Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Статьи
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
 
 
 
Архив номеров

Главная» Архив номеров» 19 (бумажный)» Поэзия» Поздний ужин. Диктатура (из книги верлибров)

Поздний ужин. Диктатура (из книги верлибров)

Токмаков Владимир 

Владимир ТОКМАКОВ

▼ ПОЗДНИЙ УЖИН. ДИКТАТУРА (из книги верлибров)

 

 

● ● ● ● ●

 

Президент Путин

покончил с собой

от несчастной любви

к прекрасной мороженщице

продававшей мороженое

на Красной площади

 

он дарил ей цветы и сонеты

а она только смеялась в ответ и говорила

что у нее есть жаних

 

вся страна в трауре

 

после своего самоубийства

президент оставил завещание

на средства стабилизационного фонда

поставить памятник всем влюбленным

 

в стране властной вертикали

и общественной горизонтали

 

приснится же такое

 

какой ужасный сон

какой прекрасный сон!

 

         

● ● ● ● ●

 

мой дерзкий друг

нам цезарь подзаборный в память

поймает вшу чужой рекламы

из года в год

роднящий слог невинный

ты мне приносишь жалуясь убийством

я был готов себя

закрасить черной краской

войдя в закон стены -

от боли вянут камни

- забудь! -

сказала ты

я стал жестоким стеблем

растущим выше всех

и не дающим тени

1986

 

  НЕ БОЕВЫЕ ПОТЕРИ

 

Письмо

получил от подруги желанное.

Ждал его месяцев шесть

или больше.

Издергался весь.

Конверт вкривь и вкось разорвал

и увидел свой путь, как удар ножом:

"Прости и пойми... Он - такой...

В общем, замуж я..."

 

Взял свой АКа.

Пошел в сопки.

Стал памятью.

 

"Глупая смерть, - говорили вполголоса. -

Баба сломала,

а крепким был, правильным..."

 

Мы разбрелись по казарме

в молчании, -

каждый свою думку думал,

заветную...

                                            1989

 

 

● ● ● ● ●

 

...Когда его снова избили,

в армейском большом туалете,

заставив по грязному полу -

где лужи мочи и окурки -

ползти по-пластунски на брюхе,

с насмешкой гоняя пинками -

твой «Курс молодого бойца»! -

его посетило желанье

вернуться скорее домой.

А служба была лишь в начале...

Единственно, что оставалось -

попробовать через госпиталь.

И началось: то карбида

наестся он, чтобы язву

в желудке прожечь, то руку

ломает об угол железный,

то мочится под себя,

то мыло проглотит, то мясо,

утыканное иголками.

Последнее, что он придумал,

было совсем «гениально»:

бензин ввести себе в ноги

шприцом медицинским простым!

На этот раз все получилось...

Сержант, что отвез его в госпиталь,

хмуро сказал: «Комиссуют.

Добился, студент-очкарик...»

Сержант не ошибся. И вскоре

домой этот парень поехал...

С отрезанной левой ногою

по самую ягодицу.

...................................................

Мы не были с ним знакомы.

Хочешь спокойной жизни -

в армии не выделяйся.

Держись от изгоев подальше.

Мы раз только поговорили,

встретившись в библиотеке.

Длинный, худой, прыщавый,

он мне сказал (поправляя

очки и листая книгу,

Н. Федорова «Сочиненья»):

«Люди будут жить вечно -

нужно лишь сильно верить,

и развивать свою волю.

Веры нам не хватает!

Волей мы слабоваты!..»

................................................

Осень. Просторный лужи.

Верю, что скоро дембель.

Домой я хочу, на волю.

         1990

 

 

● ● ● ● ●

 

                         1.

Сержант Покрышкин был большим мерзавцем,

и выдумщик на подлости отменный.

Он командир, Устав ему подпорка,

и стаи дембельской закон не подкачает.

 

Встречается порода негодяев

в любой стране и нации, которым

власть над людьми необходима, чтобы

унизить, уничтожить все святое,

что в человеке есть, без всякой цели,

так, ради куража и развлеченья,

от подлости природной. И сержант

над нами измывался с наслажденьем:

то унитаз заставит спичкой чистить,

то отжиматься целый день в сортире,

то мерить плац копеечной монетой,

а то с помойки хлеб заплесневелый

предложит съесть кому-нибудь из слабых

и молодых. Не съел – избит, а съевший

становится у роты вместо служки.

 

                         2.

Однажды, в показушную проверку,

для боссов, что приехали из центра,

наш батальон участвовал в маневрах.

Страна враждебных гор и тайных троп,

где чужаков не любят. Мир ислама,

дремучей дикости, и веры только в смерть...

С сержантом нас, уже почти под вечер,

отправили неглубоко в разведку.

Спускаясь первым, на пути обратном,

он подскользнулся и не удержавшись

повис над пропастью... Я был его слабее,

но не настолько, чтобы не достать

его из бездны. Он кричал – дай руку! -

выл и ругался... Кровь из-под ногтей.

Испарина на лбу, сухие губы...

Еще я помню, что в его глазах

был страх пред вечностью, которую реально

он чувствовал спиной. Еще мгновенье -

и он сорвался в пропасть.

Тихо стало.

...Я посмотрел туда, где он лежал

раздавленной козявкой и подумал,

вернее, попытался думать, мыслить,

как можно тверже, четче: «Он разбился,

несчастный случай... Я не виноват...»

И вниз пошел все доложить начальству...

 

                       3.

Я рапорт написал по полной форме.

Беседовали: «Уточни детали».

Поверили...

Потом почти два года

я видел сон один и тот же, страшный,

о том, как было все

на самом деле...

           1990, 1992

 

 

 

  ПОЗДНИЙ  УЖИН. ДИКТАТУРА

 

На кухне,

через мясорубку,

прокручивают мясо.

Час назад это мясо было

живым и сильным животным.

Сочные и свежие

куски только что

отделенные от костей,

превращаются

в мягкую кашицу фарша,

чтобы можно было

есть почти не пережевывая.

Порядок,

теперь - полный порядок.

Порядок – прежде всего.

Добавить коментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.

 Рейтинг статьи: 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.