Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Статьи
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
  • Морские круизы по всему миру: круизы по Средиземному морю. Бронирование отелей без комиссии.
 
 
 
Архив номеров

Главная» Архив номеров» 66 (февраль 2010)» Наши гости» Официальная и неофициальная культура на Алтае: пресс-конференция

Официальная и неофициальная культура на Алтае: пресс-конференция

Гундарин Михаил  , Корнев Вячеслав  , Токмаков Владимир 

На сайте «ПолитСибРу» завершилась онлайн-конференция «Официальная и неофициальная культура на Алтае: возможен ли диалог?». 

Тема выбрана неслучайно. В Алтайском крае, как и в других регионах, параллельно существуют две культуры - официальная и неофициальная. Деятели неофициальной «независимой» культуры постоянно критикуют официальную культуру за застой и консерватизм. Редакция «ПолитСибРу» решила пригласить деятелей «независимой культуры» поучаствовать в обсуждении основных проблем, которые существуют на культурном пространстве Алтайского края. 

С 25 января до 5 февраля читатели сайта задавали вопросы приглашенным экспертам - председателю Клуба любителей интеллектуального кино, главному редактору литературного альманаха «Ликбез», преподавателю философии Алтайского государственного университета Вячеславу Корневу, заместителю заведующего отделением связей с общественностью АлтГУ по научной работе, ведущему программы «Итожа», поэту Михаилу Гундарину, общественному деятелю, поэту, писателю, телеведущему Владимиру Токмакову.


В результате было задано 34 вопроса. Спрашивали и про прозу, и про поэзию на Алтае, а также как складываются на практике взаимоотношения с властями. 

 

 

                                   

 

Мне непонятно, в чем конкретно состоит противостояние официальной и другой (вашей?) культуры. В чем суть вопроса-то? Что вы не поделили? Деньги, славу? Это первое. Второе: почему на Алтай, на те же Шукшинские чтения, не приезжают действительно популярные писатели и поэты, имя которых на слуху? Думаю, с ними общественности было бы гораздо интереснее встречаться, чем с разными никому не известными мухоморами?

Задал вопрос: Студент

 

Ответ:

Корнев: Противостояния на деле нет. Есть параллельное существование того и другого. Мне лично делить деньги или славу с условным Вторушиным не приходилось и никогда не придется.

Шукшинские чтения вырождаются – это факт. Мероприятие с какого-то момента стало просто ярмаркой тщеславия, но только ярмаркой местечковой, незаметной в российских масштабах.

 

Гундарин: Как такового противостояния нет. Делить-то нечего.  Но! Как говорил Эдуард Лимонов, у меня с советской властью эстетические разногласия. Вот такие разногласия есть и внутри круга деятелей местной культуры. К тому же часть людей, у которых с краевыми властями таких разногласий нет, собрались при власти для кормушки и рулежки. Те, кто «рулит» процессом на уровне краевых властей имеют иные пристрастия и вкусы, чем я и мои товарищи, а думаю, и чем Вы, уважаемый Студент. Так что с ИХ точки зрения все те персонажи, что появляются здесь, вполне знаковые и популярны. Увы!

 

Токмаков: На самом деле противостояние больше идейное: официальная культура общается со всеми в форме монолога, а нам хотелось бы, чтобы был полноценный диалог. Многие чиновники считают, что только их взгляд на культуры единственно правильный, и он критике не подлежит.

Насчет Шукшинских дней. Действительно, приглашать надо по-настоящему известных и талантливых писателей. Но это ведь зависит от интеллектуального развития, или как говорит молодежь, «продвинутости», того или иного чиновника. Если он сам «дремучий», то он и приглашает таких же «дремучих», идеологически выдержанных в духе квасного патриотизма и «широко известных в узких кругах», писателей.   

 

 

Как вы считаете, почему с Алтая всегда уезжали и уезжают поэты, которые потом в Москве становятся известными писателями? Я имею ввиду и Шукшина, и Жданова, и Еременко, и Гайдука и многих других. Верите ли вы, что сегодня, без протекции и помощи. молодой автор может добиться известности в столицах, и станет печататься в московских издательствах? Есть ли у вас свои программы, предложения, идеи, как вернуть местной литературе популярность, вернуть молодежь в актовые залы на поэтические вечера?

Задала вопрос: Филологиня

 

Ответ:

Корнев: «Многих других», думаю, по именам и не назовете, ибо это все единичные события и конкретные люди. В каждом случае для уехавших или оставшихся были свои причины. И я не думаю, что востребованность в столице приравнивается к  знаку литературного качества. Например, не вижу ни одного аспекта, в котором стихи А.Еременко были бы лучше стихов Гундарина или Токмакова.

Что до программ – именно этим я и не озадачиваюсь. У нас в городе есть люди, которые все служебное время тратят на написание таких программ. А вот есть ли от них реальная отдача? Я же без всяких документов и санкций делаю то, что мне самому интересно: «Ликбез», «Клуб любителей интеллектуального кино», съемки «Зоба», ежегодная поэтическая маевка… В этом апреле-мае будет еще и кинофестиваль любительских фильмов под крышей Алтайского государственного университета.

