Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Статьи
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
 
 
 
Архив номеров

Главная» Архив номеров» 73 (ноябрь 2010)» Для умных» Деньги (статья для «Энциклопедии современной жизни»)

Деньги (статья для «Энциклопедии современной жизни»)

Кудряшов Иван 

ДЕНЬГИ


 

Любая мысль, касающаяся денег, натыкается на одно ключевое несоответствие, которое в силу своей обыденности, давно перестало кого-либо удивлять. Это несоответствие заключается в том, что (теоретически) деньги – это инструмент, реализующий частную экономическую функцию (деньги как самый ликвидный товар и эквивалент обмена), но при этом их значимость распространяется на едва ли не все сферы жизни. Иными словами, вопрос в том, почему деньги как заменитель других вещей становятся заменителем всего и более того самой значительной вещью?

В ответ на это издавна существуют два традиционных (псевдо)решения. Первое состоит в том, что деньги – лишь инструмент, а их интервенция в другие сферы (например, в личные отношения) незаконна и совершается людьми по неразумию. Отсюда логично вытекает тезис «деньги – зло» и последующее моралистическое ограничение (которое никогда не действует). Вопрос о том, что же такое деньги, если им удается подобная интервенция, здесь не ставится принципиально, т.к. суть этого подхода в оценке и осуждении. Второе решение заключается в прямо противоположном ходе: если деньгам легко удается встраиваться и решать самые разные вопросы – значит, они объективное мерило людей и мира. В таком подходе унылая прагматика денег принимается за саму суть, и лишь остается подогнать к ней человека, приписав его природе «поиск наживы» как базовое устремление. Итог подобного утилитаризма – упрощение человека до потребностей, в свете чего совершенно неясно почему нам все это представляется противоречием.

Перед всяким интеллектуалом данный вопрос встает и не столько теоретически, сколько практически – в собственной жизни. Первый вариант решения превращает его в идеалистического интеллигента-чистоплюя, второй – на выходе дает циничного редукциониста с социал-дарвинистскими замашками. Очевидно, что оба решения неверны, и в то же время несут какую часть истины. Здесь следует обратиться к несоответствию и признать, что само противоречие и есть истина, но истина двусмысленная (если позволено будет такое словосочетание), т.к. это не истина денег, а истина нас самих.

В некотором смысле эту мысль уже высказал Гегель в «Феноменологии духа», а именно в спекулятивном суждении «Богатство это самость». На первый взгляд здесь явно парадоксальное заявление: как могут обычные бумажки быть воплощением того, что я есть (ведь с подобным суждением не согласятся даже самые радикальные проповедники богатства)? Мы попытаемся прояснить этот вопрос, не прибегая к пересказу гегелевского анализа.

Деньги – это средство обмена, они участвуют во взаимодействии конкретных людей, т.е. являются медиатором (посредником) связи двух частных сознаний (с их мотивами, целями и значениями). Обмен не бывает без цели, а значит, за ним всегда стоит нечто, что требует выражения. Мой первоначальный тезис таков: деньги – это мера смысла. Мерой смысла они являются не в том смысле, что «смысл в деньгах», а в том, что любая заинтересованность зиждется на неком смысле. Именно смысл как конкретное значение, как связующая структура, как ответ на вопрос – на мой взгляд, является универсальным мотиватором сознательного взаимодействия (в то время как для бессознательного включения в коммуникацию могут быть и другие – например, удовольствие, привычка и т.д.). Деньги, а точнее, их количество есть мера смысла для того, кто вступает в коммуникацию, причем, мы всегда имеем дело с мерой других. Здесь важно заметить, что весь этот процесс социален, а значит, проходит под знаком других. Деньги – это мерило, которое обладает необходимой универсальностью в обществе, в то время как в рамках более узких групп мерилом смысла и признания могут выступать и другие вещи (статусы, наградные знаки, грамоты, иные форма отношения или обращения и т.п.). В обществе, в языке человек не обладает самим собой, своей самостью – ему необходимо присваивать ее из отчужденных форм. Следуя мысли Гегеля, следует признать, что ничего не существует (действительно) без опосредования. Реальность самости субъекта становится действительной только в опосредованной социальной средой форме – в материальных денежных знаках. Важно понять: сами деньги, их количество никакого субъекта напрямую не выражают, они выражают место субъекта в социальных отношениях господства (поскольку всякое социальное отношение есть отношение частных сознаний оно также и отношение власти). Деньги таким образом – это не только мера смысла, но и мера участия в актуальной жизни общества. Отношение к деньгам вполне четко иллюстрирует понимание (адекватности и экологичности такого понимания) человеком себя самого и своего места в мире.

