хрестоматийный образец, этакий добродушный бонвиван пражских предместий с устремленностью на "поесть, поспать и посрать", как он сам описывал кратко свое пребывание в сумасшедшем доме. Либо бравого солдата использовали в политической пропаганде. А в 1968 году, во время так называемой пражской весны Швейк умудрился служить одновременно в двух лагерях: в коммунистической прессе он насмехался над оппортунистами, а для оппортунистов он стал символом пассивного сопротивления.

Сегодня из Швейка на родине сделали культовую фигуру. Знаменитый кабачок "У Келиха", где Швейк назначил своему другу Водичке встречу "в 6 часов после войны" сегодня расположился фешенебельный ресторан, куда богатых посетителей зазывает добродушная морда Швейка и куда его самого не пустили бы ни под каким видом. А вокруг Будейовиц проложен один из популярнейших туристических маршрутов. Интересно, ночуют ли туристы в стогу сена со случайными дезертирами, как то довелось Швейку?


М. Митчелл. "Унесенные ветром"


Роман, как в таких случаях говорится, о непростой судьбе простой американской женщины, аристократки из южных штатов, во время и после Гражданской войны в США и о всяких там любовь-морковь: для женской читающей публики самое то.

История создания "Унесенных" это почти такая же мыльная опера из глянцевых журналов, как и сам роман. Тут и многомесячная болезнь, приковавшая молодую женщину к постели, и которая ради развлечения начала писать роман "для себя" (якобы ее мужу надоело таскать ей книги из библиотеки и он однажды сказал: "Послушай, напиши-ка сама"), и случайный издатель, который был покорен умом этой женщины, а когда опять же "чисто случайно" узнал, что она еще и роман написала, с трудом убедил ее издать этот роман и неожиданный для автора успех, "когда Митчелл стала знаменитой в одну ночь".

Разумеется, для всякого, кто знает какой тщеславный народ эти литераторы и как тяжело пробиться им к публике, поймет, что это не более чем сказки. Что косвенно подтверждают и имеющиеся факты. Скажем, Митчелл прекрасно знала историю Гражданской войны и еще до писания романа написала несколько статей о выдающихся южных генералах, опубликованный во второй половине 1920-х годов в "Атланта джорнэл" и имевших солидный, хотя и локальный успех. Эти статьи были собраны и переизданы в 2000 году, и показывают как солидный литературный опыт автора, так и ее упорный исследовательский темперамент. Или допустим, исследователи нашли громадное количество записок с чертами и черточками персонажей ее романа, что говорит, как долго и тщательно Митчелл готовилась к написанию романа.

Роман был издан в 1935 году и буквально обогатил издателя Барлетта. Не осталась в накладе и писательница. В 1939 году в Атланте появилась первая инсценировка произведения, а далее посыпались переиздания, инсценировки, экранизации и т. д. А в 1941 вышел не менее знаменитый фильм (фильм был создан еще в 1939, но только два года спустя поступил в широкий прокат) с В. Ли в главной роли, отобранной из 1400 официально зарегистрированных претенденток на главную роль.

В 2000 году в противовес романной истории, где упор делается на стороне рабовладельцев: какие они были хорошие и стойкие, был опубликован роман "Ветер унес", где та же история пересказывается с точки зрения рабов. При всей политкорректности было предпринято все, чтобы воспрепятствовать появлению этого романа. Задействована была и модная ныне ссылка на авторские права, однако настойчивость авторов и издателей преодолела эти препоны. Роман имел громадный, но далеко не однозначный успех: потомки южных плантаторов восприняли его как пародию на себя.

Фирма Recorded Books полностью записала роман на CD (50 часов, 28 или 36 касетт), где произведение читает знаменитая актриса разговорного жанра Л. Стефенс. Говорят, ее неподражаемый южный диалект, доставляет американцам неизъяснимое наслаждение от прослушивания.

В 2002 году был опубликован роман "Ветры Тары" К. Пинотти, ничем не примечательный роман, кроме попыток примазаться к нашумевшему успеху, однако после продажи всего 2000 экземпляров по иску издательства Xlibris, его дальнейшее продвижение было прекращено. Роман однако в 2008 году был переиздан в Австралии для местного рынка и не без коммерческого успеха.

