Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Статьи
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
 
 
 
Архив номеров

Главная» Архив номеров» 82 (ноябрь 2011)» Поэзия» Год гвоздей (подборка стихов)

Год гвоздей (подборка стихов)

Озерская Ирина 

***
Год гад гордости не додал,
продал по безналичке
вам враждующим воробьям
общий провод, а мне истеричке
525 тысяч 600 минут
чтобы столько же написать
и потом с места сдвинуть:
ноги, пол, потолок, кровать.
Зрачки сужены - я ненавижу
вытягивать из челюстей судеб
чувства и в то, что не выживет
вталкивать искусственное
дыхание, а потом лампочку
к серому небу прикручивать,
ровно 8 тысяч 760 часов
ни о ком, ни о чём не думать.
Вдруг какие-то в стенах уши
слышат как молотком-пальцем
внутри сердца и снаружи
выбивает час за часом кто-то:
«Кто там?» - нестерпимо долгий год
вырастает глубоким карманом,
многотомный внутри монолог
животом, грудью, горлом.


***
как уронил меня, так и поставил
на ноги, на пол, над земным шаром
оставил вращаться вокруг солнца и своей оси
меня, избалованную медведицей и луной 
на чёрном небе из сахаринок под калькой
я нечаянно или отчаянно развожу изгибы
прикосновения и следы, проволокой
туже затягиваюсь, вписываясь или впиваясь
в поры зубами – всё равно что тысячами иголок
лишь бы чувствовать больше, чем разрешают
словно не было ничего что сочинили гении
в душных гостиницах, списываясь или спиваясь
с чернилами в желудке, сигарами под усами
тусклыми лампочками, но в глазах с огоньками
и только двумя словами: люблю, ненавижу
когда угасаю или когда помогаешь по крупице
от горечи, боли, приводя к равнодушию
как не распустившемуся цветку в теплице
мне стыдно как сыну матери-алкоголички
как изнутри чернеющему яблоку на ветке
как однокрылой кормилице птенцов
мне стыдно за эту не любовь, не ненависть
как сросшимся мизинцам близнецов
 

***

август уже прошёл
не смотри на улицу
смотри на гвоздь в стене
или стену, сидящую на гвозде
на большой черепахе, нет - ките
не выключай будильник, я вросла 
зубами в постель, коленом в подушку
не трогай людей - пусть ульем, нет - муравейником
живут на лестнице, потом расселим или рассеемся
кто на вокзалах, кто в гостиницах, мне указательным
кто-то над губой оставил ямочку перед самым рождением
прошло два с половиной десятилетия, а нервы на лбу катаются
жилками наперегонки от одного виска к другому и я, чёрт знает чем, страдаю
пыль с тротуаров паркета стираю, а в слове из трёх букв последнюю
(читай наоборот), потом вырезаю из обоев какую-нибудь птицу
бросаю в небо (хотя, если честно в люстру), тащу в себя всё
а попадаются какие-то кусочки да щепки, и ничего цельного
вот и форточка сгинула этажом ниже, наша ещё скрипит
не открывай окно,  впустишь температуру
ты говорил, что организм борется сам
до тридцати семи с половиной
а что мне делать потом? а потом
нужно быть просто сильнее
сильнее чем кто?
чем обычно


мысли

голова с косым пробором
а в ней мысли:
не складываются асфальтом
не снашиваются в кармане
не сглаживаются ладонью
не стряхиваются в машине
мысли
прогуливаясь по коже
от полночи до снотворных
до пяток от изголовья
от бесов по коридорам
как будто писала кровью
а не чернильным курсором
мысли
на территории мозга
сворачивают направо
выскакивают из горла
комом в просторах ума
и глупости зависают
зернами и ростками
мысли
умрут или расползутся
по языкам
по страницам
глянцевым, электронным
словно жучки
микросхемы
микробы и мысли
и мысли, и мысли


***
если бы я не понимала шепота щемящих рельс
а ты научила меня вовремя спать в поездах
не насчитала бы 100 станций, стаканов чая, лиц
и не узнала, что даже в «киевском» я иностранка
и чтобы вцепиться в тебя так же больно, как Гарсиа
в Макондо, а сцена в Жизель, нужно отдавать 
по ребру в год или быть задушенной
собственной рукописью ещё в колыбели


