Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Статьи
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
 
 
 
Архив номеров

Главная» Архив номеров» 74 (декабрь 2010)» Поэзия» Электросхема наших дней (подборка стихов)

Электросхема наших дней (подборка стихов)

Ганов Юлий 

*  *  *
Чем сильнее ветра,
Тем безумнее лепет
Разыгравшейся темной листвы.
В тусклом свете луны
Лица выглядят слепками,-
Оттиск мелкий былой глубины.

Нервный глаз фонаря
Кривит губы прохожих.
И разбитое зеркало дней
Их улыбки на тысячи
Медленно множит,
Еще более злей и страшней.

В странном ужасе глаз,
Промелькнувших стрелою,
Демонический отсвет огня.
Гулкий хохот совы,
Над моей головою,
Предвещает бессилие дня.



*  *  *
Пришла пора пересмотреть
Электросхему наших будней,
Где в + и в -, словно в сеть
Вовлечены людские судьбы.

Здесь слово "жизнь", там слово "смерть".
А между ними быт постылый,
В котором вертишься как смерд,
Исходишь на дерьмо и мыло.

Где были светлые мечты,
Остались грязь, грехи и грыжа.
И, вот, уж нет тебя почти
Ни в Барнауле, ни в Париже.

Не обольститься бы судьбой,
Когда она с улыбкой милой
Зовет куда-то нас с тобой.
Да, вот, представиться забыла.

Из князя юности легко
Перескочить в болото жизни.
И так затянет глубоко,
Что только пузырьками брызнешь...

*  *  *
Где они, чистые, светлые,
Нежные наши чувства
С розовыми рассветами,
С фразами неискусными,

С простыми, как шелест листьев,
Признаниями в любви,
С ночами, туманно-мглистыми,
Когда мы с тобой одни.

Как надоело играть мне
Красивых и умных глупцов!
И только закаты ранние
Плывут вереницами снов.




*  *  *
И все теперь не так. И все теперь не то.
Изменчива судьба, дарованная небом.
Нахлынул разрушающий потоп,
Смыв в бездну чуть созревший стебель

Погасли волны злящихся стихий
И солнце сыплет сеном золотистым.
Но не взойдут зелёные стихи,
Как молодой побег с пушком из листьев.

Так! Слишком всё запутанно в клубок,
Как в вихре буйном мрачных предпохмелий.
Наверняка какой-нибудь игрок
Сорвёт все листья, что не облетели.

И, после ураганной кутерьмы,
Пусть, даже, ты и выжил, не смирившись,
Опять нахлынут силы лжи и тьмы,
И ты уйдешь, со всем былым простившись.



*  *  *
Какого же черта
Сорвался я с места!
И в поезд уселся.
И укатил.
Как будто меня
Разлюбила невеста.
Как будто невесту
Я сам разлюбил.

Какого же черта!
Не знаю.
Наверное,
Мне, вдруг, захотелось
Неведомых стран,
Как в детстве, когда-то,
Читая Жюль Верна,
Представилось, вдруг, мне,
Что я - Капитан.




*  *  *
Мир мой, по-детски, беспечный и добрый,
Мир мой, как загнанный волк разъяренный.
Вскрытыми венами вьются окопы.
Мир мой, ну разве тебе не больно?!

Сотни Иисусов подверглись распятью
На неизбежной голгофе времён.
Мир мой, в какой ты сейчас ипостаси?
Мир мой, как загнанный зверь разъярён.




*  *  *
Среди своих чужой, чужой среди чужих,
Закрыв глаза и уши в исступлении,
Он среди громких фраз, отчаявшись, затих
И терпеливо ждал свой час, своё мгновенье.

Он знал, что ничего не сможет изменить.
Но верил. И терзал сознанье этой верой.
Он не любил. Но был готов любить,
Пойдя на всё в последний раз и в первый.

Научен говорить красиво и легко,
Имел успех у девочек и женщин.
Тетрадку исписав десятками стихов,
Он оставался чистым и безгрешным

Перед собой. Но чувствовал вину
Пред каждым встречным за своё рожденье.
И, уходя, напившися, ко дну,
Он терпеливо ждал свой час, своё мгновенье.




*  *  *
Пепел табачный,
Как седина
Покрыл мое жизненное пространство.

В мыслях копытом застрял Сатана,
Видимо, пьянствует.

Луна,
Словно глаз одичалой совы, Дико кружится.

Я не Цветаева,
Мне, увы,
Не удавиться
.
Что остается?
Сидеть?
Тет-а-тет
Спорить с собою?
С тупою тоскою,
Уставясь в паркет,
Двигать ногою?

Где-то пропели свое петухи.
Бес испарился.
Рвотой из горла взметнулись стихи.
Все. Излечился.