 

 Гундарин: Культура сегодня – эта сфера технологий. Создать современный роман ничуть не проще, чем современный автомобиль (ну или хотя бы кофемолку). Миф об одиноком гении, сидящем где-нибудь в Панкрушихе ну или хотя бы на ВРЗ и пишущим гениальную вещь – глуп попросту.  А теперь вопрос – сколько автомобилей или кофемолок изобретено в Алтайском крае? Ноль целых ноль десятых. Вот почему я утверждаю, что уезжать не только возможно, но и порой необходимо. Чтобы учиться технологиям, чтобы вкупаться в общий процесс. Тут и лежит водораздел между периферийным и центровым (как говорили в эпоху моей молодости).

Если хочешь себе судьбы востребованного, «модного», премированного, издаваемого и переводимого автора – беги прочь отсюда! Но есть люди, которым это все не нужно. Такой может писать где угодно.  Будет ли он интересен именно там, где пишет? Ох, вряд ли. Так что «местное»/неместное – ложная оппозиция.  Замечу, что если бы Шукшин остался здесь, где теперь всякие  малоумные деятели ставят его на божничку, он фильмов бы не снял, да и вряд ли написал о деревне, в деревне обитая.

 

Токмаков: На самом деле причины могут быть разные. И Шукшин, и Иван Жданов, и Александр Еременко уехали в Москву не только потому что их здесь не печатали.  Просто Москва - другой уровень, где можно реализоваться. Особенно в советские годы – Интернета ведь не было! Полная духовная изоляция, удушающая атмосфера советской культурной окраины…

Что касается поддержки и протекции для молодого талантливого автора – да, с ней он добьется известности быстрее. Это можно проследить на примере новейшей уральской культуры. Смотрите, как громко и главное «кучно» они о себе заявили! Конечно, это было не случайно: сначала в Москву перебрались Вячеслав Курицын (гуру постмодернизма и  самый авторитетный из современных критиков), а также ныне покойный Илья Кормильцев (известный переводчик, он писал тексты для группы «Наутилус», а также являлся автором множества издательских проектов). С Родом с Урала режиссер Алексей Балабанов, "модные" драматурги Николай Коляда и Василий Сигарев. Все они продвинули в московские издательства, на сценические и эстрадные площадки огромное количество талантливой уральской молодежи.

В этой связи, у меня есть непреходящая обида на наших известных выходцев с Алтая, поэтов Ивана Жданова и Александра Еременко. К сожалению, когда их имена гремели на всю страну, никому из алтайских молодых авторов они не помогли. Поэтому лично я очень благодарен московскому писателю Глебу Шульпякову и калининградскому критику Павлу Фокину, именно они помогли мне попасть в московские журналы и питерское издательство «Амфора».

 

 

Уместно ли разделение культуры на периферийную и столичную?

Задала вопрос: Елена

 

Ответ:

Корнев:  По месту проживания – само собой. По качеству или по значению – не так однозначно. Конечно, Москва работает как огромный пылесос и притягивает вместе с мусором и денежными бумажками еще и золотые крупицы талантов из провинции. Однако, не все то золото, что в Москве. В Столице издается груда макулатуры – бульварное чтиво, пустые мемуары поп-знаменитостей и футболистов, политическая конъюнктурщина и т.п.

 

Гундарин:  Да хоть дели, хоть не дели – факт остается фактом, разрыв велик. Как и в уровне жизни, как и в структуре потребления (духовного в том числе). Я не верю в то, что, живя отшельником на периферии, можно сегодня создать что-то стоящее. Так же, как ив сфере науки или высоких технологий.

 

Токмаков:  Я не разделяю литературу на алтайскую и российскую. Если писатель талантливый, он рано или поздно выйдет на общероссийскую литературную орбиту – неважно, коммерческие или элитарные произведения он создает.

У нас в крае, писателей, творчество которых имело бы значение для всей России, никогда не было и нет. Стыдно и грешно членам всевозможных алтайских писательских союзов примазываться к славе Шукшина. Особенно учитывая подленькую, выжидательную позицию, которую занимали некоторые из них при жизни Василия Макаровича. По моему мнению, на Алтае жили только два поэта, творчество которых было заметно за пределами региона – это покойные Башунов и Мерзликин.

В тоже время гений не может творить в безвоздушном пространстве. Чтобы он появился, нужен питательный бульон, творческое кипение, которым и является его окружение, состоящее  как из обычных писателей, так и из откровенных графоманов.

 

 

Добрый день, уважаемые эксперты!

Скажите, пожалуйста, где можно купить книги барнаульских и алтайских писателей и поэтов и персонально ваши

Задала вопрос: Наталья Николаевна

 

Ответ:

Гундарин: В кое-каких книжных есть разделы-резервации «для местных». Обычно же раздача/продажа производится на разных презентациях, и вообще хорошим людям из рук в руки. Посему – следите за приглашениями на выступления, а можете обратиться, например, и в редакцию «Ликбеза», где публикуются все наиболее пристойные авторы. Там помогут. Адрес сайта (там есть и контакты)  www.lik-bez.ru

 

 Токмаков: Приходите в наш Литературный клуб, он работает по субботам, при краевой библиотеке им. Шишкова. Мы подарим вам свои книги. Ближайшее заседание –  20 февраля и 6 марта, начало в 15 часов.

