Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Статьи
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
 
 
 
Архив номеров

Главная» Архив номеров» 74 (декабрь 2010)» Критика и рецензии» О романе П. Крусанова «Мёртвый язык»

О романе П. Крусанова «Мёртвый язык»

Мингалёв Евгений 

О РОМАНЕ П. КРУСАНОВА «МЁРТВЫЙ ЯЗЫК»

 

 

…И не то чтобы здесь Лобачевского твердо блюдут,

но раздвинутый мир должен где-то сужаться, и тут –

 тут конец перспективы.

И.Б. «К.П.Э.»

 

О, лебедиво!

 О, озари!

В.Х.

 

Может ли роман объемом 61160 слов изменить мир? Вопрос в наше время, мало сказать неактуальный,  – забавный и уместный, пожалуй, только как тема передач «Культуры» или  5-го. При этом знаешь, что ответа не получишь, но слушаешь эти передачи исключительно ради высказываемых мнений. Очередной толпы мнений.

Павел Крусанов поступил как настоящий писатель, тот, который не боится мир изменить. Никто, правда, это и не оспаривал, но есть что-то подлинное, незалакированное в романе, который не стесняется пространных монологов, диалогов, авторство реплик в которых зачастую путаешь. Последнее качество хочется отнести к недостаткам стиля, сбою писательского мастерства, но потом приходит наивное в своей простоте оправдание: «говорят» не персонажи, говорит сам язык. Тот, который, быть может, звучал у подножия Вавилонской башни и проч., и проч., как любил писать Достоевский. И самым выразительным персонажем романа становится бесплотный ветер перемен, который в силах навести мистический ужас на наиболее впечатлительных читательниц и читателей. Речь его звучит внятно, безапелляционно, фундаментально, как и должна звучать речь на языке мертвом. Игра слов оборачивается откровением. Таким образом, в романе наиболее явно можно выделить несколько уровней (проклятая структуралистская привычка), первым будет уровень повествования ветра перемен, вторым – уровень повествования вокруг основного сюжета и речи персонажей, имена которых, как оказывается, не так важны. Здесь нет «говорящих» в привычном смысле имен, подобно именам классического романа. Пожалуй, только кличка Ромы Ермакова – «Тарарам» выстреливает в финале, но уже в стилистике, близкой хлебниковской. Имеется в виду Велимир.

Первое знакомство с персонажами начинается революционно, залпом: голые люди невозмутимо гуляют по Питеру. Гуляют организованно, гуляют по определенному маршруту, гуляют идеологически. Как оказалось после – для привлечения внимания к разрушению исторического облика Ленинграда и Петербурга. При этом текст с головой выдает в авторе жителя северной столицы. Жителя внимательного и неравнодушного. А кто сказал, что в романе не должна присутствовать идеологическая подоплека? Главное, что текст не становится ни памфлетом, ни сатирической листовкой, ни текстовкой для чтения с трибуны. В ткани произведения уместно много настоящего Петербурга, причем присутствует он здесь изящно, литературно, с помощью легких штрихов, мимолетных зарисовок, упоминания ключевых адресов, явок и паролей, понятных  человеку погруженному, неслучайному.  Даже тот факт, что текст изобилует не всегда понятными терминами, делает его интереснее. Подобное признание не добавляет цены признающемуся, но в оправдание можно только добавить, что некоторые понятия всё-таки являются неологизмами, что снимает  некоторую ответственность. Очередное  «отрывание» от текста романа для обращения к справке дает возможность отдышаться, выровнять строй толпящихся в голове прочитанных идей,  отделить последние от собственных мыслей.  А идеи в романе звучат очень мощно, почти по-экстримистски, что свойственно малому количеству современных текстов. Кольцо раздраженного непослушанием бублимира (ещё один неологизм: суть мир иллюзорный, экранный) стремительно сужается вокруг персонажей романа, напряжение нарастает. И ты уже перестаешь чувствовать тонкую грань между фантастикой и реалистическим повествованием. На протяжении всего романа эта грань пунктиром то появлялась, то пропадала снова в ткани письма. И вот ты уже на границе миров, и сам перед выбором…

Роман дочитан. Страсти улеглись. Жажда эдемского счастья была реализована неожиданным образом. Голос ветра перемен звучит уже не так угрожающе, но пришло и время раздавать награды. Роман, несомненно, достоин внимания. Хотя бы потому, что пропущены несколько остановок метро в момент чтения, или незаметно преодолены сибирские расстояния между городами в случае, если читатель не житель столиц. Достоин, вопреки тому, что в момент чтения ловишь себя за давно изжитой детской привычкой кусать ногти. Достоин, ибо в один случайный день застаешь себя перечитывающим «Братьев Карамазовых», сравнение с автором которых так и осталось за пределами данного эссе.

 

P.S.: Уважаемый Павел Крусанов, пишите больше о жесткокрылых. У вас это отлично получается.

 

 

Добавить коментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.

 Рейтинг статьи: 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.