*  *  *
                                  А. Лушникову

Усердный страж невидимой границы,
Суровый воин мнимых рубежей,
Взираю на бесчисленные лица
Коварно непослушных падежей.

У наших слов есть тягостный придаток,
Лукавая, зеркальная игра,
Где каждый обреченный гладиатор
Получит свой удар из-за угла.

О,да! Мы лицемеры в первом браке.  

Ужель озноб предчувствовать нельзя?
И в небесах готовятся для драки.
И на земле. Такая, вот, стезя.

Неужто мы допустим покаянье
Живых живым? Какой счастливый фарс!
Усопший Бог получит воздаянье,
Узрев свой Лик, дождями смытый с нас.

Мы так легко доходим до предела.
Послушай, как струна звенит в тебе.
Что нам до неуживчивого тела,
Идущего по собственной судьбе!..




*  *  *
Одиночество. Одиночество.
Нет ни имени, нет ни отчества
У тоски моей с дымной проседью.
Одиночество поздней осенью.

Средь друзей острю. И смеюсь взахлёб.
Только груз тоски мне на плечи лег.
И улыбка с губ от дождя стечёт.
Одиночество представляет счёт.

За любовь мою. И за грусть мою.
И за песни те, что один пою.
За несходчивость, ненаходчивость.
Одиночество, словно в горле кость.

Одиночество, одиночество,
Нет ни имени, нет ни отчества,
Нет ни тёплых рук, нет ни жарких губ.
Груз тоски моей и тяжёл, и груб.




*  *  *
Жизнь!.. Она одна, везде.
Круг за кругом прут заботы.
И судьба в крутой узде
Держит душу за работой.

Измельчало наше счастье.
Неуместны стали ссоры.
Ищут все вокруг участья,
Из себя не вымев сора.

Жизнь везде, в одном порядке,
Крутит, вертит колесо.
Видно только, наши пятки
Замелькали,- понесло!

И бегут, то вверх, то вниз,
Свой предел нагнать желая,
Но, когда-нибудь, карниз
Остановит, устрашая.

Замолчат, обрыв заметив,
Спринтеры маршрута "Жисть".
Там, уже, никто не встретит
И не скажет: "Возвратись".




*  *  *
Театральные улыбки
У прохожих на лице.
Словно в банке тесной рыбки,-
Идиот на подлеце.

Обнимаются, встречаясь.
И в порыве руки жмут.
А потом, за чашкой чая,
Говорят, точнее,- лгут.

Не найти в глазах смущенья.
Уши жёсткие белы.
Вечно жаждут излеченья.
Жаль, что не от головы.

Не плохой и не хороший -
Средний, мезочеловек,
Со своею средней рожей
Проживёт свой средний век.

Mesos - греческое слово.
В общем - средний, бишь, как все.
Но, в убийственной тоске,
"mesos - мерзость" в рифме снова.

Театральные улыбки
У прохожих на лице.
Словно в банке тесной рыбки,
Идиот на подлеце

*  *  *
И пусть мечту я сам придумал,-
Так легче жить. Существовать.
Реальность и мечты - вот, сумма
Того, что жизнью можно звать.

В мечтах - все лучшие деянья.
В мечтах - всех счастий потолок.
Реальность - низкие желанья
И быта душащий поток.

Увы, мечтаньями одними
Не будешь жив, не станешь сыт.
Тебя поток волной поднимет
Ты неизбежно будешь смыт.

Чтобы всю жизнь парить открыто,
Не хватит сил. Удел - могила.
Иль до скончанья дней - корыто.
Ведь счастье - в стоге сена шило.

Не многим это выпадает -
Мечту и жизнь соединить.
А остальная часть - страдает,
Не зная, чем и как ей жить.

А жизнь одна,- тащи, как лошадь
То, что завещано судьбой.
Не сетуй, что ужасна ноша,
Ты жребий вытянул такой.




ИСКУШЕНИЕ СВ. АНТОНИЯ
( католическая легенда)


Светильники египетских пустынь,
Покинув мир, и дав обет молчанья,
Не убоялись, Господи прости! ,
Наивного искуса нестяжанья.

В лощине, каменистой и глухой,
Лежавшей вдоль нехоженой дороги,
Святой Антоний встретил, Боже мой!,
Уродца (был он, кажется, двурогим).

Чудовище козлиною ногой
Сучило, недоверчиво и робко.
Антоний был, не то,чтобы герой,
Но, все же. Перед Господом неловко.

О чем вела беседу божья тварь,
За давностию лет не донести.
Но слезы лил Антоний и стихарь
Он подарил козлу, Господь прости!

С тех пор в пустыне, жаркой и глухой,
Любой червяк храним Всевышней Силой.
- Твой умысел неведом, Боже, мой,-
Сказал Антоний. И его простили.

Добавить коментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.

 Рейтинг статьи: 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.