 

 

Власть имущим понятно, что деятели "независимой" культуры работают актуально, интересно, ярко, более эффективно, чем представители официальной культуры, если выражаться чиновничьим языком. Можно допустить, что происходит смена культур (не только на Алтае, но и в России. Например, в Перми открыт нашумевший Государственный музей современного искусства), т. е. "независимая" культура становится официальной, а старая официальная - вымирает (журнал "Барнаул" уже не финансируется, если я не ошибаюсь).

Вопросы:

1. Уважаемые эксперты, вам самим нужен диалог с официальной культурой?

2. Вы хотите стать частью новой официальной культуры?

Задал вопрос: Павел

 

Ответ:

Корнев: 1. Мне – не нужен. 2. Разумеется, нет.

 

Гундарин: Разделение культур на независимую и официальную настолько несущественно, что им можно пренебречь. Разница внутри периферийного круга творцов, пожалуй, только в их персональной принадлежности к тому или иному властному кружку. Ну вот Валерий Тихонов, редактор официозного «Барнаула» и Николай Бажан, редактор независимого (потому как незамечаемого) журнала «Встреча». Кто из них пишет лучше? Ответ: никто.

 

Токмаков: Павел, вы подняли очень актуальную тему! С официальной культурой диалог в принципе невозможен, потому что она ведь говорит, в основном, монологами. Этакий, «тоталитарный рэп», как пел известный рокер Константин Кинчев. Далее, по поводу «феномена Перми», который сейчас, действительно, обсуждается везде и всюду. Можно, я отвечу вам на ваши вопросы двумя цитатами? «Полгода назад в Перми заработал музей современного искусства PERMM под руководством Марата Гельмана. Теперь — в Перми же — открыл новый театр Эдуард Бояков. На очереди Пермский центр развития дизайна — там хозяйствовать будет Артемий Лебедев. Строительство культурной столицы, за которое рьяно взялись местные чиновники (обратите на это внимание! – В.Т.), продолжается. Один «театр современной пьесы» у Эдуарда Боякова уже есть. Три года назад он основал в Москве театр «Практика». Пермский проект (Бояков постоянно это подчеркивает) — самостоятельный, отдельный, не следует воспринимать «Сцену-Молот» как филиал «Практики». Это дословная цитата из одного популярного столичного издания.

А вот другая. Молодой и, как сейчас говорят, «модный» московский критик по поводу некоторых книг и журналов наших «писателей-динозавров»: «Неопознанная современность подступает к литературе, окружает её вызовами. А литература сидит на бабушкином сундуке и упивается воспоминаниями о том, как люди хорошо вели себя при Брежневе. Это хуже чем бездарность. Это трусость. Это бегство от реальности».

 

 

Есть ли у вас политические амбиции? Вы слишком часто пиаритесь, выступаете в прессе, на разных мероприятиях. Каковы личные взаимоотношения между Токмаковым и Гундариным, они же сейчас в разных политических лагерях? Раньше они были друзьями, а теперь не помешает ли это вашим дальнейшим планам по продвижению альтернативных литературных проектов?

Задал вопрос: Прокл

 

Ответ:

Корнев: Политика для меня – бранное слово, большинство политиков я за людей не считаю. Отсюда и ответ: амбиций – нуль.

 

Гундарин: Ну, что касается меня, то, как вы выражаетесь, пиар – сфера моей работы, я преподаю на кафедре связей с общественностью АлтГУ, пишу книги про пиар-технологии, издаваемые в столицах и получающие профессиональные награды. В известном смысле, к этой сфере касательство имеет и моя журналистская работа. Так что куда деваться! Чему и как можно научить студента, ежели не подавать личного примера?

Что же до отношений моих и Токмакова, то знакомы мы 20 с лишним лет, за это время были и литературными противниками (в благословенный период расцвета литературного движения конца 80-х), и сотрудниками, каковыми и остаемся сегодня. Так что мы в вопросах литдвижения заодно, работаем рука об руку, состоя в одном писательском союзе, между прочим! Имейте это в виду все недруги! Я писал несколько разборов токмаковских сочинений, в том числе и предисловия к его книгам. Потому верю, что в литературе Владимир всегда нас будет удивлять и радовать, давать немало нового, заслуживающего самого серьезного внимания. Ну и лично мы регулярно встречаемся, выпиваем,  промываем косточки всем литературным недругам.

Что же до политики, где  вы нашли какие-то лагеря,  тем более разные? Идет глобальная битва Добра со Злом и все честные джедаи знают, на чьей они стороне!

 

Токмаков: Политических амбиций у меня нет, только – поэтические. В политике сейчас честному человеку делать нечего. На выборы, кстати, я тоже не хожу. Пойду только тогда, когда кандидат в президенты страны, одним из пунктов своей предвыборной программы  предложит повсеместно снести памятники Ленину. Тем не менее, идеологически мне ближе «справедливороссы».

С Михаилом Гундариным у нас нормальные отношения, потому что мы понимаем: работа - это одно, а творчество - совсем другое.

 

 

Все это похоже на какое-то унылое нытье, когда верхи не хотят, а низы не могут!

Считаю, что тот же "Ликбез" как только ляжет под государственное финансирование, тут же растеряет больше половины своих Читателей и Почитателей)))

Поэтому живите как жилось. Творите, пишите, созидайте!

Задал вопрос: Сеня Рублев

 

Ответ:

Спасибо. Творим!

 

 

Как Вы оцениваете вмешательство властей/чиновников и пр. в творческую жизнедеятельность города. Насколько оно оправдано.

Задал вопрос: М.