"Унесенные ветром" -- один из типичных примеров произведений, оглушительно успешных у читательской и зрительской публики и с весьма сдержанной оценкой у критики. Так один из современных критиков Д. Мак-Персон, суммируя высказывания своих коллег, обозвал "Унесенных ветром" романом "лунного света и магнолий", совершенно игнорирующим реальный Юг с его рабством и отсталостью. Характерно, что несмотря на популярность роман так и не изучается в школах и университетах.

Правда, не обходится без курьезов. В 2001 году русская переводчица романа Т. Кудрявцева в интервью CNN, полностью потеряв чувство времени и пространства, поставила роман Митчелл на один уровень с "Войной и миром". Совершенно невероятна популярность романа во Вьетнаме, учитывая непростые отношения этой страны с Америкой. С 1951 роман был издан 6 раз общим тиражом в 100 000 экземпляров: для такой малочитающей страны как Вьетнам -- это настоящий бум.

Митчелл очень задевало пренебрежительное отношение к ней критики. За 2 года до своей смерти (годы ее жизни 1900-1949) она, размышляя о своем романе, писала: "Каждая страна [в Европе] имеет свой недавний опыт войны, оккупации, поражения, и люди в каждой стране прилагают опыт персонажей моего романа к себе". Надеемся, что именно этот опыт, а не "лунный свет и магнолии" -- причина такого успеха романа.


Б. Брехт. "Господин Пунтилла и его слуга Матти"


Пьеса рассказывает об отношениях богатого помещика Пунтиллы и его шофера, Матти. Пунтилла периодически напивается, и когда напивается становится человеком -- доброжелательным, юморным, гуманным. В обычном же состоянии это зверь зверем. У него есть дочь, которой он подыскал подходящую партию, но когда он напивается, он навязывает ее Матти. В конце концов Матти это надоедает и он уходит от Пунтиллы. Сюжет пьесы заимствован из комедии Ч. Чаплина "Городские огни" (1931, "Огни большого города" в русском прокате), но, конечно, отошел весьма далеко.

Пьеса была написана осенью-з мой 194 -19 1 годов в Финляндии, где Брехт сбежав из фашистской Германии, гостил у финской писательницы Х. Вуйолики. Последняя давно уже носилась с идеей написать веселую пьесу на родном материале и снабдить финский театр, выну денный пробиваться иностранными авторами, оригинальным произведением. Поначалу они писали с Брехтом вместе, но потом Брехт, отбросив соавторшу, докончил пьесу один. Разобиженные финны из патриотического еще долго печатали пьесу в двух вариантах -- брехтовском и вуйоликовском -- пока и до них не дошло, что таким образом они не слишком много чести добывают своей соотечественницы. Удивительная тайна искусства: весь сюжет, все персонажи, 95 процентов текста принадлежат финке, но все это тяжеловесно, тягомотно, насквозь слезливо и дидактично. Брехт же всего несколькими штрихами превратил эту словесную груду в шедевр, да так, что сама Вуйолики призналась, что немец превзошел ее. Забавно, что в 1946, смирив свои авторские амбиции, она перевела пьесу на финский язык.

Не менее удивительно, что пьеса Вуйолики со всей ее провинциальностью была сляпана по европейски-ученическим станда там, Брехт же сумел придать ей истинно финский колорит, сделав ее по-настоящему национальной пьесой. С тех пор "Пунтилла" не сходит с финских подмостках, и в каких только ракурсах они пьесу не ставили. В постановке 2006 года даже, чтобы показать себя образованной и продвинутой навстречу новейшим веяниям страной, один из театров рассмотрел историю с точки зрения весьма двусмысленных отношений между ее персонажами.

