Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Статьи
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
 
 
 
Архив номеров

Главная» Архив номеров» 66 (февраль 2010)» Проза» Посредине времени (рассказ)

Посредине времени (рассказ)

Султанов Вадим 

ПОСРЕДИНЕ ВРЕМЕНИ

 

«Он осмотрелся вокруг – всюду над пространством стоял пар живого дыханья, создавая сонную, душную незримость; устало длилось терпенье на свете, точно все живущее находилось где-то посредине времени и своего движения: начало его всеми забыто и конец неизвестен, осталось лишь направление».

А. Платонов. «Котлован».

 

 

 

1.

Все началось с того, что Толян разошелся со своей девушкой.

По крайней мере, мне так Суслик сказал. Он мне говорил, это типа из-за того, что она от него залетела, а потом сделала аборт, потому что он не захотел на ней жениться. И денег даже на это не дал. Она у подруги занимала, рублей семьсот-восемьсот. 

Но я Суслику не верю. Балабол он последний и гавно, и трепаться готов на ровном месте, лишь бы было кому его слушать.

Ему часто за это попадало. Он же совершенно не понимал, к кому следует лезть, а к кому не следует. Били его из-за этого  чуть ли не каждый день.

А иногда и так били, без повода. Бывают такие люди – лица, что ли, у них такие?  Идеальная мишень для всякого бычья: вечно взъерошенный, с воробьиным лицом, глазки бегают по углам, сгорбленные плечи, подбородок вдавился в грудь – и не захочешь, а по шее дашь. Но умнее он от этого не становился. Наоборот, чем чаще Суслик получал, тем больше его тянуло ко всякому отребью. Он с ним где угодно знакомился – на остановках, на улицах, в подъездах. В лесу, сразу на окраине города.

Я встречаю его во дворе.

- Вадя, - говорит, - я с такой тёлой познакомился! Эльмира зовут.

- Где? – говорю.

- На остановке, прикинь. Она пиво пила, я и подвалил.

- Ну ты мущщина, братан!

- Базаришь! Пообщались, я ей еще пива взял, потом в лес пошли и я ее это… –Суслик неумело матерится и заглядывает мне в глаза, как будто я ему не верю.

- Че, без ничего, что ли?

- Ага.

- Ну ты дебил! А подцепишь че-нить?

- Фигня, не подцеплю. Все нормально. Завтра с ней пиво пить пойдем.

- Опять в лес?

- Не, там комары. На хату к ней.

- Удачи, братан. Она тебе еще понадобится.

- Их-ха-хах! – Суслик, повизгивая,  смеется и пытается стрельнуть у меня мелочь. У меня ничего нет, и он сваливает. Обещает подойти завтра.

На завтра у него синяк в пол-лица, и он очень грустный.

- Вадя, - говорит, - она такая сука!

- В смысле?

- У нее парень есть. Позавчера откинулся. Забухали с ним, еще с какими-то, они с ним пришли. А потом она сказала, чтобы я больше не приходил.

- А синяк откуда?

- Где?

- Где, где, - говорю. - На лице.

- Да? То-то я думаю, че-то болит у  меня. А вчера еще не было…

- Чудо, что ли?

- Их-ха-хахах! Вадя – приколист!

Он хлопает меня по плечу, потом еще раз, и еще три раза. Как будто не знает, что я этого терпеть не могу.

Урод.

Толян и в самом деле разошелся со своей девушкой. Не знаю, из-за чего это у них случилось, но плакала она сильно.

Потом, я слышал, она замуж вышла, родила. Больше я ее не видел.

Может, уехала.

 

2.

 У нас вообще многие уезжают. Хотя город вроде большой, сто тысяч населения. Два завода, хлебокомбинат и молокозавод. Аэропорт недалеко, в десяти километрах от города. Только он не работает, его закрыли, потому что самолеты сюда не летают. То есть стоит, конечно, на взлетном поле кукурузник. Но разве это самолет?

Мы стоим в подъезде у Толяна, пьем пиво. Болтаем про «варик», то есть «Warcraft III», ну не важно. 

В подъезде нас трое: я, Толян и Ринат.

Снаружи ночь. Тихо. В форточку подъезда светит фонарь.

- Я минотавров у орды заценил. – Говорит Толян и пьет пиво из пластмассового стаканчика.

- И че? – взъерошивается Ринат. Он опять завалил зачет, ему хочется с кем-нибудь поругаться.

- Круто. Прокачиваешь у них барабаны или типа палицу, берешь их штуки три и идешь базу у компа выносить, у легкого в смысле. У среднего тебе уже штук пять-семь понадобится, с героем.

- Фигня все это, братан!

- Че фигня! Я ими тебя как нефиг делать вынесу!

Ринат презрительно смотрит на него:

- …ня твои минотавры! – говорит он, независимо отставив ногу. – Они по воздушным целям не бьют. Их любая птичка тромбанет: хоть грифон у людей, хоть дракончик у эльфов.

Толян ничего не отвечает, лишь странно блестит глазами. Похоже, он поражен. Ринат допивает свое пиво и наливает еще.

Толян молчит еще немного. Потом говорит:

- Ринат?

- А?

- Гавна!

И ржет.

Мне скучно. Я закрываю глаза и представляю наш аэропорт. 

Низкое одноэтажное здание. Взлетное поле, заросшее травой. Маленький самолет посередине поля.