***
так медленно в стыде подкошенных домов, поддельных позолот
и мраморных героев, по белой мостовой иду за счастьем
или от счастья вскрываю лёд вместе с дорогой каблуком
и думаю о том, что думаете Вы всегда не обо мне
и пишите, когда вокруг ни стен, ни пола, а я всего лишь
когда за полночь, и когда заполнить нечем пустоту
скажите, как забыть про потолок, привыкнуть к небу?
так просто угадать, что там внутри меня, и пусть
меня внутри чуть меньше четверти, как бы в сердцах
не подарить зиме и Вам всё остальное место, а то от холода
и от того, что мне себя в себе так мало деться некуда
и пока незачем, кем не была бы я, кем не буду, кто я не есть


***
из-под распахнутых ресниц
упорно растущих вверх, дует ветер
это зрачок в продырявленном блюдце
борется за выживание, подглядывание
это он в капельке извести
светит ярче зелёной бра
пробивается сквозь занавески
ловит каждую пару фар
и что-то выводит его в полночь на улицу 
и это что-то - оно, призывая по-человечьи/волчьи
оно вынуждает плакать луну
а ногу не синхрониться с тенью
из-за него, а не по велению щелчка
каких-то там пальцев, сердце срывается
с обочины под резину, словно сухое растение
как обида с губ в гортань, проглатывается
и оказывается ожидание - не оно, а она
худшая из всех надежд


завтра

вечер за неимением ничего лучшего
сгорает на площади, в одноразовом стакане у старушки
звенит, испаряется и тащит за собой сегодня
«завтра» наступит на нас или нет, знает гость на раскладушке
и хозяин в новой пижаме, и уборщица на табурете
и мальчик на чердаке в дырявом кроссовке
и девочка в отделе магазина мягких игрушек
и мать годовалых малышей, уснувшая прямо с ложкой
и служащий вокзала, прилипший к поручню подбородком
знают, пока пылинка, кончик пера или осколок
облака не уколет ушко, и мы все где-нибудь встанем
и пойдем, а «завтра» закатится за угол и застрянет
где-то между правым и левым полушарием


***
я живу в гордом городе страничных провалов
то ли в памяти, то ли в границах  wi-fi
отказавшись от пыли библиотечного зала
зарываюсь в цитаты и сообщения
улыбаюсь - это поиск платформы
фундамента дома
нет, я бездомна
я бездумна
бездымна
но гореть ещё долго
от стыда
за небрежное слово
непонятый смысл

пролетая в пролётках с виртуальными клерками
то дышу, то слагаю строки без сроков
то ли давности, то ли рождения
в бесконечном пространстве растущего долга
плачу отречением от того что имею
я умею! но какое значение?
когда смело писать
когда скверно
умереть или жить
в страхе времени
или искрами 
во веки веков
ныне и присно


климат-контроль

слеза спит между стеклами - климат-контроль души
нагревание между пальцами - подлокотники покраснели
это что-то искряще-колючее, наподобие электричества
может вырубить поцелуем в лоб, а потом пожалеть
и взять на руки, стиснуть горло, забрать то количество
недоставленных лет, не вошедшего в легкие воздуха
не расстроенных струн, неоткрытых кому-то дверей
подруга-пощечина и наши «сидения по ночам»
ползут черепахами по морщинкам во всех направлениях 
я смеюсь над собой и это, не то что бы достижение
это вызов диктору, что в левое ухо шепчет
только гласные звуки, не к добру они не поют 
и не складываться в форматы, застревая в затылке
успокоить себя, приклеив локоть к столу, отклеив
локон с губы, чтобы думалось меньше глупостей
самый главный страх, что найдем черновик
когда поздно его переписывать, можно выкурить
одной затяжкой или спрятать в спичечный коробок
кому в этот раз передаст привет моя гордость, родная
мама, помню, ты говорила про осторожность
ищу средство читать жизнь и быть непрочитанной


***
хруст хрусталя мне брат 
песенка хрусталя - сестренка
когда останется на самом дне
то ли вина глоток, то ли песка щепотка
кто-то выдохнет на одном конце
и обязательно вдох сделает
уже на другом конце, правда

Добавить коментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.

 Рейтинг статьи:  4
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.