Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Статьи
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
 
 
 
Архив номеров

Главная» Архив номеров» 71 (сентябрь 2010)» Для умных» Возраст (статья для "Энциклопедии современной жизни")

Возраст (статья для "Энциклопедии современной жизни")

Корнев Вячеслав 

ВОЗРАСТ

С возрастом связан один странный парадокс: он постоянно вменяется в вину, воспринимается как недостаток. Чисто физический фактор становится в глазах окружающих важной качественной характеристикой. Сегодня возраст – едва ли не первый элемент репрезентации при знакомстве, заполнении анкеты и т.п. Но как только ты предъявил свой возраст другому, начинаются трудности и проблемы. В детстве ты виноват потому, что юн и неопытен. Взрослого упрекают за то, что он слишком полагается на старый багаж и закрыт для новых влияний. Юность и молодость испытывают постоянную нехватку знаний, прав, инициативы. В зрелости возрастные ограничения выходят другим боком – например, лет за 30-40 уже не берут на определенную работу или переподготовку, понижаются шансы получить социальные льготы как «молодой специалист» и т.п.

Собственно еще нескольких лет от роду ты можешь пролететь мимо целого ряда возможностей, навсегда закрывающихся на следующем возрастном этапе. Так в спортивные секции, музыкальные школы, какие-то творческие лаборатории берут обычно в самом нежном возрасте. Этот безжалостный регламент в зрелости окончательно блокирует альтернативные жизненные перспективы. Старший возраст  вообще настоящий приговор. Окружающие начинаются смотреть на тебя с сочувствием, определение пенсионер становится не статусным, а сущностным. Человек попадает в тотальную изоляцию формально – охраны и уважения к старости, а в действительности – плохо скрываемого презрения и отчуждения. По аналогии с сексизмом и расизмом, можно было бы назвать эту социальную блокаду «геронтизмом» - т.е. поражением субъекта в каких-то правах и возможностях в связи с его возрастом. У этой репрессивной психологии есть верхняя и нижняя планка – от ограничений дееспособности индивида в разных странах по причине его молодости, до запретов, например, занимать какую-то должность по достижении «предельного» возраста.

Юмор в том, что нет никакой «золотой середины»: в детстве ты уже виновен, в старости ты собрал целый букет грехов, но ведь и в среднем возрасте, когда по идее человек может пользоваться всеми социальными правами, он тоже испытывает мощный прессинг со стороны окружающих. Даже сам этот взрослый и ответственный возраст – тоже педаль, на которую нажимают в удобный момент. Если ты «взрослый», ты обязан принимать взвешенные решения, не давать воли эмоциям, работать, платить налоги, заводить детей и т.п. Принуждение ребенка к учебе и домашним обязанностям, а старика – к телевизору, здоровому образу жизни вполне сравнимы. Между тем, банально будет сказать, что внутренний возраст никогда не совпадает с внешним, и когда ты лет в тридцать услышишь обращение в свой адрес: «мужчина», «гражданин», «дядя», это звучит почти шокирующее. И в сорок ты по-прежнему сам для себя «парень», и в пятьдесят не вполне взрослый…

Разные этапы жизненного пути проявляют свои собственные проблемы с попаданием в «реальный» паспортный возраст. В школьные годы, я казался самому себе малолетним преступником: так серьезно ощущались малейшие неприятности с учебой, дисциплиной, всякие проступки и шалости. Я рос под гнетом неослабевающего чувства вины – его намеренно подпитывали самые разнообразные социальные инстанции. Интегральным для всех операционных систем по обработке неокрепшего мозга был императив «ты должен!» Возраст обязывал слушаться родителей, готовить уроки, смотреть «детские фильмы» (которые не по возрасту рано могли казаться наивными и глупыми), не высовываться со своим мнением…

Именно жесткий диктат взрослых правил жизни: что читать, что делать, как понимать то и это стимулировал обычное детское желание побыстрее вырасти, самому стать взрослым. Правда, по достижению любого зачетного возраста обязанностей лишь прибавлялось: армия, работа, семья и т.п. И чем дальше, тем больше приходилось выслушивать упреки с девизом: «ты уже не мальчик!» Забавно, кстати, что еще пятилетнему ребенку с укоризной выговаривают: «ты ведь уже взрослый!», «ты такой большой», «теперь ты должен вести себя серьезней». Опять получается, что некий мифический возраст, когда можно еще быть ребенком или когда уже следует пользоваться всеми выгодами взрослого положения, мы пробегаем, не заметив.

С феноменологической точки зрения, возраст – это не «годовые кольца», не рубежи и даты, не набор психологических установок, не динамика интеллекта. Даже не конфликт между «внутренним ребенком» и внешним социальным образом. Возраст – это стойкое ощущение перманентной виновности, в том числе перед самим собой. На ранних жизненных этапах ты переносишь внутрь самооценки критерии окружающих – большой Другой контролирует тебя изнутри и заставляет принять насильственно сконструированную структуру «Я» за единственно возможную. Трагически переживая несоответствие этого виртуального субъекта (со всеми его возрастными правами и обязанностями) своим настоящим запросам, молодой человек переживает фактически конфликт между двумя фальшивыми конструктами: между «Другим как Я» и «Другим как Другим». Настоящая трагедия здесь в том, что сами мерки, критерии, установки, с помощью которых осознается конфликт первого уровня («внутреннего» и «внешнего», «Я» и «Другого») тоже ложные, искусственные. Возраст-вина сознается, таким образом, как некая искренняя солидаризация с чужой точкой зрения, и тогда само сопротивление тотальной системе дискриминации субъекта по возрасту тоже воспринимается с фоном вины за непризнание своей виновности.