Также национальным произведением "Пунтилла" стала в Эстонии. В 1958, когда Советская власть разрешила эстонцам печатать книги на своем языке, первыми изданиями как раз стали "Пунтилла" и сборник рассказов какого-то местного автора. Не обходится ни одного года, чтобы какой-нибудь эстонский театр не поставил спектакль по этой пьесе. В постановке их главного Эстонского театра 2000-х годов буржуй Пунтилла буквально списан с нового русского, какими они были еще недавно: тупой, дикий, глядящий исподлобья. Его водит за нос веселый, находчивый душка-парень эстонец Матти. Характерно, что Пунтилла с трудом изъясняется по-эстонски, зато без конца употребляет русский мат. (Автор, не зная эстонского языка, конечно же судит о пьесе по русским публикациям, возможно, не всегда объективным).

Отношения симпатии - антипатии двух противоположных по всем показателям -- возрасту, социальному положению, психологическому типу -- мужиков, масса веселых и неожиданных ситуаций делают пьесу замечательным материалом для театра и дают простор самым разнообразным ее трактовкам. Сам Брехт рассматривал свое творение через призму классовых противоречий между буржуазией и пролетариатом. Именно под таким углом зрения пьеса была впервые поставлена в Цюрихском театре Шпильхауз в 1948 году, под непосредственным надзором автора.

В таком же ракурсе был снят по пьесе знаменитый фильм 1955 г в Австрии и опять же в сотрудничестве в Брехтом. Режиссером был Кавальканти. Он ввел в фильм финские пейзажи и сонги, написанные Эйслером, другом Брехта для несостоявшейся берлинской постановки. Также в главных ролях были заняты актеры, ранее игравшие в этой пьесе у Брехта. Первоначально фильм не произвел впечатления, но его мюнхенская премьера 21 октября 1961 года стала значительным событием, как уверяют знатоки, для истории кинематографа вообще.

Постепенно дух классового протеста выветривался из западных постановок. Проблема уклонялась либо в чисто психологическую сторону, как в шведско-финском фильме 1979 года режиссера Р. Лангбаски (так нами транскрибировано шведское Ralf Långbacka), где все вращается вокруг любви дочери Пунтиллы Евы к простому шоферу. Либо в жанровые сценки, с пением, танцами. Так, о постановке в Чикаго в 1986 много говорят из-за написанной к ней музыки Г. Леви, композитора, который кочует по странам и музыкальным стилям -- от джаза и рока через фолк к классике-- и который прославил постановку использованием какой-то десятидырочной диатонической гармошки.

В Советском Союзе пьеса, естественно, могла ставиться только как отражающая классовую борьбу. Но талантливые режиссеры и актеры не покушаясь на идеологическую интерпретацию, обогащали постановки своей лептой. Так Лебедев в Ленинградском театре в 1970-е так смачно представлял сцены с пьяным Пунтиллой, что зритель хохотал до упаду, пуская под откос все идеологические установки.

Маститый немецкий режиссер Р. Хэдрих поставил по пьесе телефильм незадолго до своей смерти в 1996, который прокатился по всем европейским каналам и который критика окрестила как беспомощный.

Думается, однако, на этом история пьесы не заканчивается, как остается открытым и сам ее финал: Матти спозаранку покидает дом Пунтиллы -- "Вчера господин так нажрался, что обещал отдать мне все свое имущество; теперь думаю, что когда он опохмелится, мне несдобровать".


Агата Кристи. "Десять негритят"


В этом романе писательницы нет знаменитого детектива. В нем запертые на острове в силу погодных и др обстоятельств персонажи гибнут один за другим за ранее совершенные ими, но не раскрытые преступления. Причем преступление каждому заранее предсказывается словами детской песенки о 10 негритятах, типа:

Десять негритят пошли купаться в море
Десять негритят резвились на просторе
Один из них утоп
Ему купли гроб
И вот вам: девять негритят... и т. д.

Пока не погибают все.

Роман впервые был опубликован в ноябре 1939 г в Англии и спустя три месяца в США. До этого ежедневная английская газета "Дейли экспресс" напечатала роман в 23 выпусках. В дальнейшем из соображений политкорректности его название было изменено на "А теперь никого не осталось" и под этим названием этот роман стал самым популярным из всех романов А. Кристи: тираж 115 млн к 2005 году.