 

Ответ:

Корнев: О каком вмешательстве идет речь? Творческая жизнь нигде не пересекается со сферой деятельности чиновников. А попытки какого-то воздействия бюрократов на эту жизнь выглядят нелепо – как, например, у товарища Огурцова из «Карнавальной ночи».

 

Гундарин: Чиновники на литературу серьезного  внимания не обращают, ибо сегодня она мало пригодна для достижения политических целей, или, к примеру, для воздействия на широкие массы.  И слава Богу, что не обращают! Поддержка тем не менее ей нужна, как и всему, что в силу рыночных отношений пробиться-прорваться к коммерческому успеху не может. Другое дело, что нужно поддерживать системно, с учетом специфики. А не заниматься тупым администрированием.

 

Токмаков: Вопрос не совсем корректен. Когда возникает вмешательство властей/чиновников и пр., в творческую жизнедеятельность писателей, художников, артистов? Только тогда, когда эти  «деятели культуры» находятся на содержании у государства. В нашем случае – это оба отделения Союза писателей России, журналы «Алтай» и «Барнаул», или например, краевой театр драмы. Тут, видимо, чиновники руководствуются известным, хоть и вульгарным, выражением: «кто культуру кормит, тот ее и танцует».

Но как может, кто либо из чиновников вмешаться в содержания альманаха «Ликбез», в работу независимой художественной галереи, типа «Бандероль»? Или в выпуск нового музыкального альбома группы «Бомбоубежище», «Город Б.» или «Альтависта»? Да никак!

 

 

Как вы относитесь к созданию краевого автономного учреждения "Алтайский дом литератора"? На ваш взгляд, нужна ли такая структура? Что она реально может дать алтайской литературе?

 

Задал вопрос: Иван Фролов

 

Ответ:

Гундарин: С Домом литераторов, появление которого вызвало у местных творцов настоящий фурор и обвинения в казарменном контроле за литературой, дело сложнее. Я не согласен с априорными обвинениями, исходящими от тех, у кого, опять же, отобрали доступ к  дотационному корыту. Если  руководители Дома (сами писатели) будут проводить политику в интересах всех литераторов края -  существование такого учреждения может быть полезным. Любая же групповщина (в стиле журнала «Алтай») все потенциально полезное убивает сразу. Так что посмотрим.

 

Токмаков: Мое личное мнение - структура такая нужна, и она должна выполнять только одну функцию – издание и «продвижение» алтайских авторов. То есть не проедать бюджетные средства, а зарабатывать их.  В таких структурах должны работать  грамотные менеджеры, не шарахающиеся в сторону от слов "конъюнктура рынка", "издательский проект", "пиар-акция" и пр. До недавнего времени все подобные писательские структуры, сидящие на бюджете, оставались обычными чиновничьими подразделениями  краевого управления по культуре. И главной их заботой было - проводить по заранее согласованному с "кураторами" плану никому не нужные мероприятия, так, чисто для "галочки". Вы, наверное, тоже на таких мероприятиях были, куда по звонку сгоняют "пионеров" и пенсионеров.

 Я уверен, что губернатор края искренне хотел помирить всех местных писателей (а у нас, как и во многих регионах страны, аж три различных, враждующих писательских союза!). Но критика в адрес сегодняшнего руководства Дома литератора неизбежна, так как все, что создается волевым решением сверху, в нашей стране во все времена вызывало подозрение и общественную критику.

 

 

 мне вообще кажется, что сейчас, к большому сожалению, многие забыли о литературе. ведь как много поэтов, писателей, но они не нужны своему государству, даже своему региону, только узкому кругу писателей. возможно ли поддержание местной литературы? и возможно ли донести до властей тот факт, что прекрасное должно поддерживаться?

 

Ответ:

Корнев: В моем понимании, власть – это инопланетный паразит, разносимый космическими спорами. На каждом конкретном месте этот вирус мутирует, вселяясь в определенное тело (раньше был человек, теперь стал бюрократ), но видеть в этом мутанте озабоченность народными чаяниями, местными проблемами, наивно. У бюрократа одна забота – закрепиться у кормушке, рассадить всюду своих клонов-родственников и обеспечить преемственность собственности и власти. Поэтому «донести» до власти какие-то разумные идеи, предложения, просьбы нельзя. Барнаульский чиновник не имеет никакого отношения к Барнаулу, может быть, он когда-то здесь родился, но давно уже эволюционировал в какой-то особый вид. Поэтому ему по барабану все наши проблемы.

 

Гундарин: Думаю, что понятие «прекрасного» у нас с Вами и у чиновников может категорически не совпадать. Это раз. Два – действительно, уровень творческих работ может быть не высок, и тратить народные деньги на это – гм! С другой стороны, этот уровень и не вырастет, пока не обсепечить контакта автора и публики. А это в наших условиях может сделать только власть. Такая вот загогулина (в смысле, диалектика)!

 

Токмаков: Тут можно говорить об особой природе российского чиновничества: будучи невероятно ограниченными людьми, они, например, на вопрос, что для вас является «прекрасным» в искусстве, обычно на "автомате" отвечают: "Пушкин, Шишкин и Чайковский". Другой вариант: "Шукшин, Репин и Свиридов". Соответственно своему пониманию «прекрасного» чиновники и осуществляют свою «бюджетную» поддержку достойной этого «местной литературы».

