Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Статьи
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
 
 
 

Закон торжествует

Михайлов Валерий 

ЗАКОН ТОРЖЕСТВУЕТ

 

Мелиополис преобразился и стал похож на сказочный город, в котором возможно все. Недавно закончился снегопад, и город был укрыт почти еще не тронутым белым покрывалом. Был легкий мороз без ветра – идеальная погода для прогулки.

Я шел по знакомо-незнакомым улицам, позволяя ногам самим выбирать маршрут, и мурлыкал себе под нос какую-то песенку. Я был в прекрасном настроении, которое совсем немного омрачало разве что это странное свойство города: казаться знакомым в самых незнакомых местах.

Город словно забавлялся с людьми, создавая впечатление, будто ты знаешь его, как своих пять пальцев. Спроси тебя, и ты готов будешь поклясться, что знаешь каждый камень на любой из ближайших улиц, но стоит тебя попросить пусть даже в  самых общих чертах описать, что находится за ближайшим поворотом, ты не сможешь ответить. Туристы относятся к этому по-разному. Одних это забавляет, других пугает, третьих приходится разыскивать, благо на каждом углу установлены «Кнопки для потерявшихся», так что, поняв, что ты окончательно заблудился, достаточно нажать на одну из низ... Местные жители, не способные свыкнуться с необходимостью постоянно помнить об игре города, попросту сходят с ума. 

Мое внимание привлекла афиша одного из бесчисленных кафе-театров, которыми так богат Мелиополис. Почти всегда кафе-театры - это милые заведения на несколько столиков, с небольшой сценой, на которой проходят нехитрые, но совсем не дурные, представления. На афише красными буквами на абсолютно черном фоне было написано: «Закон торжествует». Никакой дополнительной информации указано не было. Почувствовав желание войти внутрь, Я толкнул дверь. 

Внутри за любимым столиком, у нее везде был свой любимый столик, сидела Сивая Кобыла[1]. Она самозабвенно курила сигару. 

-Ты вовремя, представление начнется буквально через минуту - сказала она, когда я подсел к ней, - это тебе, - указала она на чашку горячего кофе, который принесли буквально перед моим появлением, - тебя все еще впечатляют подобные штучки? – спросила Кобыла, сдерживая смех. 

Я действительно не мог свыкнуться с подобного рода «совпадениями», которые выглядели чем-то удивительным только потому, что моя психика продолжала цепляться за восприятие событий в формате пространство-время, тогда как в Мелиополисе все происходило в вечности как таковой. 

Я так и не смог понять, объяснения Кобылы о том, что за пределами времени, а наши встречи проходили именно там, все события «происходят» одновременно и мгновенно, и что именно мое сознание наделяет тих очередностью и протяженностью. После десятой попытки объяснения, я признал это, как нечто становящееся привычным. 

Точно так же мы считаем понятными вещи, которые нам кажутся таковыми исключительно в силу их «повседневности», но стоит нам только об этом задуматься, и мы начинаем осознавать, что произошла подмена понятий, и что понимание «привычного» все еще закрыто от нас за семью замками. 

Мы привыкли к траве и деревьям; к банальным свойствам веществ, таким как способность существовать в жидком, твердом и газообразном состоянии; к электрическому току; к жизни, наконец. На разве мы ПОНИМАЕМ что-нибудь из этих вещей и явлений?

-Зачем ты меня позвала? – спросил я, уже зная, что такие вот встречи с Кобылой не бывают случайными.

-Смотри на сцену, - сказала она, - то, что там будет, разворачивается для тебя. 

На сцене царила абсолютная, бесконечномерная тьма.

Прозвенел колокольчик, и в кромешной тьме высветились лица двоих людей, скрытые фосфоресцирующими масками псов. Скорее всего, актеры были одеты в черные одежды, потому что кроме этих масок не было видно совершенно ничего. Публика, а к началу представления в кафе не осталось свободных мест, разразилась бурными аплодисментами. 

Хлопок в невидимые ладоши заставил зал замолчать. Выдержав паузу, люди в масках псов начали свой диалог[2]:

-Закон торжествует! – почтительно говорю я. 

-Не верю! – возражаешь ты, - Посмотри вокруг! Разве ты не видишь расцвет преступности?! Милиция, полиция и спецслужбы во всем мире просто демонстрируют свое бессилие. Тюрьмы переполнены, а это настоящие криминальные университеты, единственные, кстати, из учебных заведений, гарантирующие своим выпускниками трудоустройство по специальности. Суды завалены делами. Законники только и делают, что усложняют и так уже невозможные для соблюдения кодексы. Карательная система обрушивается на головы невиновных... И ты говоришь...

-Да, - перебиваю я тебя, - Закон торжествует!

-Закон не может торжествовать, - вновь возражаешь ты, - да и как он восторжествует, если вся огромная правоохранительная система живет и развивается за счет преступлений?! Разве пойдут она на то, чтобы стать ненужной или даже просто менее необходимой? 

-Ты прав, - соглашаюсь я, - Закон не хочет уничтожать преступность. Закон торжествует!

-Вот именно, что не хочет, - подхватываешь ты, - ведь были примеры. Так маршал Жуков за одну ночь покончил с бандитизмом в Одессе. Он выпустил на улицы города несколько сотен офицеров, одетых в шикарные одежды, и каждый желающий их ограбить расстреливался на месте. А в 60-годы в СССР поместили всех «воров в законе» в общие зоны, перевели на хлеб и воду, заставили работать, и грызться между собой, истребляя друг друга. И если будет проведен массовый отстрел всех маститых бандитов и террористов, народ воспримет это на ура! Но Закон не борется с преступностью. 

