Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Статьи
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
 
 
 
Архив номеров

Главная» Архив номеров» 24 (бумажный)» Поэзия» На разных языках (подборка стихов)

На разных языках (подборка стихов)

Главацкий Сергей 

▼ НА РАЗНЫХ ЯЗЫКАХ (UFO.βορός) подборка стихов

 

 

На своей олимпиаде

 

В жизни двух людей бывает время,

когда они становятся до неимоверного похожими,

и тогда они не знают,

сколько чужой крови прольётся там, где они целовались.

 

И все, кто на сцене,

замурованы в реликтовый янтарь,

а ты несёшь на руках то, что не можешь потерять,

и уже бежишь,

самый быстрый спринтер на своей олимпиаде,

и не замечаешь,

что самоё Мир растворяется на твоих руках в тот момент,

когда таранишь финишную ленточку.

 

Но она же оказывается и красной лентой,

и весь этот бег по кругу

стремишься обратить в обручальный космос,

потому что ты кроме космоса можешь создать,

если мира уже нет?

 

И каждая цикада – о тебе,

и никаких полнолуний за всю историю,

никаких маньяков в голове,

и если это не фестиваль, то что же тогда?

Любовь как стремление к андрогинности души,

андрогинность души как высшая благость,

высшая благость как мимикрия с Абсолютом…

Это и есть наш фестиваль.

 

Знак хаоса,

стрелки во все стороны, но внутрь,

как центростремительное тяготение,

и пусть осуждённое серебро вместо гальванического снега,

и понимаешь, что счастье вечно,

хотя призраки утверждают иное,

а когда комета упадёт на тебя

и станет твоим ядром,

ты сама станешь, как звезда, и ослепишь себя.

 

В жизни двух людей бывает время,

когда они становятся до неимоверного похожими,

и тогда за них решают,

с кем они будут в следующем перерождении.

А иллюминатор поезда,

(Самолёта? Спутника?)

вечно разделяющий бегущих,

вовсе не при чём.

 

 

● ● ● ● ●

 

Мне снилось, что ты меня бросила,

И – бросила нехорошо.

Мне снилось, что жить мне до осени.

Хотелось немного ещё.

 

Мне снилось, что ты повела меня

В дурдом, чтобы больше не знать.

Мне снилось, что я, уже каменный,

Ищу тебя с неба глазами на…

на собственных похоронах.

 

Проснулся: и правда, что бросила.

И правда, что – нехорошо.

Прошу об одном лишь – чтоб осенью

Среди провожающих оземь иль…

иль тех, что за мной бегут – с косами,

Тебя я глазами нашёл.

 

● ● ● ● ●

 

Душа – на ниточке,

Ума – пол-атома.

В кромешной пыточной

Гремят булатами.

Душе – скопытиться,

Уму – сколёситься,

А мне, провидица,

Бей в переносицу.

Служб бес-опасности

Тобою созданных –

С убогой праздностью

За мной – апостолы.

Все бизнес-бледи, и

Все – шляхи тайные:

Тысячелетия

Неурожайные.

Но как аукнется,

Так и откликнется.

Какие спутницы –

Такие рыцари.

Какие золушки –

Такие принцы, но –

Сидеть на колышке –

Не принцев принципы.

И человечество,

От дур уставшее,

Которым нет числа,

Смерть предпочтящее,

Совсем откажется

От вида «женщина»…

Всё, что мне кажется,

В тебе – развенчано.

 

 

● ● ● ● ●

 

И я высвобождаю своё сердце,

И выжигаю всё, что можно выжечь,

И не бывает пусто свято место.

А где-то (где – не помню) по инерции

Невесты умирают, словно мыши,

Вид делая, что есть цена невестам.

 

Забыть, как – страшный сон, как – ветра кому,

Рудиментарного Христа, когда он

Убийцы тень. А остальное – к чёрту.

Цель такова, а кто там был… а кто был?..

Ведь гений – это только дважды даун.

Ведь если любишь – ты второго сорта.

 

Пародией на женственность – зверёны,

Неприкасаемых брахманов каста

Идёт сквозь смрад пустыни, идёт вброд и –

На подиум, без нимба, но с короной,

Вид делая, что лишь прогресс – наш пастырь,

Что ничего ещё не происходит.