Ну и давайте уж честно признаемся: у настоящей литературы никогда не было большого количества читателей. Джеймс Джойс не мог найти издателя для своего романа «Улисс», а теперь это произведение называют главным романом ХХ века. Франц Кафка при жизни опубликовал всего несколько рассказов, ну и т.д. Я сознательно не беру отечественную литературу – у нас за право писать, как хочешь, еще несколько десятилетий назад писатели вообще платили жизнью

 

 

Конкретно: как издать книгу? Что для этого нужно? Слышал о грантах управления по культуре на издание книг. Насколько этот процесс прозрачен, и насколько реально получить такой грант молодому автору?

Задал вопрос: Артур

 

Ответ:

Гундарин: Система грантов поставлена безобразно, если и дают, то исключительно своим, да и то на всех не хватает.  С этим нужно что-то делать! С другой стороны, издание книги совсем недорого – можно уложиться в 8-10 тысяч. А потом разослать ее по столичным журналам и издательствам, бывали случаи, что так молодежь замечали.

 

Токмаков: Издать свой первый сборник – не проблема, были бы деньги. В Барнауле больше сотни типографий разного калибра. Находишь спонсора – и тебе не только первый сборник – собрание сочинений с комментариями и вариантами отпечатают! Только дальше-то что? Будете раздаривать книжки родственникам и друзьям? Отпечатать книжку - это полдела. Дальше начинаются мытарства с ее реализацией - книжные магазины ее не возьмут. 

Что касается грантов управления по культуре края на издание книг, их «прозрачности» и прочего.  В прошлом году их вручали первый раз: возьмите списки членов комиссии по грантам и список тех, кто эти гранты получил. Сравните, подумайте  – и сделайте выводы сами.

 

 

В студенческие годы все пишут стихи. После окончания вуза большинство это дело бросают. Понятно, что прогнозы - дело неблагодарное. Но все же: кого бы вы назвали из молодого поколения поэтов и прозаиков, у кого, при стечении благополучных обстоятельств, действительно есть большое литературное будущее?

 

Задал вопрос: Антигерой

 

Ответ:

Гундарин: Отличие нынешней поэтической генерации на Алтае в том, что они пришли именно поколением, чего здесь не было с 80-х годов.

Что же до поколений, то в нашей литературе они представлены все – от самых старых до самых новых. Это примерно 5-6 возрастных слоев. Называю наиболее достойных и интересных (в отсутствии таковых -  характерных) представителей.

1 слой. - Марк Юдалевич, Александр Родионов,  Станислав Вторушин, Владимир казаков и мн.др. Имеют огромный опыт жизни в составе Союза Писателей. В нынешней жизни устраиваются с разной степенью ловкости.

2 слой -  Анатолий Кирилин, Сергей Клюшников, Валерий Котеленец, Иван Мордовин и мн.др. Повезло этим меньше, писательское советское благополучие только поманило, да выбросило. Но и здесь как-то приживаются не без труда.

3 слой – Наталья Николенкова, Михаил Гундарин, Владимир Токмаков, Сергей Бузмаков и мн.др. Поколение 80-х. Обещали они – и им – многое. Получили все куда меньше…

4 слой -  Елена Безрукова, Татьяна Баймундузова, Дмитрий Латышев -  и почти все! Тридцатилетним уж сильно не повезло с ситуацией.

5 слой – Много кто! Эти двадцатилетние идут ровненько, но значительная часть из них – как и полагается – уже разъехались кто куда. Жаль – но неизбежно. Назову тех, и уехавших, и оставшихся, которые мне кажутся очень интересными и перспективными. А что получится в итоге – зависит от многого! Но топ-7 таков (без расстановки мест внутри списка): Дмитрий Чернышков, Дмитрий Мухачев, Екатерина Вихрева, Александра Вайс, Елена Гешелина, Василий Сыроежкин, Владислав Пасечник (редкий нынче среди молодых кадр – прозаик). Есть немало талантливых ребят и кроме этих.

 

Токмаков: Самым ярким представителем молодой генерации алтайских поэтов я бы назвал Василия Сыроежкина. Но он, скорее, рок-бард, так сказать, поэт с гитарой. Другим по-настоящему талантливым и, несомненно, заслуживающим внимания публики является рок-поэт Алексей Иванов (сын замечательного поэта и художника Юрия Иванова). Отличные стихи у Дмитрия Мухачева и Александра Романцова. Есть на Алтае интересные молодые поэтессы. Мы не знаем, как у них сложится судьба, кто из них, окончив вуз и выйдя замуж, бросит писать, а кто наоборот, не выделявшийся сейчас на общем фоне, раскроется как яркая и незаурядная личность. Но главное – что это поколение появилось!

 

 

А вот скажите мне и широкому кругу не приближенных к вашим персонам читателей "ЛИКБЕЗА", Вячеслав: кто же все-таки скрывается под псевдонимами "ПАУТИНЫЧ" и "ИХТИАНДР ОБМОКНИ"? Я над этой проблемой время от времени размышляю эдак с 1991 года. Сколько времени прошло - пора бы стране узнать имена своих героев. Или нет?

Задал вопрос: Олег Боронин

 

Ответ:

Корнев: К сожалению, у меня нет санкции авторов на эту демистификацию. И, кстати, я сам знаю не всех эмпирических авторов, работающих на «Ликбез». У каждого псевдонима своя тайна.