"Ничего удивительного, что последний роман привел издателей в восторженный транс" -- писал критик из журнала "Обсервер". В таком же восторге от романа зашлись и критика, и читатели. (Напомним по датам, что только что началась Вторая мировая война).

В 1943 г писательница переделала свой роман под пьесу, которая тут же была поставлена. Сюжет пришлось изменить, ввести любовную линию, причем полюбившая друг друга пара оказалась во-первых, уцелела, во-вторых, оказалась невиновной. Что поделаешь, тот жестокий и неумолимый рок, идею которого писательница целеустремленно воплощала в романе и который и придает ему хотя и зловещий, но незабываемый колорит, не мог прийтись по вкусу благопристойному обывателю. Из мелких деталей забавно отметить, что имя одного из персонажей -- генерала -- пришлось изменить с Макартура на Маккензи, потому что Макартур был одним из деятельных полководцев бушевавшей тогда войны.

В 2005 году знаменитый Гилгудовский театр вернулся к этой пьесе, но восстановил романные ходы, а главное, дух греческой трагедии с ее предопределенностью.

Не заставили себя ждать и экранизации. Первую сделал знаменитый французский режиссер Р. Клэр, работавший тогда в Голливуде, но ничем, кроме своего имени, постановку не ознаменовавший: что поделаешь, нужны были деньги, вот и приходилось браться за всякую дрянь. Время второй экранизации подошло к 1965. Это был английский фильм, где в качестве детектива ввели неувядаемую мисс Марпл, которая ведет расследование постфактум. Режиссер, в остальном весьма бережно относившийся к сюжету, объяснял, что зритель, как и читатель, без всезнающего, все раскрывающего сыщика чувствует себя как-то неуютно.

Одной из лучших, а наши так считают и лучшей, была постановка 1987 г С. Говорухина, собравшая многих замечательных артистов. Режиссер полностью доверился тексту, сделав всего лишь одно, но существенное изменение: в то время как в романе загадка смертей все же объясняется, хотя и весьма надуманно и неубедительно, Говорухин усилил мрачный колорит произведения вообще отказавшись от разрешения тайны.

Нужно упомянуть также пьесу "Догадаешься, кто?", поставленную в Париже в 2003 году знаменитым итальянским театральным режиссером С. Аззопарди с совершенно немыслимым интернациональным составом актеров. Сюжет был скомбинирован из нескольких романов писательницы, важную роль среди которых кроме "10 негритят" имел также роман "Зло под солнцем", где была убита знойная красавица, воплощавшая, воплощавшая по мнению стареющего пастора-ловеласа, зло. Это настроило создателей пьесы напустить мистического туману, заменив идею рока идеей властной силы красоты, разрушающей мораль и прочие ценности гуманитарного порядка. Как бы то ни было, но на мольеровском фестивале 2004 года этот спектакль получил 1-ое место по номинации инсценировок.

По этой пьесе была создана компьютерная игра. Критика (оказывается, у этой отрасли даже не понятно чего есть своя критики, свои журналы, свои классики жанра -- все как у настоящего искусства) отмечала, что диалогах слишком много текста и это мешает сосредоточиться на игре. Словом в компьютерной адаптации литературного произведения, литература как раз-то и является лишней.


Э. Хемингуэй. "Прощай, оружие"


Роман американского писателя о Первой мировой войне, увиденный глазами лейтенанта итальянской армии -- также американца, его любви к медсестре и дезертирстве с фронта.

Роман носит полуавтобиографический характер и был написан и опубликован в 1929 году. Писался он в Арканзасе в доме тестя и тещи, которые освободили на время писания впавшего тогда после очередного развода в некоторое безденежье молодого журналиста-писателя.

Роман вполне вписался в контекст времени и сразу же нашел широкий доступ в читательские сердца. Достаточно сказать, что уже в 1930 году появились французкое, итальянское, немецкое (под заголовком "В другой стране") издания книги. Шоу-бизнес моментально откликнулся на запросы публики: в 1930 году роман был инсценирован, а в 1932 экранизирован, получив сразу 4 Оскара, то есть фильм был признан нехилым.