Я надеваю пучеглазые очки, застегиваю лётный шлем. Сажусь и завожу мотор.

Я взлетаю.

Я улетаю в Калифорнию.

Там апельсины и вечное лето.

Там Тихий океан.

Там Сальма Хайек.

Главным образом, конечно, Сальма Хайек.

Смотрели «Отчаянный», боевичок такой, Роберта Родригеса? Да? Ну, тогда вы понимаете, о чем я.

 

3.

В первый раз я смотрю его в компьютерном клубе, на Дзержинского.

Там еще Бандерас с гитарой снимается, стильный такой, подтянутый.

Все бандиты его боятся и говорят ему: «О! Ты - тот парень с гитарой?». А он им такой: «Да, мля, это я! И я ищу человека по имени Бучо!».

И палит во все стороны, не дожидаясь ответа.

Из гитары.

Там у него типа автомат. Или гаубица ручная, не знаю.

В общем, он всех валит, и остается один с Сальмой Хайек.

Хотя на его месте должен быть я.

Меня мутит от такой несправедливости (и от целой ночи возле компа), и я выхожу на улицу.

После ночи, проведенной в прокуренном клубе, воздух кажется слишком резким, им больно дышать.

На улице рассвет. На сиреневом небе белая луна. Краски утра чисты и ярки.

Миру все равно.

Ему безразлично, что Сальма никогда не будет моей.

От этого тошнота еще сильней подкатывает к горлу. Но я собираю остатки сил и сдавленным голосом шепчу:

- Я е***л Сальму Хайек!

Потом минуты три-четыре перевожу дух, с отвращением отплевываясь кислой слюной.

Потом захожу в клуб. Ребята там собирались резаться в «варик» против трех сильных компов.

Не бросать же их одних.

 

4.

Хотя бросишь их, конечно.

Как-то я иду по улице.

Вечер. Фонари, машины. Мелкий дождь.

Хорошо. Спокойно.

И тут меня неожиданно хлопают по спине. 

Я оборачиваюсь и вижу Рината.

- Привет, Кенни! – говорит. – Как дела?

- Все заявись, Картман! – говорю. – Сам как?

- Нормально. Как Саддам?

- От Саддама слышу! У нас с ним ничего личного. Просто бизнес.

- Ну-ну. – Хихикает Ринат. – Сатана тоже так говорил.

Мы разговариваем цитатами из мультфильма «Южный парк» («South Parkbigger, longer, uncut»). Смотрели его год назад, а все еще под впечатлением. Там была песенка «Uncle Fucka» - теперь она типа наш гимн.

- Скоро Рома подойдет. У него денюха сегодня.

- Сколько ему?

- Не знаю, подойдет – сам скажет.

Подходит Рома. Он высокий, у него широкие плечи и мощные надбровные дуги. Рома когда-то служил в спецназе, в диверсионной группе. По крайней мере, он нам сам так рассказывал.

- Привет! Пошли бухать? У меня пиво есть.

И мы идем.

После, пошатываясь, гуляем по улице.

- У меня пистолет в кармане лежит. – Заплетающимся языком говорит Рома.

Глаза у него мутные. На ходу он широко размахивает руками.

- Настоящий? – спрашивает Ринат.

- Не, я из газового переделал. 

 Мне становится не по себе.

- Слушай, я его боюсь. – Шепотом говорю я Ринату.

- И я. – Говорит Ринат. Тоже шепотом.

По дороге с ревом проносятся автомобили. Мимо проходят люди и громко разговаривают. Рома о чем-то поет вдалеке. Непонятно о чем, но чувствуется, что о хорошем.

Мы пристально смотрим друг на друга. А потом долго-долго ржем, как два придурка.

-  Ром, а сколько тебе сейчас? – это Ринат. Он всегда успокаивается быстрее меня.

- Тридцать пять. Юбилей...

- Поздравляю, - поздравляет Рому Ринат. – Желаю всего. И здоровья чтоб.

- Спасибо. – Растроганно говорит Рома. – Хочешь, прием покажу? Ну, самбо?

- Нет, нет, не надо. Мне для друга ничего не жалко. Даже бесплатно.

Прием Рома все-таки показывает.

А потом предлагает пойти на карусель:

- Меня жена сегодня бросила. Надо же как-то отметить. Тем более день рождения. Может по шее кому-нибудь дам.

Недавно в город приехал цирк. Привез с собой зверинец, комнату смеха. Американские горки, качели.

И карусель.

Не знаю, чего ее Рома так заценил. Может, потому что на ней фонарики?  И когда она вертится, они – как сияющий круг?

Не знаю, но мы идем на карусель. Я – потому что так мне по пути домой. Рома – чтобы отпраздновать день рождения. Ринату просто интересно, чем все это кончится.

Мы подходим к цирку. Рома идет кататься.

Ночь скоро перевалит за половину.

Становится все холоднее.

- Мне повестку из военкомата прислали. – Говорит Ринат. – Загребут меня.

- Ниче себе! И в какие войска?

- В пехоту.

- А идти когда?

- Послезавтра.

- В «варик» ты там не порежешься.

- Это точно.

Мы недолго молчим.

- Ну, ладно, пока.

- Пока, пиши если что.

- Ага.

Мы расходимся. Ринат идет к  Роме. Я иду домой.

По пути меня преследует мысль, что что-то закончилось. Но я никак не могу понять, что.

Добавить коментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.

 Рейтинг статьи: 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.