Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Статьи
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
 
 
 

Выход (рассказ)

Гореликов Андрей 

Андрей ГОРЕЛИКОВ ВЫХОД (рассказ)

 

Тогда вечером незнакомец в баре сказал Тимуру:

– Здесь же через сутки.

Допил и вышел, и сутки потекли, как обычно. Он сперва хотел не спать – какой в том смысл? Но тело отказывалось слушать разум, и был сон, а утром – завтрак. На работу уж не пошел, чего смеяться.

 

Незнакомец был Смерть, и он предупреждал еще:

– Если скажешь другому или не придешь, я не буду искать тебя. Но ты никогда не узнаешь, когда я приду, будешь оглядываться на каждую дверь и видеть меня в каждом незнакомце.

 

Тимуру было тридцать два. Больше половины этих лет он прожил один, чтобы не нарушать свой распорядок дня. В последний день, видимо, надо было придумать новый распорядок.

 

Было морозно, лужи покрывались льдом, зато воздух – ароматный и прозрачный. Хотя, заряди дождь, на что и на кого было б обижаться. Он хотел звонить друзьям, даже позвать всех куда-то, если не на весь день, то после их работы, но передумал. Поправить ничего нельзя, перед смертью не наговоришься. Женщины последние полтора года не было, искать какую-то из бывших, чтобы сыграть романтику перед концом, нелепо.

 

Тимур держал планшет на коленях, водил пальцем по экрану и жалел, что не пошел на работу. На короткое время его развлек ролик про пептиды, которые, по мнению ученых, будут сокращать размножение раковых клеток и продлевать деление клеток здоровых, чтобы люди жили по сто двадцать лет.

«Что ж, я – рак. – подумал Тимур. – Меня атаковали и вычистили из организма».

 

Солнце перестало  светить в окно и ушли тени. Он решил еще почитать.

«Если собираешься рисковать – иди до конца. Поднимайся, несмотря на раны. Только тот может быть Предпринимателем, кто осознает, что он уникален, а мир вокруг – это мир возможностей».

Тимур решил погулять.

 

Вечер еще не вступил в завершающую стадию, когда везде кончается работа и все пытаются пожить для себя до завтра. Торговали на прилавках у метро, школьники шли с занятий на занятия. Трамвай катился по рельсам, стук колес, нарастая раздражал, но это не было чувство тревоги.

Чувства вообще притупились. Они были больше не необходимы, как люди вокруг, и он не был им необходим. С каждым шагом осыпались эмоции, кроме рассеянного удовлетворения. Мимо прошло трое подростков – мальчик с девочкой под руку и еще парень, который шел спиной вперед, обернувшись к своим друзьям и что-то объясняя. Тимур подумал, что они шагают так широко и так энергичны, пока кто-то не влюбится в другого, а третий не окажется без всего, и будет много дорог, чтоб по ним шагать, а потом один за другим все сойдут с пути. Он, Тимур, сходит сейчас, и что? Все это он видел и раньше. Злоба подростков и улыбки старух.

 

Чем меньше света оставалось на улицах, тем быстрее уходили последние тени разочарования. Упущенные возможности работать, говорить, развлекаться, осознать что-то такое важное становились далекими и забытыми возможностями. Тимуру вспоминалось, как раз в школе надо было драться. Он знал, что соперник сильнее и обязательно его отколошматит, и не мог сосредоточиться всю математику, всю географию. А когда занятия кончились, он пошел на школьный двор, окруженный друзьями и недругами, почти совсем перестав и бояться, и интересоваться. Тогда и сейчас в голове стучало: «Ну и что?». И скорее бы.

 

Стемнело, и дорога пришла в бар. Смерти не было. Девушка за стойкой протирала стакан.

– Пива, пожалуйста, – попросил Тимур. – Для начала.

В голову пришла глупая мысль: «Сколько же я могу потратить безнаказанно сегодня». Потом он взял еще пива и виски, и еще виски. Бар наполнялся народом. Были компании друзей и те, кто встречал своих друзей здесь. Парочки, много парочек. Руки с деньгами тянулись над стойкой мимо Тимура, руки забирали стаканы. Тимур слушал музыку. В этом месте часто включали песни, которые он рад был слышать. Теперь он радовался, слушая их в последний раз. Train In Vain закончилась, больше не услышишь. Forever Young тоже ушла. Loser. Common People. Comfortably Numb. Hurt. Death And Resurrection Show. Ghost Dance. Exit Music.

 

Он в конце концов появился. Когда назначает встречу Смерть, вы сразу понимаете, что это не шутка, даже если упивались до чертиков, пока вас не вытолкнули из заведения. Песни сразу стали не нужны. Бокал с пивом лопнул в руках бармена, девушка закричала. Пиво выплеснулось на рубашку Тимура. Он бездумно собрал осколки и протянул их через стойку обратно барменше. Та, очнувшись, подставила мусорное ведро, куда и ссыпалось стекло, и Тимур в этот момент заметил, что порезался. Смерть прошел мимо него за столик в дальнем конце бара. Тимур пошел туда.

