Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Статьи
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
 
 
 
Архив номеров

Главная» Архив номеров» 75 (февраль 2011)» Поэзия» Воздушный змей (подборка стихов)

Воздушный змей (подборка стихов)

Гареева Марина 

От фонаря

 

уехать в город худых фонарей

в серых до неба фраках

билет боковой на второй скорей

туда не обратно – хватит

 

уехать в город без круглых столбов

без встречных и поперечных

знакомых, не очень, друзей, врагов

проходом, прошедших, вечных

 

уехать в город сухих картин

и черных дыр на асфальте

людей на развес, прозрачных машин

и белых флажков на старте

 

уехать в город без проводов

и с вышек брошенных трубок

без остановок, скамеек, лбов

и узких стекол маршруток

 

уехать в город без точки «б»

и многоточий «а-я»шных

уехать без чемоданов кабы

и без себя настоящей

 

проще простого – дверь на засов

и здравствуй - прощай в флаконе

и только круглый наивный столб

объявленным счастьем стонет

 

и только круглый наивный столб

в окружности не запирает

и только круглый наивный столб

на память все цифры знает

 

надежда клеит: ищу, ищу

работу, квартиру, душу

а время срывает номер «найду»

на всякий пожарный случай.

 

 

 

 

Молитва

 

под сучий лай одинокого пса в ночи проснуться.

слететь с почти уже сна крыльца и чертыхнуться

беззлобно. и торопливо к окну, хоть на карачках.

компресс ледяного стекла на лоб – прощай, горячка!

 

скулить сквозь щели несомкнутых век,

сухими устами

молитву тереть-тереть-тереть – 

да вспыхнет пламя!

вслепую шептать:

храни! храни! до самой смерти

моей.

страх костью в горле стоит

поперек «верьте».

покой до первого солнца гудка.

хвост поджимая,

без задних лап тревога сопит

под одеялом.

 

 

 

 

в изгибе локтя

 

в изгибе локтя –

право на открытый выдох

полуоткрытых губ

но цепкие растений

соединяют корни тень с землей

а стоя невозможно

имею вдох

имею честь

отбой

 

 

 

 

Синяя Книга

 

найти бы Синюю книгу. может, за изголовье?

упала. когда свалился ночник на подушку, сонный...

и голос мамы – все дальше и тише за семафором

остался. а ты умчалась. – сошла на утра перроне,

а с книгой не попрощалась. в руке – букетик закладки,

помятый как твои щеки – на них снов видений печати,

вернувшихся в библиотеку с первым лучом солнца.

а книги совсем нету. ни страницы, ни строчки.

только воспоминанье: она на родном самом

написана. вплоть до точки. но словари не знают

язык твоей Синей книги. и ты начинаешь слепо

разглаживать крылья страницы – чтоб отпустить

эхом. пробелы ее отражений синим лететь цветом.

 

 

она – не больше чем небо

 

но в нем переплета нету

 

 

 

 

Ночник

 

и когда последний фонарь

надевает смокинг из снов –

ночь роняет галактик шаль

{на взведённый город богов,

беззащитно открытых земле –

что с утра превратит в людей}

и включает ночник для тех,

кто не спит, приникнув к траве

 

за аквариумным стеклом

 

чуть колышутся паруса –

это рыбы плывут из снов,

плавниками едва шурша

 

распрямляется стрункой Игла,

ушком ловит тончайшую нить –

и истомой млечной дыша,

узелком срывается крик

 

разливается небо вод

 

рыба - Шар по полю плывет,

но звезда - кокетка хвостом

ямочку щекочет щеки –

рассыпается на смешки

 

плавно Скат укрывает луну,

ток плаща – кратером руки,

и румянец пятен ко дну

легкокрыло летит вопреки

 

и тогда в объективе окна

гладью вышитой тишины

Чудо - рыба мелькнет одна –

дрогнет гладь предрассветной тьмы

 

и на шейном на поплавке

ослепит немые уста

 

Солнца родинка

 

озарит

 

Восхожденье

 

Рассвет

 

Красота

 

 

 

.