Соотношение романа и экранизации -- типичный для Америки пример, как киноиндустрия броской формой выхолащивает неудобное содержание. Режиссер фильма некий удачливый кинокоммерсант Ф. Борзаж прославился на переправе между немым и звуковым кино созданием лент "роскошного романтизма", т. е. пальмы, море, спортивные мужчины и роскошные женщины, красивая музыка (для фильма был использован мощно насиропленный Вагнер), виллы, живописные батальные сцены, где очень красиво умирают солдаты и т. п., в координатах масштабный исторических событий, на которые была так богата первая половина XX века.

Хотя действие фильма и происходит в годы Первой мировой войны, он полностью фокусируется на любовной истории -- у Хемингуэя именно военные сцены занимают если не центральное, то значительное место, а знаменитая битва у Изонцо (вернее непрерывная серия сражений в 1915--1917), становится таким же стержневым пунктом романа, как и Бородинская битва в "Войне и мире". Режиссер выстраивает целый любовный треугольник, где мужественному англосаксу в борьбе за хрупкую красавицу противостоит темпераментный горячий итальянский парень Ринальдо -- чего в романе и в помине не было.

Любовница рожает, и не имея от нее писем Генри берет отпуск (!? разве может главный герой в романтической фильме дезертировать, хотя именно мотив дезертирства и является центральным в романе -- "я подписал сепаратный мир") и мчится к возлюбленной, где его любовь помогает ей выдержать тяжелые физические испытания (в романе героиня умирает, оставив опустошенного Фреда наблюдать за нескончаемым дождем).

Любопытно, но деньги, и немалые на фильм нашлись мгновенно, и режиссеру и думать не думал, чтобы сосать для осуществления своих творческих замыслов родственников жены.

"Здесь слишком много сентиментов и в пастушеской концепции хэмингуэевского романа совершенно отсутствует сила прозрения лейтенанта Генри. Фильм скользит от эпизода к эпизоду, совершенно зажевывая горький опыт главного героя романа," -- писал ведущий кинокритик того времени Мордант Халл ("мордант" переводится как "кусачий", хотя это и не псевдоним).

"Время оправдало фильм, -- вторит ему на свое манер современный исследователь кино Д. Каллахан. -- Оно подистрепало писательский пессимизм и заменило его мудрым заветом вечной любви и прощения... и далее по сю-сю-сю". Заметим, что сам писатель был предельно раздражен фильмом, воспроизведя свою желчь к киношникам в "Снегах Килиманджаро", жестком рассказе, который был также экранизирован и оскаризирован и также превращен в мыльную оперу.

"Ты бросаешь им свою книгу, они бросают тебе деньги, потом ты прыгаешь в машину и уматываешь как черт в ту сторону, откуда приехал," -- говорил писатель о своих взаимоотношениях с продюсерами, но отказаться от 80 тыс долларов -- по тем временам очень значительная сумма -- он не рискнул. Для сравнения: за первые 4 месяца было продано 80 тыс экземпляров книги (причем первоначальный тираж в 30 тыс срочно допечатывался: такова была популярность), чего писателю даже не хватило, чтобы расплатиться с долгами и помочь обанкротившемуся отцу (вскоре после выхода книги тот покончил жизнь самоубийством).

После этого "Прощай, оружие" экранизировался, телеверсировался множество раз, но все это шло по однажды проложенному фильмо Борзажа руслу. Так в 1957 году Вигором была создана кинореплика этого фильма с участием В. де Сика, более близкая к тексту романа, но удержаться от мелодраматической струи и прекрастных альпийских декораций постановщики были не в силах.

Где-то в конце 1960-х в анналах истории затерялись следы советского телеспектакля с Волковым в главной роли, воплощавших культовый для тех времен тип сильного хэмингуэвского мужчины -- популярный в интеллигентской среде персонаж.