 

Смерти на вид что-то между двадцатью и тридцатью. Мешают определить большие в поллица очки. Конечно, бледен. Его внимание рассеяно, он не то шутит, не то говорит всерьез, не то беседует сам с собой.

– Хорошее пойло. Довольно неплохое. Что это, «черный русский», «белый русский»?

Тимур пожал плечами. Непонятно, откуда у смерти взялась выпивка, заказа он не делал.

– Где твой стакан? – спросил Смерть.

– Его из-за тебя разбили. Любишь пугать людей?

– Ты же не испугался. – Смерть допил. – Вообще да, люблю эффекты. Я не такой большой интеллектуал, как говорят.

– Почему я?

– Надо бы еще. Что? Почему ты – что? А, ну это же глупо спрашивать. Сегодня ты, завтра кто-нибудь другой. Как еще смерть приходит. Никто не ручится, никто не узнает. Действую наобум. Слышал про пептиды? Рабочее поле-то скоро будет сокращаться.

– Действительно.

– Правда, не бери в голову. Мы скоро пойдем уже.

– Зачем тогда назначать встречу через день? Когда я умру?

– Не могу тебе все объяснить, правда. Как умрешь – это вообще все равно. Может, пьяная драка, – бар ведь. Может, дотянешь до дома и какая-нибудь аневризма, не разбираюсь в этом. Лучше в баре, я сам хотел выпить. Мне ничего не чуждо, ты же слышал.

 

Лицо Смерти поплыло перед глазами. Тимур попросил времени подумать.

– Ты думай, только до полуночи. И это, тут в баре есть шахматы – так ты даже не пытайся. Говорю же, я туповат.

– Ты все испортил, – прошептал Тимур.

– Что? – Смерть наклонился над столом.

– Зачем я говорю с тобой? Я ведь все понял и принял. Я не испугался. Я даже не торгуюсь.

Смерть смеялся, и теперь у него точно был другой стакан.

– Зачем ты вообще говорил в кабаках с неизвестными, Тимур? Вопросы космического масштаба решаются не здесь. Почему ты напивался в одиночестве?

– Мне было плохо.

– Теперь-то хорошо? Я ничего не изменяю за один день. То, что ты сегодня чувствовал – болевой шок, а не просветление.

Тимур знал, что это правда. Сквозь слои выпивки, сквозь мутную толщу уже виделись сваи боли. И еще боль в руке – порез был глубже, чем казалось. Вот и красные капли закапали на пол со стола. Мысли путались, и музыку, которая играла, он больше не узнавал.

 

-... Поэтому проси желание.

Он открыл глаза и встретил взгляд Смерти.

– Что?

– Проси желание и не спрашивай, благотворительная акция.

– Что можно? – совладал с собой Тимур.

– Да все, что попросил бы у любого другого. Вернуть назад и исправить ничего нельзя. И из бара не буду никуда мотаться.

 

В баре было, не считая их со Смертью, двенадцать человек. Алкоголик-завсегдатай. Три студента и четыре музыканта. Три девушки, подозрительно молодые. Девушка бармен. Кто-то еще. Две комнаты, стойка и сцена. Кафельный пол и грязные разводы. Тимур видел внутри себя, как в комок сжимаются все его возможности. Последний выбор на 30 подвальных квадратных метрах.

– Никто не уходит без страха, так? – спросил он.

– Никто.

– Пусть они тогда не боятся.

– Они?

– Все, кто сейчас в баре. Если я не могу просить о большем. Не подкрадывайся к ним. Пусть они видят каждый день, как последний день и знают, что бояться глупо. И пусть не держатся ни за что.

– Хорошо, хорошо. Только быстрее.

– Хорошо?

– Давай, благородный. Купи им всем выпить. За мой счет.

 

Тимур наливал и передавал бокалы. Люди хлопали ему, трепали ему волосы, подозрительно молодые девушки обнимали его, и последний раз он почувствовал на своем лице эту ароматную волну, сумму запахов девушки. Никто не смотрел на смерть. Длинноволосый парень напомнил:

– Дружище, у тебя кровь течет, перевяжись.

Тимур прижал салфетку к ране, но вскоре она намокла, и кровь оставляла на стекле следы. Ему казалось, что все, кого он угощает, касаются его крови губами. Люди пили и говорили громче, и жестикулировали веселее. Тимур пытался думать, как та девушка, похожая на его студенческую любовь, или тот парень, похожий на него, проснутся завтра не с похмельем, а с таким же пьянящим чувством освобождения. Этого не представлялось, конечно.

Зато играла в баре теперь какая-то вещь, которая очень нравилась Тимуру, хотя он и не мог ее узнать.

Он почувствовал взгляд. Смерть кивнул ему из-за стола.

– Ты иди, я догоню.

Тимур послушался и пошел на выход. По пути остановился у стойки и взял себе последний стакан. За свой счет.

Добавить коментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.

 Рейтинг статьи: 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.