Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Статьи
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
 
 
 
Архив номеров

Главная» Архив номеров» 92 (март 2013)» Культура-мультура» Использованный презерватив (рассказик)

Использованный презерватив (рассказик)

Прищепа Кирилл 

ИСПОЛЬЗОВАННЫЙ ПРЕЗЕРВАТИВ

Светает. В этот час город пуст и неожиданно красив, освещаемый девственным светом еще не родившегося дня. После недолгого отдыха улицы, прихорашиваемые метлами дворников, принимают первых прохожих, предрассветные санитары, ведомые одним им слышной мелодией, вальсирующие со своим нехитрым инвентарем, нехотя уступают им дорогу. Кто они, эти невидимки,  заметающие следы одних, чтобы могли ступить другие? Так ли бессмысленна их жизнь, как их работа? Так ли бессмысленна, как жизнь тех, кто смотрит на них с пренебрежением, для кого они готовят новый день?

Словно вода из течи, люди все прибывают и прибывают. Не проходит и часа, как единичные прохожие сменяются сплошным потоком. Все как один безликие, одинокие, несчастные. Просто часть толпы. Где-то среди них спешу и я, неотличимый от других, спешу скомкать свой очередной день, чтобы попытаться забросить в мусорную корзину.

Моя мать говорит мне: ты никогда ничего не добьешься, потому что у тебя нет цели, ты не знаешь, зачем ты живешь. У меня есть любимая работа, есть девушка, квартира, кредит за пятый айфон, которого у меня больше нет. При такой освещении он кажется бесполезным, и я долго удивляюсь способности людей брать в кредит самые ненужные вещи. Так долго, что, кажется, засыпаю.

Напротив меня старик с необычайно печальным лицом садится в морковного цвета москвич, что-то говорит старухе в платке, заводит машину и уезжает. На его месте припарковывается инфинити, за рулем крашеная блондинка с челкой все время говорит по телефону, на ней лаковые туфли на шпильке и белая спортивная куртка, она выходит из авто и убегает куда-то, не прекращая что-то верещать в трубку, затем возвращается, прижимая трубку плечом, что-то ищет в сумочке.

Мимо проходит семья: мать, отец, две дочери, у всех проблемы с лишним весом. Женщина хочет новый холодильник, муж ее хочет секретаршу своего босса и совсем не хочет жену, дочери хотят айфон и колу и совсем не хотят идти в школу, они рассказывают о своем однокласснике, который называет их жирными и все время играет в ПСП. Женщина видит в толпе свою первую любовь, вспоминает безумные ночи в парках, бесконечный трах и звезды, она рефлекторно поднимает голову, но там нет никаких звезд, она думает, что все могло быть по-другому. Мужик в грязных джинсах и рваных кроссовках, идущий навстречу, не замечает ее, у него дикое похмелье и трое детей, а у его жены рак.

Изредка проходящие полицейские стараются меня не замечать, у них это вполне получается. Пенсионерки в платочках и шерстяных кофтах охают и неодобрительно качают головой. Климактеричные старые девы брезгливо отворачиваются и спешат дальше, перемалывая между своих заплесневелых ягодиц зерна, не давшие всходов. Громоздкие одинокие мамаши тянут куда-то своих вечно чего-то хотящих детей. Моя мать больше никуда меня не тащит, я лежу на обочине словно использованный презерватив, внутри которого то, что могло бы стать человеком.

Вот он я, идущий на обед, на мне коричневые замшевые мокасины, оливковые коттоновые брюки, рубашка цвета пряженого молока. Вот он я, спешащий домой с портфелем из мягкой кожи в одной руке и пятым айфоном в другой. Вот он я, идущий в новый клуб, сменивший рубашку на белую футболку и темно-синий вельветовый клубный пиджак, с пятым афоном в одной руке и Наташей в другой. В начале двенадцатого она вспомнит, что у нее завтра экзамен, и я посажу ее на такси, уверенный, что она поехала к любовнику. Я промолчу о безвкусном платье-футляре, о неуместных колготах, о не смененном в тон к платью маникюре и своих подозрениях. Вместо этого я закажу еще две самбуки и буду безуспешно цеплять какую-то щмару. Ближе к трем я выйду из клуба и уйду в какой-то проулок, чтобы в очередной раз безуспешно звонить Наташе. Удар в лицо. Удар ногой в живот. По почкам. По голове. Еще по почкам. Снова и снова.

Теперь я это я, лежащий в пыли в позе зародыша. Я с окровавленным лицом. Я, внутри которого то, что могло бы стать человеком. Я слишком устал, чтобы встать. У меня нет целей, я не знаю, зачем я живу.

Добавить коментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.

 Рейтинг статьи: 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.