-Ты прав, - вновь соглашаюсь я, - закон не борется с преступностью. Он культивирует ее, как земледелец культивирует хлеб. Ибо, являясь пищей закона, преступность позволяет ему расти, развиваться и набирать силу. Закон торжествует!

-Закон не может торжествовать, - повторяешь ты, как заведенный, - для торжества закона необходимы более простые, выполнимые законы. 

-Ты глупец! – устаю я от твоих возражений, - Закон торжествует! И если ты не можешь этого понять, вини свою слепоту. Закон торжествует, и я могу доказать тебе это, только сорвав повязку глупости с твоих глаз. Закон торжествует! Смотри: (после этих слов на месте тьмы появляется грандиозное сооружение, превосходящее любую фантазию, любую возможность его понять, описать, осмыслить...) 

Крик благоговейного удивления вырывается из твоих уст. 

-Смотри, - перехожу я на крик, - Ты видишь лишь фрагмент Его Величества Закона, но и его достаточно, чтобы выйти за рамки твоего убогого понимания. Смотри внимательно. Те точки, что движутся среди Его великолепия – это мы, люди, жалкие рабы Закона. Мы – атомы, из которых он творит свою плоть. И что бы мы ни делали – Закон торжествует! Только глупец, считает, что Закон должен ему служить. Только ставя свое ничтожество во главу угла, он может говорить, что Закон плох.  Закон торжествует! И он великолепен! 

Закон сделал то, что до сих пор не удалось ни одному Богу. Он перестал быть эгрегором, воплотившись в нашей реальности, как некий организм, огромное живое существо, состоящее из нас, как мы состоим из клеток. И каждый из нас выполняет свою работу. Все вместе мы действуем, как отточенный механизм. Юристы плетут все усложняющуюся паутину кодексов, которая является нервной сетью Закона. Парламенты и правительства – это защитная система Закона. Тюрьмы, полиция, суд – это его ненасытный желудок. Преступники – пища, а все остальные – среда обитания Закона. Закон эволюционирует, развивается, движется от простого к сложному... Закон торжествует. И он не просто живой, он разумный! И это научный факт[3]. Но Закон торжествует и над наукой. Торжество Закона есть творчество!

Закон торжествует!

Закон торжествует над нами, когда мы вынуждены его соблюдать. 

Когда мы его нарушаем, Закон торжествует над законностью.

Когда преступление раскрывается, и преступник отправляется на смерть или в тюрьму, Закон торжествует над преступностью. 

Когда в тюрьму или на смерть отправляют невинного, Закон торжествует над справедливостью и виной. 

Закон торжествует над всем. ОН ТОРЖЕСТВУЕТ. А наши мораль, нравственность, жизнь или смерть, наука, бог, справедливость... не более чем пыль под ногами его Торжества. 

Закон торжествует! Таков Закон!

И ЧТО БЫ ТЫ НИ ДЕЛАЛ, ЗАКОН БУДЕТ ТОРЖЕСТВОВАТЬ НАД ТОБОЙ!!!

 

[1] В дзен-терроризме Сивая Кобыла олицетворяет Откровение или Прозрение.

[2] Привожу адаптированный для чтения вариант.

[3] В книге «Паутина жизни» Фритьоф Капра пишет (цитирую с сокращениями): Новая концепция разума была разработана, независимо друг от друга, Грегори Бэйтсоном и Умберто Матураной в 60-е годы.

Бэйтсон сформулировал ряд критериев, которым удовлетворяет система, обладающая разумом. Любая система, отвечающая этим критериям, способна развивать процессы, которые мы ассоциируем с разумом, — обучение, память, принятие решений и т. п.

По Бэйтсону, разум — это необходимое и неизбежное следствие определенной сложности, возникающей задолго до того, как в организме формируется мозг и центральная нервная система. Он также подчеркивал, что разум свойствен не только индивидуальным организмам, но также социальным и экологическим системам.

По совпадению — или по интуиции? — Матурана одновременно бился над двумя вопросами, которые, как ему казалось, толкают его в противоположных направлениях: «Какова природа жизни?» и «В чем суть обучения?». В конце концов он обнаружил, что ответ на первый вопрос — автопоэз // Автопоэз означает «самосозидание».Авто--, конечно, означает «само-» и относится к автономии самоорганизующихся систем; а поэз имеет тот же греческий корень, что и «поэзия», и означает «созидание».// — обеспечивает ему теоретическую основу для ответа на второй. Результатом явилась системная теория обучения, разработанная Матураной и Варелой; иногда ее называют теорией Сантьяго.

Главное положение теории Сантьяго, как и теории Бэйтсона, — тождество обучения (процесса познания) с процессом жизни. Это положение радикально расширяет традиционную концепцию разума. По теории Сантьяго, для существования разума мозг отнюдь не необходим.

Таким образом, новое понимание обучения, или процесса познания, гораздо шире, чем понятие мышления. В него входят восприятие, эмоции и деятельность — весь процесс Жизни. В мире людей обучение также включает язык, понятийное мышление и все другие атрибуты человеческого сознания. Общее понятие, однако, гораздо шире и может даже не включать мышление.

Добавить коментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.

 Рейтинг статьи: 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.