 

 

Прочитал в Интернете, что у нас в крае, оказывается, есть целых два литературных журнала "Алтай" и "Барнаул". Если у них есть штатная редколлегия, номера регулярно выходят, у них неплохой тираж, почему тогда о них ничего не известно широкой публике? Опять же, если они выходят на бюджетные деньги, почему краевым и городским чиновникам наплевать, что за макулатура в них печатается?

Задал вопрос: Дмитрий Донской

 

Ответ:

Гундарин: Это примеры того, как поддержка осуществляется бездумно. Ну вот финансируется  из бюджета журнал «Алтай» - зачем, Боже мой? Чтобы кормились около него сомнительные личности в малом количестве, тщательно отпихивая локтями прочих?  Загляните в любой его номер, увидите там ТАКОЕ, что раньше и в районках не публиковалось… Просто потому, что тамошняя группировка чужих не пускает, а свои бездарны.  Ситуация с журналом «Барнаул» получше, на мой вкус, но и он должен серьезно измениться, чтобы стать значимым для жизни города, для его интеллигенции – и, что немаловажно, для поддержания молодых авторов.

 

Токмаков: Почему о существовании журналов «Алтай» и «Барнаул» ничего не известно широкой публике? Думаю, этот вопрос лучше задать редактору и штатным сотрудникам этих литературных изданий. Либо чиновникам, которым такие журналы нужны. Я думаю,  у этих изданий совсем другая, не литературная, а, скорее, некая идейно-охранительная функция.

 

 

Кто является для вас безусловным авторитетом?

Задала вопрос: Елена

 

Ответ:

Корнев: Эпитета «безусловный» я несколько опасаюсь. На действии абсолютных авторитетов и догм держится всё, что мне ненавистно: идеология, реклама, школьная докса… У меня есть просто авторитеты в философии: Сартр, Жижек, Бадью, Альтюссер, Лакан, Гегель и др. Или  есть друзья, знакомые, мнение которых является весомым.

 

Гундарин: Я внимательно прислушиваюсь к мнению и советам многих литературных друзей и коллег, живущих и работающих здесь. Назову среди них и Владимира Токмакова, и Наталью Николенкову, и Дмитрия Латышева. Есть многие современные  авторы, писатели и критики, которые для меня важны, оставаясь где-то вдалеке. Ну и классики, конечно… Вот сильно расстроился по поводу смерти Сэллинджера, рассказы которого ценю очень высоко. Но тут еще и пример жизненный – на пике славы уйти в отшельничество и прожить так более 40 лет! Так и нужно делать. Может, когда-нибудь и сделаю – вся загвоздка только в славе.

 

Токмаков: Вы имеете в виду в литературе? В разное время у меня, как, наверное, и у многих, были разные любимые произведения. Но бывает, как в любви – сначала восторг, после (при повторном прочтении), полное разочарование. Так у меня было с Набоковым, которого я сейчас не могу читать – вся эта мертвая, холодная, бессмысленная словесная вязь… Как паутина, из которой невозможно выбраться. То же самое и с  Бродским... Бродский стал для меня еще одним академическим, антологическим поэтом, бронзовым классиком короче. А вот «Зависть» Олеши, «Москва-Петушки» Венедикта Ерофеева, «Над пропастью во ржи» Селинджера, «Тропик рака» Миллера, «Над кукушкиным гнездом» Кена Кизи, также для эксперимента перечитал, и как-то не разочаровался. Из современных русских поэтов мне интересны Сергей Гандлевский и, покончивший с собой несколько лет назад, Борис Рыжий. Много хороших авторов публикуется в московском поэтическом альманахе «Арион».

 

 

Токмаков писал неплохие театральные рецензии в "Российскую газету". Как сейчас вы оцениваете ситуацию в театральной жизни города?

Задал вопрос: Молодой

 

Ответ:

Токмаков: Я был и остаюсь поклонником театра Владимира Золотаря. Сегодня наш театр драмы стал безнадежно провинциальным, подтверждение тому – последние постановки. С таким уровнем у театра нет никакого шанса выйти на общероссийскую орбиту, как это ненадолго случилось с Золотарем и его «Войцеком». Мне показался совершенно провальным спектакль по Шукшину «Сила сердечная, боль заповедная». Правда, сейчас в театре наметилось некое шевеление. Думаю, «контрольными» для всех станут готовящиеся спектакли по скандальному произведению Дени Дидро, и спектакль ко дню Победы, который вроде как собирается поставить не менее скандальный Роман Виктюк. В остальном, как говорится, поживем – увидим.

 

 

Может, не стоит так уж заморачиваться по поводу деления на официальную и неофициальную, творите - а читатели, зрители и проч. разберутся..

Расскажите, пожалуйста, есть ли какие-либо задумки "вне официальных" на новый 2010 год.

 

Задала вопрос: гостья

 

Ответ:

Корнев: Да я и не заморачиваюсь. Это просто такая полемическая постановка темы. В действительности конфликта особого, как и диалога нет. Какой, например, мог бы выйти диалог у хиппи и яппи?..