Историю взаимоотношений с поп-культурой можно подытожить любопытным замечанием английского писателя Э. Берджесса (1978): "'Прощай оружие' впервые отфильмовано в 1932... Эта искаженная в угоду популярному вкусу история с живой Катериной (так звали героиню романа) начала неудовлетворительную сагу плохого хемингуевского кино... Невозможно представить лучшего доказательства существенно 'литературной' натуры писателя, чем длинная череда посредственных фильмов, построенных на его произведениях".


Д. Голсуорси. "Сага о Форсайтах"

"Сага о Форсайтах" серия из 3 романов (6 в русском переводе, ибо в эту серию включают 3 романа из "Современной комедии", где действуют те же герои, что и в "Саге"). Это хроника, где с иронией, юмором, пафосом, не без некоторой доли философии рассказывается о превратностях личной жизни преуспевающих коммерсантов. Всего одно поколение отделяет их от фермерского сословия из З. Англии, откуда они вышли в Лондон, и в них еще живо чувство "новых денег". Они жестко цепляются за собственность и враждебно глухи к красоте во всех ее формах: искусство, женщины, природа. Центральной фигурой "Саги" является Сомс Форсайт, персонаж аккумулирующий в себе приобретательскую цепкость, что, однако не приносит ему счастья в личной жизни.

Первый роман "Саги" -- "Собственник" вышел в 1906 году и сразу поставил автора в ряд значительных английских писателей. "Эта книга написана с правдивостью, которая озадачивает, и к тому же с ошеломляющим мастерством. В ней нет ни единого слова, сказанного только для того, чтобы им блеснуть. Ни единого. Она легко читается, но чувства пробуждает серьезные, стиль ее строг, и она намеренно сосредоточивает мысли на главном" (Конрад, английский писатель, друг Голуорси).

Роман вышел на волне столь характерного для начала XX века неприятия буржуазной действительности, когда слово "собственник" было едва ли не матерком. В 1921 году, когда писатель вернулся к этой теме, его взгляды несколько трансформировались. В послевоенном мире, представлявшимся каким-то абсурдом, форсайты уже казались ополотом каких-то устойчивых моральных и человеческих ценностей. И Сомс постепенно трансформировался в положительную фигуру, противостоящую разболтанности или некоторому недоумению перед жизнью молодого поколения.

К этому времени Голсуорси был уже метром и его новые романы подверглись немедленной экранизации: немые фильмы появились в 1920 и 1922 годах, но ни в истории кино, ни в истории литературы никакой особой роли не сыграли. Было еще несколько адаптаций, в том числе театральные постановки, созданные при участии автора, но все это прошло как-то вяло и неинтересно.

Всплеск интереса к роману последовал после выхода в 1949 году голливудского фильма "Эта форсайтовская женщина". Сюжетная канва фильма довольно близка к романной, если не считать того, что выкинуты все размышления автора о мире собственности, его длинные детальные описания и все сведено к стремительно развивающейся любовной интриге: сцены соблазнения, ревности, соперничества следуют одна за другой. Герои также лишены какой-либо нюансировки: вот тебе ангелоподобная Ирэн (жена Сомса), вот тебе негодяй муж, которые тиранит свою жену, вот тебе голубой (в традиционном, без каких-либо двусмысленных намеков, смысле этого слова) любовник, мечта любой женщины, и вот трагическая история любви на этом фоне. Англо-американский народ, только что настрадавшийся на Второй мировой войне, испытывающих послевоенный дефицит всего самого необходимого, включая туалетную бумагу и клюшки для гольфа, валом повалил обливаться слезами на этот фильм. Полный аншлаг в течение нескольких лет.

Обращает на себя внимание, что фильм был сделан очень красиво и получил 2 награды Академии киноискусств (в просторечии именуемой "оскар"): за неподражаемый дизайн костюмов и исключительное цветовое решение.