 

благсл

 

избегать теней пальцами убегать

по столу. на мизинце споткнуться о

битым боком бокала одну поймать

к потолку пришпилить тело ФИО

безымянного. – зимние журавли

принесут на поминки перья птенцов

замороженных. варежкой благ'слови

недоживших до тёплой земли гонцов

 

 

по запястью приталенный к вене в

саркофаг – гвоздь совести

разума

тук!

стыда

 

 

оскор

'блённому

'бившему

'збившему

тень земли

 

 

упокой

помяни

благ'слови

 

 

раз'

дай

 

 

 

 

Воздушный змей

 

провода узелком в желанье

останавливают мгновенье

бесконечно-летящей раны

ленты ветра шуршащей змея

 

 

замирает на вечную память

 

 

леска на катушке запястья

вырезает корень. звон сока

вертикальной струёй на скатерть

изгибается нить берёзы

 

 

болью стан огибает сутана

 

 

только радужная изнанка

распластавшихся небом крыльев

настоящим полна? обманом?

только солнце напишет вывод

 

 

чёрной графикой поцелуев

 

 

 

не прочтёшь никогда. не сетуй

 

 

прошив белую лицевую

 

 

в переплёт земной твёрдый слепо

 

 

-к.

 

 

 

 

a.d.

 

рассылка на счастье {нелепый наивный тест}

свои варианты в окне {на окне} написать

{трамвая январского}. изморозь ржаво ест

потёртые кнопки. – без символов / знаков печать

набора по памяти. {пальцы – в клубок зверьком}

забыть о ямочках диска {поворот от виска}

просроченный список. мелодии стёртый фон.

ошибка в ответе – {аксиома курка}.

пробел на пять букв {право выбора}: жизнь аль смерть

разбитый {смешком мячом выстрелом} потолок

побелка – пеплом – на пасхи мёртвых надежд

тепло заказное горлом. – {косою в стог}.

собрать по травинке себя. уронить на пол.

{отметить случайно выжатые васильки}…

в угле от колена до сердца – вершина боль,

а счастье – в градусе {угол обвившей} руки.

 

 

 

 

мраморный

 

не раскрывая глаз считать ступени сердцем

чем выше тем быстрей кружит веретено

не разрывая нить – не вздрогнуть, не согреться

каление перил остужено давно

за шагом шаг в ушах   

пощёчинами эхо щенком юлит у ног

кусается шутя

и кубарем летит за мячиком из лета…

площадка тишины – дыхание распять

и не держась вперёд (спиною ветру верить)

не опираясь но и не страшась упасть

уже скрипит засов и отпирают двери

ещё один рывок – ладонь проглотит пасть

 

но срывается имя, летит стрелой

тетива звенит слезой по глазам

пламя памяти – кнут по коленям

боль

ближе громче куплет колыбельной льда

 

белый лев у часовни застыл, уснул

так уютно – клубочком

глаза – под защитой лап

только грива всхлипывает на ветру

если вслух его имя нечаянно говорят

 

 

 

 

возвращение

 

Левый с правым сшить нитью моста,

первым шагом – вперёд иголкой;

завязать узелок, глаза – и навстречу

по серым пробелам:

слева – встречная полоса;

справа – речка полоской белой;

за спиной, сосулькой, гроза

в обесснеженьи заледенела.

Чу, сорвётся с перил моста,

гильотиной на тонкошею

первозданного синельда.

Память, камнем, в остывший кофе

вод, как в землю, падёт тогда.

Вьюга пригоршнями захохочет,

забросает ненужный град –

градом, снегом, комками пыли,

умороженной во стократ,

тяжелей листков на могиле

на лопате последних слов

(слёз, комков, дежурных прощаний)…

Вдруг запахнет парным молоком,

мокрым снегом, шерстью; шершавым

языком созвездие Псов в нос лизнёт,

умчит, укачает, донесёт до рассветных

снов, с первым солнца лучом растает.

 

 

…перепутаны пряди слов в волосах

на долгую память.

 

 

 

Добавить коментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.

 Рейтинг статьи: 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.