Задумок всегда много. Далеко не заглядывая только до прихода лета: апрель-май – новый бумажный «Ликбез», май – Поэтическая маевка и кинофестиваль любительских фильмов. Ну и каждый месяц – выход электронных номеров «Ликбеза», кстати, февральский будет тематическим, посвященным проблеме «Любовь и секс». Ну и еще с 8 февраля стартует программа «История итальянского кино» в «КЛИКе»

 

Токмаков: Задумок очень много. Во-первых, альманах «Ликбез»  теперь будет регулярно выходить и в бумажном формате. Мы хотим учредить две своих  литературных премии: премия альманаха «Ликбез» и Независимая пушкинская премия. По поводу премии «Ликбеза». Мы будем ее вручать по итогам года, за лучшую прозаическую, поэтическую, критическую публикации, за лучший дебют, а также за смелость и новаторство в творчестве. Премия будет иметь небольшой денежный эквивалент, но главное – получить ее, значит, получить настоящее признание!

Теперь по поводу Независимой пушкинской премии. Ведь действительно, как-то странно у нас получилось сначала с памятником Пушкина в Барнауле (который ведь появился благодаря самодеятельно поэту Сергею Сороке, а не чиновникам!), а потом и с самой премией. Она почему-то стала муниципальной, у нее появились какие-то, на мой взгляд, странные условия получения, нелепейшие, абсурдные возрастные рамки, форматы и пр. Зачем все это для премии, которая носит имя великого реформатора русской поэзии – Александра Сергеевича Пушкина! Мы решили исправить данное положение дел, придуманное, видимо, в недрах какого-то чиновничьего кабинета. И отныне мы будем вручать свою Независимую пушкинскую премию.

Кроме этого, полным ходом идет подготовка к изданию «Антологии урбанистической поэзии Алтая ХХ века» (составители В. Корнев, В. Токмаков, М. Гундарин).

 

 

К черту всякие культуры - расскажите о поступках, за которые вы гордитесь и стыдитесь больше всего.

Задал вопрос: Руслан

 

Ответ:

Корнев: Гордиться особо нечем. А стыдно за многое: друзьям и вообще любимым людям я в человеческом плане мало что даю. По причине своего эгоизма и душевной лености.

 

Гундарин: Полностью согласен – свою жизнь на культуру и прочее я не делю.  А пока она, жизнь, длится, считаю подводить итоги в режиме самое-самое преждевременным. Все нормально, все путем…По ночам сплю спокойно, и слава Богу.

 

Токмаков: Руслан, можно я расскажу об этом на исповеди, когда буду умирать? А вообще, читайте наши книги, в них все предельно откровенно написано!

 

 

Чем поколение 80-х-90-х отличается от поколения 2000-х?

Задал вопрос: Елена

 

Ответ:

Корнев: Не готов к роли арбитра в споре поколений.

 

Гундарин: Не вижу существенных отличий в существенном от любых молодых всех времен и народов. Это значит – энергия, вера в свои силы, симпатичное хамство по отношению к классикам и современникам… Скажу банальность: сами такими  были, таковы же и нынешние молодые. Другое дело, что те, кто начинал 10 лет назад попали в более тяжелой положение, и вот они отличались от нас. А нынешние –  принципиально нет.

 

Токмаков: Новое поколение более индивидуализировано, они более разобщены. А тем не менее, «поэтическим поколением», литературной группой, творческим объединением заявить о себе, обратить на себя внимание публики и журналистов проще, чем по одиночке. Так всегда было в мировой культуре. В России так заявили о себе футуристы, акмеисты, символисты, концептуалисты, метафористы и пр. Но сегодняшняя  творческая молодежь очень амбициозная. Они не могут дружить друг с другом, идти на компромиссы. Каждый только себя считает гением - и все. А нужно заявлять о себе группой, направлением, литературной школой, а потом уже, когда вас узнают, запомнят, полюбят - начинать сольную карьеру. К сожалению, и в алтайской журналистике (за редким исключением – Лариса Хомайко и Вадим Климов) практически не осталось профессионалов, специализирующихся на культурных процессах, способных увидеть что-то новое, интересное и вовремя поддержать.

 

Что вас больше всего радует и огорчает в молодых писателях, музыкантах, художниках?

Задал вопрос: Елена

 

Ответ:

Корнев: Мне импонирует не внешняя, а именно внутренняя свобода многих молодых людей. Это такая свобода, как в одном из моих любимых фильмов «Большой Лебовски». Там в самом начале здоровенные гориллы врываются в квартиру и макают «Чувака» Лебовски головой в унитаз: «где бабки Лебовски? Отвечай!» (перепутали его с миллионером). А тот после второго-третьего макания, спокойно отвечает: «Наверное, там, в толчке, давай, я еще поищу». Вот такую, пускай, отрицательную, но полную свободу не отнять и не купить. Это свобода маргиналов, бунтарей, гениев. Я лично знаком с несколькими такими.

 

Гундарин: Всегда радует стремление быть в курсе  современных литературных тенденций, в чем-то подражать более раскрученным сверстникам. Знание – хотя бы в общих чертах – западных образцов.  Это необходимо! А огорчаться – что ж? Вот пройдет пять-десять лет, тогда и будем огорчаться насчет несбывшихся надежд. Надеюсь, что сбудутся – все.