В 1967 на BBC по "Саге" был создан минисериал, задуманный его режиссером Уилсоном еще в 1955, который крутился на канале по субботам, с повтором по воскресеньям. Нужно сказать -- это был один из первых мировых опытов и первый для Англии создания длительных сериалов (26 выпусков). Успех превзошел все ожидания. Полузабытый классик -- в СССР он в это время издавался гигантскими тиражами и сегодня украшает книжные шкафы практически каждой пожилой семьи -- вызвал гигантский интерес: заключительную серию посмотрело 18 млн телеаппаратов, то есть к телевизору прильнул почти каждый житель туманного Альбиона.

Фильм был закуплен нашей страной -- всего же телеверия была продана в 26 стран -- после чего имя Форсайтов у нас стало известно даже тем, кто никогда не слышал ни о Голсуорси, ни об английской литературе. В 2004 году этот сериал уложился в 8 кассет видео с хорошим кассовым успехом.

Вообще, имя Голсуорси постоянно забывается: как-то оно не вписывается в обойму необходимых имен мировых классиков: его литературный вес на мировом рынке едва ли позволяет ему выступать в высших весовых категориях, куда он традиционно зачисляется нашим литературоведением как неизменный друг страны Советов, без конца подчеркивавший свой глубочайший респект к великой русской литературе. И только благодаря теле-, кино- и пр. адоптациям это имя время от времени всплывает на поверхность.

Так, в 2002 году Мастерпис театр: -- существует такой при Бостонском телевидении с целью телефицировать шедевры мировой литературы -- создал очередной сериал. Они старались подойти как можно ближе к произведению, но вынуждены были принести необходимые жертвы требованиям телевидения. "Роман начинается с помолвки двух персонажей, что является серединой истории, когда отношения героев зашли уже очень далеко, -- говорит режиссер фильма С. Вильямс, -- Это дает великолепный старт для романа, где по ходу действия читатель постепенно узнает подробности бывшего, но совершенно неприемлемо для телевидения, где требуется прямое линейное повествование, как у Диккенса. Так что мы вынуждены были отмотать события назад и начать с самой завязки драмы".

"Сага о Форсайтах" с непрекращающимися попытками главного героя Сомса через десятки и десятки страниц вернуть свою жену, потом бесконечные потуги его дочери (естественно, от другого брака) заарканить сына бывшей жены Сомса от ее также нового брака делают "Сагу" идеальным сырьем для разработки сериалов. И вот уже в 1994 некая Зюлейка Даусон создает романное продолжение "Саги" где дочь Сомса на старости лет с пылом неувядаемой страсти охотится за предметом своей девичьей любви: пока будут живы сериальные виды искусства прославленной саге английского писателя не грозит забвение.


Э. Паунд. "Кантос"

"Кантос" -- это огромная поэма Э. Паунда, состоящая из отдельных canto (песен) общим числом в 120. Заметим, что "песня" здесь -- это само по себе длинный поэтический фрагмент в несколько сотен стихов. Такими "песенками" написаны гомеровские поэмы, "Божественная комедия" и др. Какого-либо сюжеты или четко просматриваемой структуры у "Кантос" нет. Здесь собраны разные поэтические формы, в стихи превращены политические, экономические, философские и научные теории, а наряду с ними присутствуют жизненные впечатления автора. Кроме того, автор не постеснялся наряду с английским включить фрагменты стихов и на других европейских языках.

Свой поэтический принцип сам поэт выразил в предисловию к поэме своего друга Т. Элиота: поэтический опыт -- это как россыпь металлических опилок, которые, однако, под действием магнита располагаются в определенный рисунок.

Впервые поэма была опубликована в 1922 году и включала в себя стихи, написанные и опубликованные поэтом с 1915 года, когда он работал преподавателем провинциального колледжа в глубинах Америки и одновременно переводил поэзию, весьма вольно и с разных языков. Умер поэт в 1972 году и за это время поэма издавалась множество раз, каждый раз меняя состав и структуру, так что последние издания (а "закончил" свою поэму Паунд в 1966) не сохранили почти ни одной строчки из первого. При этом поэт все время что-то менял, добавлял, переставлял, так что и последний прижизненный вариант -- а в литературоведении именно последнее прижизненное издание считается каноническим текстом -- нельзя считать окончательным.

