Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Статьи
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
 
 
 
Архив номеров

Главная» Архив номеров» 113 (февраль 2017)» Поэзия» Тоска по весне (подборка стихов)

Тоска по весне (подборка стихов)

Сокольских Евгений 

Ластик

 

Не надо страсти,

дважды любимым не будешь.

Нам бы с тобой подрасти…

…возьми мой ластик,

знаешь, ведь я не Батист.

Штрих разотри по бумаге, будни-

чный, рябый, вязкий –

резинкой грязной

с надписью: «Твой Парадиз».

 

 

Укрощение

 

Горький табак. Ночь. Нещадно болит грудь.

Бог опустил кнут. Песок заменил грунт.

Ляг. Успокой дрожь. Забудь непростой день.

 

Утро – пролог лет, вместимых в один час.

Бог не забыл нас – кредит на один шанс.

Хватит ломать кисть. Не хватит тебе стен.

 

Пепел летит вверх, а тело летит вниз.

Бог навострил слух, услышав глухой свист.

Тело вернул в круг. Ты вздумал уйти? Хрен!

 

Ты же не плох, друг, и смерти не твой срок.

Думал, простит Бог? А он на тебя зол.

Слушай (пока жив): ты пленник любых вер.

 

Завтра ещё день, и завтра ещё ночь.

Горький табак. Плен. Попытки уйти прочь.

Ляг. Успокой дрожь. Не дикий же ты зверь.

 

 

22

 

Тишина поломала запястья

об скрежещущий вопль машины,

и ритмичная сладкая сальса

беспристрастна, теперь, и фальшива.

 

…а за городом воздух без тени

и улыбки, и тени сарказма...

Мандельштам, поражённый сиренью,

залиловил себя и замазал.

 

Вот уже и без четверти «только»,

вот уже и без четверти «завтра»,

остаётся зажать в себе вопль

и зарыться в привычное «здравствуй…»

 

…а за городом страстною кистью

утепляют румяною краской

беспризорные вольные лица

и дефектный разжиженный разум.

 

Двухэтажные горы бетона

возвышаются над автострадой…

Что же делать? Мне писк светофора

перестал быть противным и странным.

 

…а за городом, странное дело,

мне уже невозможно остаться…

все дома переполнены теми,

   кому не исполнилось двадцать…

 

 

Свобода

 

 «Виват!» парадигм риторических сава-

нов вскрикнут /в сердцах/ и рассудках рассветов…

на завтрак сопрано, котлеты и славу

готовит им эхо пустого проспекта.

 

Восторженно смяты святые предани-

я сволочь, что свергла чужие контексты(!),

взлетает к соитию чувств и проталин -

к возвышенным смыслам свобод Эвереста.

 

Обрублен обыденный образ, обласкан-

ных солнцем бульварных мотивов, где горечь,

обросшая болью, скатилась к парнасским

наследникам, брошенным к виршам обочин.

 

Обломки абсентных абстракций обману-

ты мной(!) подивишься, ведь облачный атлас

обуглен, обветрен, как губы болвана,

постАвленногО на бугор чужестранца.

 

Однажды задушенный полдень оденет-

ся в саваны, дабы дать волю капризам

юнцов, что так жадно безудержно лепет

раздавят бездарных «народных артистов».

 

Орда декадентства растопчет парони-

мы четкости(!), друг, безнадежная рвота…

пора раздробить, проорать, обездолить -

вот наша Свобода! Свобода… Свобода?

 

 

Тоска по весне...

 

В ухе наушник, окутанный джазом…

Радует то, что не слышу я будни…

Светит фонарь мне неоновым глазом,

Вижу пейзаж, освещённый и скудный…

 

Снова дожди, да и пасмурно очень…

Ноги связали хандра и тревога…

Лужи кочуют ручьями с обочин,

Небо для туч вот уже как берлога…

 

Город любимый когда-то – печален…

Сумраком веет от улиц, домов…

Гулом машин переулок придавлен…

Снова преследует роза ветров…

 

Грязные улицы, холод до дрожи…

Лик отражается лунный в реке…

Вроде нет места на свете дороже,

Но не сейчас; я поскольку в тоске…

 

В джазе наушник, в абстракции мысли,

Где-то летает моя голова…

В воздухе строки стиха вновь повисли…

Холодно к чёрту, какая весна?!

 

Ветки от ветра кривят тополя,

Гнутся всё ниже к плаксивой берёзе…

Видно в печали стоят, как и я…

В мыслях лишь хаос, всё в метаморфозе…

 

 

Крепчает портвейн

 

Раздвинулись ночи, оголяя твой полдень.

По стенам ползут (не бойся) всего лишь тени

дневных ароматов несорванных душ растений

без цели. Увяли. Я от запаха болен.

 

Крепчает портвейн. Несовершенны мысли

порочных недель. Разбей циферблат, пора бы

забыть, разбросать детали часов утраты,

у трапа мозолистых будней.

 

Забудь же меня. Я разучился подарки

cудьбы принимать. Разбей по сосудам душу,

увидишь сама влекущую смрадом тушу,

что просит пощады – умереть в послемраке.

 

Крепчает портвейн. Несовершенны мысли.

Забудь же меня, сажай поновее розы

на месте, где умер я в вечерах наркоза,

в угрозах твоих позабытых.

 

 

Добавить коментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.

 Рейтинг статьи: 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.