Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Статьи
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
 
 
 
Архив номеров

Главная» Архив номеров» 97 (январь 2014)» Поэзия» Руины храмов (подборка стихов)

Руины храмов (подборка стихов)

Баткилина Юлия 

СОВЕТЫ БЫВАЛОГО

 

Бесконечные тропы темны и полны зверей.

Потому никогда не радуйся, не старей,

не проси у соседей снега

взаймы зимой,

да не суйся без оберега

к себе домой…

в смысле это… носи перчатки и руки мой

и от холода дверь захлопывай поскорей.

На охоте совсем не холодно одному.

Рассветает, река во льду, берега в дыму.

Не бояться врагов. Не завидовать никому.

И любить – уж кого пригреешь в своем дому.

 

 

***

 

Он зверски скучает по тем временам, когда к порогу его приходила большая вода. Он шепчет: «А помнишь?». Она отвечает «Да».

Он хочет сминать миры, выпекать века, но есть у него очаг да ее рука. Творец отставной, он покурит еще в закат, и скажет: «Скрипим пока». И, словно в награду, у сердца и дотемна на кухоньке тесной останется с ним она, поставит неспешно чайник, нальет вина и тихо промолвит: «На». Чтоб стало и лето, и лыко ему в строку, чтоб смог он не видеть снов и гонять тоску. И верить, что будет дело ему, когда опять запоет вода.

 

 

ЕГО МОЛИТВА

 

И несут паруса корабли, что уйдут ко дну, и бредут по дороге те, кто уйдет во мрак. Тосковал я о многих, видел тебя одну, и когда я пойду отсюда — то тоже так. Все на свете когда-то высыплется трухой, зацветает любой колодец, фонтан любой. Все слыхали, а я не слушаю, я глухой, мне достаточно видеть сон с молодой тобой.

И когда времена закончатся – вот дела,

И тогда я в одно поверю, что ты была,

Что ты будешь, когда закончится небосвод,

что ты будешь, когда с небес и луна сойдет.

А что я сумасшедший парень, упрямый черт –

Это ты и тогда сказала. На то расчет.

 

 

О СТРАННОМ ПАРНЕ

 

Он говорил и смеялся, мол, главное – сметь,

Пускай и в царстве теней.

Он был такой – он заговаривал белую смерть

И становился черней.

Кто с ней поет, умирает – хотя бы на треть,

И тяжелеет их шаг.

Он был такой, что выходили мы посмотреть

И забывали дышать.

И ничего – эта муть, белесоватый овал

Да под глазами круги.

Он заговаривал гибель, он с ней танцевал,

Освобождая других.

Он говорил, мол, придут – не открывайте окон,

Он нарушал же, наверно, какой-то закон…

Он был и пел – неспроста,

И нам осталось, оста…

А он теперь далеко.

 

 

***

 

Не остановишься в поле, не снимешь лат,

Потому что на свете войн – воюй не хочу.

Это было ясно, как шоколад.

Когда тебе рассказали, что ты крылат,

Ты не пошел к врачу.

Тем, кто стал постепенно сильнее на два крыла,

Тем, кто не хотел подстригать перо,

Кому эта правда важнее добра и зла,

Кому мерещится небо из всех палат,

Кто почти здоров,

Им остается только разбежка по полосе,

Да полынное злое небо, где ждут в строю.

Тут тебе станет ясно во всей красе:

Это такая глупая фишка – не быть, как все,

Когда все поют!

И вот когда твое небо хлынуло в кровь, горча,

А на свете – все так же мутно, война-война.

Ты же сразу понял, хотя молчал,

Тебе сказали: «Ты в чешуе, не страшись меча.

Такова цена».

 

 

***

 

И вот так вот бывает. Молишься: «Судия!» –

А ответит Вотан.

Я не верю, что эта кожа была моя

Мой выползок – вот он.

Он лежит, и уже к нему подступают мхи,

А земля – сырая.

Эти сумерки белоглазые так тихи,

Ни конца, ни края.

 

Там, как в детстве, затопит комнаты Рождество,

Ни тоски, ни гнева.

Мишурой серебро зимы оплетает ствол

Мирового древа.

 

 

СНЫ О СЕВЕРЕ

 

Выключи музыку. Панику – пересиль,

Это непросто, но…

Белка бежит по дереву Иггдрасиль,

Небо черным-черно.

Не отводя глаза, на него гляди,

Может быть, ты не Один – но не один.

 

Видеть и знать – вот это ли не судьба,

Прочее ерунда.

Полнится шумом бешеный автобан,

Сумерками – вода.

Дышит во мраке море, а в море – змей.

Он замыкает кольца, и ты – посмей.

 

Смейся, смелей, а большего – не проси.

Большее – до поры.

Ветви полощет дерево Иггдрасиль,

Нижет свои миры.

Тянется ночь длинней, города – темней.

Белка бежит – от веток и до корней.

И ничего из этого, просто так.

Стекла морозит белая пустота…

 

 

***

 

Притяженье – по весу сродни перу,

А по сути – разбег литосферных плит.

Это глупое сердце мое болит,

Это ребра под кожей трут.

Раскаленной песней под горло жмет,

Холодеет память моя чуть-чуть.

Я не знаю даже, чего хочу,

Но допью потемневший мед,

Эту горькую негу чужого сна…

Эту патоку ульев нездешних пчел,

И все книги, которые я прочел,

Представляются как одна.

На полнеба молнии так остры.

Ну и что, что ее закрыл?

 

 

МОЛИТВА НЕ О СЕБЕ

 

Я молюсь на четыре стороны света,

Не себе прошу – так услышь-ка.

Вот они что есть, господи, а что нету,

Им и песня – отрыжка.

И над ними небо, и над ними лето,

А как будто бы крышка.

Но это зов небесный в их жилах – жидкий,

И жидки тела их, боже.

Видимо, нет в них этакой нервной жилки,

Но и нету покоя тоже.

Разбазарь слова, раскидай пожитки –

А летать не сможешь.

 

Но ведь им же хочется, добрый благий,

Высоких костров да рассветной влаги,

Ну кто от желаний скроется?

И чтобы внизу – золотые крыши.

Но они дрожат, не летают выше,

И кровью зовут сукровицу.

 

И вот что ж они вечно с такими лицами,

Что не стукнутся в окна, в двери ли.

Ты же можешь, господи, сделай их птицами,

Чтоб они наконец поверили.

 

 

РУИНЫ ХРАМОВ

 

После смерти уходят в объятия белых рек,

В обветшалые капища, полные трын-травы.

Признавайся, что ты беспамятный древний грек,

Вот и хочется то ли выпить, а то ли выть.

После смерти плывут на лодке по темноте,

После смерти успей вычерпывать темноту,

А которые возвращаются рано – те

Вот как ты – над полынной крепостью на посту.

Только ветер – ладони легкие на виски,

Только ветер – уже ни горечи, ни тоски.

Что мешает идти по свету – ему отдай.

Вечно живы такие тленные города.

Добавить коментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.

 Рейтинг статьи: 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.