Именно с этим связаны все проблемы несоответствия человека своим деньгам. Так, к примеру, издавна известно, что выигрыш в лотерею или другая совершенно нечаянная прибыль редко приводит человека к хорошим последствиям – в лучшем случае он вскоре становится еще беднее. Обратная ситуация, когда развитый талантливый человек лишен денег, также плачевна, ибо ведет к деградации самости этого субъекта (пусть даже и с сохранением таланта). Я согласен с тезисом Д`Анкония (герой романа Айн Рэнд) о том, что только производящие и добровольно обменивающиеся (в широком смысле этих слов) люди наполняют деньги смыслом и напротив, те, кто их отбирает или получает задарма обесценивают саму суть денег. Однако я не разделяю либертарианских выводов самой Рэнд, потому как смысл нельзя свести к собственности. Ведь под производящими я мыслю не только тех, кто производит экономически выгодный продукт, но тех, кто занят созданием смыслов. По большому счету, жизнь устроена так, что в ней почти невозможно обходиться без денег, более того – для собственного развития и продвижения своих идей они необходимы и порой в немалых количествах. Активное, самореализующееся сознание заинтересовано в обладании деньгами, но помимо этого, сама заинтересованность в деньгах – один из истоков подлинной активности сознания. Подлинного в том смысле, что оно трезво учитывает условия, в которых находится, и, исходя из них, действует. И что бы там не выдумывали популярные авторы, обучающие тому как притягивать к себе деньги, но в конечном счете есть лишь одна причина расставаться с деньгами свободно – это желание. Понимать желания других, использовать это понимание – это весомая составляющая бытия самим собой, причем, сразу же оговоримся, что такое понимание всегда частично.

Цель подобного взгляда не в раскрытии некоего тайного величия денег, но, напротив, в глубинной проблематичности бытия субъектом. Деньги воплощают нашу самость, но никакой четкой эквивалентности тут нет и не может быть, потому что всегда возможны манипуляции с деньгами и отношениями. И все же уровень нашего богатства довольно точно характеризует истинность нашей самости, т.е. своего рода способности «пробить себе дорогу» (Гегель именно так характеризует истину в социуме: то, что завоевывает себе место в Борьбе, а то, что не способно завоевать себе место – по определению неистинно). Важно только помнить, что весь это процесс происходит на фоне других: именно признание других – основная цель наших желаний, но потому и ответное признание всегда приходит в «искаженной» форме. На деле же, нет никакого искажения, т.к. формула субъекта заключается в том, что я за объект в глазах другого. И потому мы никогда не довольны тем, сколько денег имеем мы, и сколько другие, ведь неспособность принять себя, видеть то, что ты есть для других (а значит, на деле) – это константа нашей психической организации.

Американская традиция «делать деньги» ошибается лишь в одном, но ключевом пункте: они считают, что субъект посредством денег – через других и мир воздействует на себя, свою самость (то, что получило название self made man). Но проблема как раз в том, что это другие делают нашу самость через деньги, а мы лишь можем что-то понимать (по объективациям – т.е. наличию у нас денег) о ходе этого процесса. Никакой свободы, тем более свободы моей индивидуальности от других деньги не дают и не могут дать – просто потому, что они насквозь социальны (а значит, отчуждающи).

Деньги не могут заменить или дать вам то, что вы не способны позволить себе. Деньги, в конечном счете, очень точное выражение человеческой психологии – она тоже строится на обмене и выгоде, с той лишь поправкой, что мы сами не знаем чего хотим. Поэтому деньги занимают существенное место в бессознательном каждого человека: все это отчетливо проявляется в форме примет, в трактовках сонников, в оговорках. Я уж не говорю, с какой интимностью связаны у большинства вопросы достатка, личных накоплений, зарплаты и т.д. И всякая попытка упростить вопрос о деньгах – это попытка упростить вопрос с самим собой и своим желанием. Найти быстрое решение – значит, закрыть травму в надежде на то, что с разрывом в себе можно договориться. Но что-то пока я не слышал о людях, действительно осчастливленных деньгами. Чтобы получить удовлетворение от объекта-причины желания, игнорируя случайные объекты желания нужно быть фетишистом, т.е. быть перверсом, а не обычным невротиком. А нормальным людям нужны не деньги, а признание, их ускользающая самость.

Если осмыслить популярный сегодня пошлый тезис о том, что деньги – это путь к мечте, то надо признать, что в нем есть доля истины. Именно мечты делают субъекта, а деньги позволяют увидеть «куда ведут мечты».

Добавить коментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.

 Рейтинг статьи: 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.