 

Токмаков: Радует, что творческая молодежь свободна от комплексов советской культуры. Радует, что у них есть такая великая и важная вещь как Интернет. Для нашей страны, с ее уровнем свободы и возможностей самореализаваться - это гораздо важнее, чем для Европы или Америки. Интернет сегодня в России остается зоной максимальной эстетической свободы. Радует, что им не нужно пресмыкаться перед чиновниками и чинушами, чтобы издать книгу, даже если издавать ее отказались все издательства. Хорошо, что можно организовать независимую выставку, и выпустить свой диск. Огорчает, что все это можно сделать только при наличии денежных средств, которых, увы, у творческой молодежи нет. Огорчает, что творческая молодежь (не все, но в большинство)  остаются малокультурными, ленивыми и нелюбопытными людьми. Мало читают других авторов, мало работают над своими текстами, подчас искренне удивляясь, что над ними, оказывается, нужно работать! Молодежь  мало ходит на художественные выставки и в театры, не понимая, что это - сообщающиеся сосуды. В результате они часто «изобретают велосипед», пишут стихи и прозу, картины или музыку, даже не подозревая, что все это в искусстве – уже вчерашний день.  И как результат, остаются «провинциальными гениями» и предметом для насмешек язвительных критиков.

 

 

Уважаемые писатели и поэты! А нужна ли нам вообще местная культура? Ведь так много есть книг, фильмов, картин и проч.

Задал вопрос: Василий

 

Ответ:

 Корнев: А бывает какая-то культура, кроме местной? Понятно, что поэты рождаются в провинции, а умирают в Париже. Понятно, что регионы, подобные нашему, работают как поставщики дешевой рабочей и творческой силы, но ведь Париж, Москва, Питер – это тоже всего лишь местности, и в Питере, например, тоже можно переживать комплекс местечковой культуры. Разумеется, глобальная мировая культура отсеивает совершенную ерунду и мелочь, ограняя провинциальные таланты и предоставляя им сцену, тираж, известность. Но ведь не все хорошие художники принимают участие в этой гонке и при первой возможности рвут когти в столицу.

 

 Гундарин: Ну вот зачем нам футбольная команда второго дивизиона? Или хоккейная того же уровня? Если есть Лига Чемпионов или НХЛ (КХЛ на худой конец)? Есть тем не менее местных спортсменов  публика и интерес. Так же и тут. А с другой стороны, куда ж девать нас, местных творцов…творить не запретишь (хотя иной раз думаешь, что некоторым не мешало бы).

 

 Токмаков:  Плох тот провинциальный  писатель, который не мечтает стать классиком. На самом деле, вы правы, Василий, нет никакой «местной» литературы – есть хорошие писатели и плохие. Что значит, «известный барнаульский» или «алтайский» писатель? Это значит, что на самом деле, его никто не читает – ни в Барнауле, ни в Москве. Вот уважаемый и консерваторами и модернистами Виктор Астафьев, прожив всю жизнь в Красноярской глухомани,  разве был только известным «красноярским» писателем? Нет, конечно. Следовательно, место проживания писателя не важно, важно что именно он написал, тянет ли это на общероссийский уровень.  Вот из таких «местных» писателей, как Астафьев, или нижегородский  прозаик Захар Прилепин, или пермский романист Алексей Иванов ("Сердце Пармы", "Золота бунта") и собирается  русская литература.

 

 

В 1980-х годах на Алтае были неформальные литературные объединения, где встречалась творческая молодежь. Ест ли что-то подобное на Алтае сейчас? Куда может принести свои рукописи молодой автор? Есть ли у "Ликбеза" постоянное место встречи? Устраиваются ли музыкально-поэтические вечера? Где можно узнать об этом?

Задала вопрос: Поэтесса

 

Ответ:

Корнев: Про мероприятия «Ликбеза» я уже рассказывал. Можно следить за новостями на сайте «Ликбеза», в группе нашего альманаха «в контакте». Есть масса дружественных творческих сил и воплощаемых ими идей. Один только Василий Сыроежкин придумывает полдюжины совершенно оригинальных проектов в год. Не так давно у него вышел сборник «Трамадол», потом было лит.событие под названием «Я-в-Атман», с недели на неделю ожидаются премьеры: проект «Чарли», проект «Арни»… Следите за рекламой! Ну а  неформальное общение  происходит постоянно: в него можно попасть через киноклуб, например, через литературные гостиные в Шишковке, под руководством В.Токмакова.

 

Гундарин: Много есть у нас групп и группок – как впрочем, почти всегда и везде. Мне ближе позиция «Ликбеза», который сегодня играет большую организующую роль, собирая молодых, выводя их на публику.  Большое шоу устраивается ликбезовцами  каждый год в мае. Милости просим! Впрочем, выступления обещают нам устраивать и ребята из казенного Дома литераторов, у них даже своя площадка есть. Обо всем этом сообщается в СМИ, которым за эту информацию – спасибо!

 

Токмаков: Литературных объединений сейчас нет, а вот литературные кружки, студии, клубы и кафе, есть в огромных количествах. Лично мне они не интересны: чтение по кругу, взаимное восхваление, вечер памяти Высоцкого, Есенина, Чехова, Шукшина и пр. и пр. и пр. Если у вас есть желание – присылайте рукописи в альманах «Ликбез». В Интернете все адреса есть. Ежегодно в АлтГУ в мае редколлегией «Ликбеза» проводятся «Поэтические маевки», собирающие большое количество творческой молодежи: поэтов, художников, музыкантов. Вся информация – опять же есть в Интернете.

Добавить коментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.

 Рейтинг статьи: 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.