 

И от любви до ненависти – миг лишь,

Не шаг, но только взмах ноги над плахой,

И вместо общей жизни – о погоде,

О том, к чему пришли, чего достигли…

Но я-то знаю, став почти монахом,

Что ничего уже не происходит.

 

 

● ● ● ● ●

 

Я Югославия. Я Будда.

Меня не видно и не слышно.

И став для жизни, как UFO,

Я буду садом незабудок

И море делать неподвижным,

И – успокаивать его.

 

Моей единственной не понят,

Извечной суженой не принят,

Не вхож в любимый окоём,

Я буду жить на небосклоне

Последней, тёмною святыней

И – исповедовать – Её.

 

Распотрошён прошёдшей мимо,

Судьбой своею же отогнут,

Я буду ждать повестку в ад.

Под Зодиака пантомимой

Я разрушаю сердца климат

И разрешаю – да! – на органы

Себя потом освежевать.

 

 

S.O.S.

 

Я посылаю в мир сигналы SOS.

Но мир молчит. Мир умер раньше.

В бесснежном поле колосок –

Один. На Землю всю – один.

И потому с тобою я един,

И потому мир сед, а не оранжев.

 

Мозг ищет выход. В тупиках,

Во тьме, что – кровью мироточит.

Но рыбака рыбак изглубока

Увидит, если он – один.

Мозг выбирает жизнь, жизнь во плоти.

Жизнь выбирает мозг, и – многоточие.

 

 

● ● ● ● ●

 

По небу ползут оригами.

На льдах лихорадок хомут.

Живёшь в гальванической яме,

Не нужен уже никому.

И дышишь, и мыслишь, готовый

Разрушить всю прежнюю жизнь.

Что жизнью своей арестован,

Что вера – твой личный фашист,

 

Ты знаешь, и это гестапо –

Что карцер в повторном раю,

Но некуда дальше – на запад

И не к кому больше – на юг.

И счастлив себя бы исправить,

И спрашиваешь – «Кем мне быть?»,

Но сотни роялей без клавиш

Тебя взяли в круг, как гробы.

 

В озимых мехах тяготенья

Ты ждёшь омертвения чувств,

Но молишься в этом паденьи

Единому в мире Врачу.

В какой обитаемой бездне

Со смертью ты счёты сведёшь,

Чтоб вновь в стратосфере исчезнуть

И к Ней совершить свой Падёж?

 

 

В нашем Средневековье

 

Не пройдёт и нескольких кайнозойских сезонов,

не успею отпустить в небо ни одной пустельги,

 

я вернусь таиться

в ту стеклянную камеру обскура,

рядом с которой в другой такой же камере

таилась ты,

и дожидаться,

когда смогу дотронуться

до твоего сонного утреннего лица

своими руками.

 

Затем я буду сидеть на самом берегу моря,

которое всего раз за Вечность было неподвижным,

потому что спокойно было нам,

а ему было спокойно с нами,

и пойму, что никогда не покину его,

потому что люди меняются,

а оно остаётся нам в утешение,

заменой тем людям,

которых уже не узнать.

 

Потом я вернусь в тот день, когда

реки становились морями

и оттого мне было просто читать твои мысли,

прикоснувшись своим виском к твоему,

и потому никто-никто не поднимет голос

за оставленные на энной скамейке

энные солнечные очки.

 

И наконец, я промелькну мимо тебя

среди грохота ежей по тверди,

шума виноградной оторопи

и шёпота мыслителей,

но мне только на секунду покажется,

что я промелькнул,

а на самом деле мгновение остановилось

и я взял тебя за руку.

 

Я вернусь в это время

навсегда

из мира, из которого я,

как вампир,

выпил всю Любовь

ч-е-р-е-з-т-в-о-и-г-л-а-з-а,

и она сохнет во мне,

и мне некому подарить

её сухой остаток.

 

Я стану небесным телом

там, в нашем средневековье,

над построенной нами Землёй,

чтобы родиться твоим ребёнком.

 

Добавить коментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.

 Рейтинг статьи: 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.