Используя название несуществующей книги из фильма Альфреда Хичкока «Завороженный» (Spellbound, 1945) «В лабиринтах комплекса вины», можно сказать, что возрастная психология – это переход с одного уровня вины на другой, блуждание в закоулках самооговоров и оправданий. В простейшем случае вина за «не тот возраст» переносится на другой объект: например, один знакомый (моих лет), играя в волейбол, очень любит дразнить и молодежь, и своих ровесников в команде соперников «возрастными игроками». Здесь налицо компенсационная функция юмора - человек осознает свой возраст как критический, но транслирует кризис на иные адреса для остроумия.

В другом случае человек просто заговаривает свой кризисный возраст, часто повторяя, что такой проблемы для него просто нет. Подобным образом старики любят поговорить о том, что не боятся смерти, но истинная свобода и бесстрашие состояли бы в том, что данная тема разговора не возникала бы вовсе.

А теперь самый интересный случай – мой собственный. Задумывая этот сюжет о возрасте, я хотел подвести рассуждения к элегантному в своей прямолинейности выводу: человек в действительности виновен за свой возраст. То есть на каком-то экзистенциальном уровне, в духе самокопаний Къеркегора, каждый должен принять на себя вину за то, что дожил до таких-то лет. Известно, например, что по ряду объективных причин русскому поэту стыдно жить старше 37-ми. Живые по сей день рок-музыканты, продолжающие стричь купоны со своей давнишней популярности тоже с обывательской точки зрения как-то подзадержались со смертью (представить себе только к всеобщему ужасу пятидесятилетнего Виктора Цоя или Александра Башлачева!). Герой «Записок из подполья» Достоевского прямо называет такой возраст «пошлым», «неприличным»:

Мне теперь сорок лет, а ведь сорок лет - это вся жизнь; ведь это самая глубокая старость. Дальше сорока лет жить неприлично, пошло, безнравственно! Кто живет дольше сорока лет, - отвечайте искренно, честно? Я вам скажу, кто живет: дураки и негодяи живут. Я всем старцам это в глаза скажу, всем этим почтенным старцам, всем этим сребровласым и благоухающим старцам! Всему свету в глаза скажу! Я имею право так говорить, потому что сам до шестидесяти лет доживу. До семидесяти лет проживу! До восьмидесяти лет проживу!.. Постойте! Дайте дух перевести...[1]

И дело не в том, что по достижении такого «неприличного возраста» поэту или вообще человеку с нерастраченной совестью лучше застрелиться. Нет, вполне можно благополучно жить и далее, но при этом принимая на себя ответственность за каждый «лишний» год, наполненный очередными потерями, предательствами, трусливыми компромиссами… Каждый «сверхлимитный» год прибавляет тебе цинизма, малодушия, безверия… В этом смысле возраст действительно делает человека по-кьеркегоровски «бесконечно виновным», и настоящим актом морального мужества является признание вины целиком и полностью в качестве внутреннего, а не внешнего фактора.

Но характерно, что эта моя идея – сначала определить возраст через внешнее принуждение к вине и ответственности, а затем придать феномену вины черты внутренней закономерности – носила характер предустановки, (да вообще напоминала философский аттракцион, эффектную конструкцию двойного парадокса). А это значит, что имела место  все та же дистанционная запрограммированность моего сознания некими социальными агентами. Проблема вины за текущий возраст – это и моя личная проблема, явный результат психологического вытеснения. Но, рассуждая здраво, я не нахожу все же резонов для присоединения к хору осуждающих голосов – и, тех, для кого я еще молод, и тех, для кого стар. В моих снах, в эмоциях, в реакциях на внешние раздражители, в ощущении своего тела, в метаниях души я совершенно не обременяюсь возрастом. Возраста нет.

 



[1] Достоевский Ф.М. Полное собрание сочинений в 30 т. Т. 5. Л., 1973. С. 100-101.

Коментарии

snurk17 | 25.09.10 19:35
Эта статья, Иван, очень отличается от тех, которые ты писал ранее. Читалась она мною, как-то легче, понятнее, нежнее и самое главное искреннее. Может тема такая, а может возраст уже дает о себе знать. Все твои статьи, написанные ранее, я читал в первую очередь, чтобы подчерпнуть толику информации, которой я могу понтануться перед знакомыми. Эту статью я прочитал просто ради удовольствия.Спасибо.
vvkornev | 25.09.10 20:45
почему Иван? придуриваешься?
snurk17 | 26.09.10 21:30
Я Вас постоянно путаю. А на самом деле, мне не хотелось лить одни лишь литры восторгов, хотелось добавить в пафос какой-нибудь хренотени. Вот когда я К. Ивана читаю, мне иногда кажется, что автор очень далеко. Ваши некоторые прошлые статьи производили такое же впечатление. Читал эту и такое ощущение было, что последние строчки вы говорите мне откуда-то из-за спины, грустным, задумчивым шёпотом в самую голову.
 | 29.09.10 11:43
С точки зрения йоги и ведической традиции - если человек живет правильно, то со временем (возрастом) он становится только лучше, здоровее, красивее и т.д. И то, что в нашем мире мало кому возраст идет на пользу, свидетельствует только о ложности нашего пути... Как писал Токмаков "Живи себе навстречу" - тогда возраст будет приближать к цели! А у нашего Высшего Я ("Души") возраста, конечно, нет - и мы это знаем...
Страницы:  1 

Добавить коментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.

 Рейтинг статьи: 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.