Переведенная практически на все европейские языки "Кантос" поражает разностью подходов в себе в разных странах и культурах. Так, в 2002 году появилось двуязычное издание поэмы в Италии, где текст поэмы базируется на стихах итальянского периода: Паунд как изменник родины отсидел там в тюрьме с 1945 по 1948. Вольготно же ему было на зоне, если он накропал там столько стихов. В итальянское издание включены многие фрагменты самим поэтом никогда не публиковавшиеся, включая прозу и отдельные заметки Паунда об искусстве поэзии.

Поэзия Паунда ознаменовала странный разрыв литературы с читателем. Уже при своем выходе "Кантос" буквально утонули в хвалебных объятиях критики, большинство более или менее значимых поэтов XX века отметились позитивными откликами на сей труд (спрятанные за железным занавесом, советские не в счет), но читатель прошел мимо поэмы с полнейшим равнодушием. "Работу Э. Паунда, -- писал один из ранних критиков Р. Блэкмур, -- для большинства людей так же трудно понять, как Советскую Россию". И добавлял: " не сложны, 'Кантос' -- запутанны".

Влияние Паунда на современную поэзию громадно. В том числе, и прямое влияние. Появилось громадное количество поэм, где авторы состязаются с Паундом в длине и разбросанности материала, причем весьма небезуспешно. А поэтесса Х. Д. (выяснено, что ее настоящее имя Хильда Дулиттл) включила в свою поэму "Елена в Египте" столько пассажей из Элиот, что на обложке впору ставить "Паунд -- Дулиттл". Правда, эти пассажи так перековерканы, что авторство загадочной Х. Д. ни у кого из критиков не вызывает сомнений: читатели же верят критикам на слово, предпочитая не заглядывать в поэму.

А Вильямс, так тот в свою поэму "Патерсон" включил документы по ранней истории США и показал А. Гамильтона как мрачного негодяя. Учитывая, что Гамильтон был одним из отцов-основателей нации, а к ним в Америке относятся бережно и болезненно к любому косому взгляду в их сторону, не поздоровилось бы Вильямсу если бы кто читал его поэму или относился к поэту серьезно. (В Америку уже давно вошел в практику взгляд, что поэты молотят всякую чушь и обижаться на них -- все равно, что обижаться на ребенка).

Перечислять поэтов, на которых Паунд оказал прямое или косвенное влияние (а сюда нужно отнести и наших имажинистом с примыкавшим к ним некоторое время Есениным и Незвала и польских теперь уже классиков, группировавшихся в группу "Скамандр" и т. д. и т. п.) -- это все равно что цитировать телефонную книгу. Достаточно назвать несколько поэтических и критических школ, которые в своих вестибюлях в качестве одного из отцов-основателей непременно вывешивают портрет Э. Паунда: объективисты, поэты "избитого поколения" (beat generation), имажисты и имажинисты (русские утверждают, что их имажисты сами по себе, наши имажинисты -- сами по себе), концептуальное искусство, поэзия находок (found poetry, интересно, а как насчет поэзии потерь?, впрочем, это направление лучше бы назвать "поэзией воровства", потому что его представители строят свои с позволения сказать произведения на сознательных заимствованиях, авторы, кстати, разных рекламных штучек-дрючек, без зазрения ворующие цитаты у классиков, также причисляют себя к этой школе) и т. д....

Один из современных поэтов Б. Бантинг в стихотворении "Поэтический отклик на пролетевший листок из 'Кантос'", на вопрос "Что такое 'Кантос'?" ответил:

"Это Альпы? Что еще остается сказать об этом?"

Правда, сам автор на подобном ответе не остановился, и еще накатал несколько десятков строк.

"'Кантос', -- наиболее амбициозный поэтический проект, предпринятый одним человеком за последние 500 лет, и, возможно, это амбициозный провал. Но внутри них есть громадная поэзия, если только очистись ее от плохой истории и еще худшей экономической теории". Этими словами читателя с форума, посвященного поэзии, выражается робкая надежда, что все-таки "Кантос" -- это не только поэзия для поэтов.


ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ



Добавить коментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.

 Рейтинг статьи: 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.