Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Статьи
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
 
 
 
Архив номеров

Главная» Архив номеров» 120 (август 2018)» Поэзия» Ссылка (Глазами слепого зрителя)

Ссылка (Глазами слепого зрителя)

Нечаев Антон 

ССЫЛКА 
(ГЛАЗАМИ СЛЕПОГО ЗРИТЕЛЯ)
I
Она выходила сразу из шести магазинов
Дома в переулках морщились лицами японских военнопленных.
Платье ее вздрагивало и вертелось, как лист над асфальтом.
У костела ждал ее человек:

мальчик девяти с лишним лет
с котомкой из института
бежал навстречу.

И хлопали кирки
нищих солдат (лица в тряпках),
возводивших эти дома.

И хлопали веки
католических бунтарей,
смахивая влагу Вислы.

Грозная грозовая музыка,
пугая маршевых воробьев,
лишь укрепляла острые
костяные камни.

Поцелуй
неба и енисея,
карлика и огня.

 - Ты любишь меня? – 
девушка спрашивает у собственного отражения
в зрачках педиатра девяти лет.

А он
достает трубку,
слушает ее руки.

Вынимает бинокль – 
просматривает язык.

 - Вы съели любовь – 
вот мой диагноз.
Выдавите ее,
выведите из организма.
Сон, крепкий сон
с молодым калекой – 
вот что вам нужно.

II
Правитель сидит на ступеньках
краевого дворца,
изучает семечку населения.
Речка бежит по его подошвам,
тучка стрижет ему
площадку для дачи на голове.
По рубашке и по гортани
цепляясь за пуговицы
движется жена, теща, дети.
 - Сколько стоит этот автомобиль: - 
интересуется вежливенько у иностранца.
Иностранец уезжает на роликовых коньках.

III
Нищая сосет из миллирдера.
Кровь сосет, сухожилия, легкие,
воду из его пор,
желчь из его ресниц,
а потом садится
в собственный летающий катафалк
и махая железом
кружит очередью свободных домов,
сама несвободна.

IV
Из зерна
вылупилось яйцо.
Из цыпленка
вышел утенок.
Из краба
космический аппарат.
От звука голоса твоего
умерла Вселенная.

V
Исчез один человек – 
мягче капли,
меньше орешка,
и весь городок непропавших
ушел в тревогу:
старики пивком баловались, пока жены не видят,
малыши выжигали глаза зверям, пока матери договаривались с              
                                                                                   воспитателями,
отцы проигрывали банковские счета в орлянку.

Залп салюта на площади в честь пропавшего
оглушил уже прежде ослепших зрителей,
а один сумасшедший на спор
взялся выпить сибирскую реку
( - Любую! – орал он, - любую!
И спорщики долго советовались,
какую б ему предложить).

 - Где ты? – шарит крохотка по углам,
ищет любимого крокодила.

А крокодилу холодно в глубине,
и днища скользкие теплоходов – 
слишком однообразный фильм.

VI
Лицы прекрасных землян:
носы в национальных костюмах,
щеки в национальной закуске,
глаза в национальной забаве – 
убийстве – 
искупаны
черные безобразные лавочники
конфуцианской эпохи.
И пятками к облакам
один за одним
дерг-дерг
выскакивают из ячеек,
казавшихся такими надежными:
гири, весы, документ.

VII
Дин-дон – 
похороны любимого комара.
Шарфик на шею ему,
чтоб не мерз там,
новые сапожки из кожи гиппопотама,
биттлз и роллинг стоунз – тарелки и тубы – 
играют комариные марши – 
минор.
Флаги РФ приспущены,
флаги ООН разодраны в порох
плакальщиками:
у доноров траур.

VIII
После реанимации:
с лестницы в небо
тоже могут
спустить.

IX
Девочка отыскала его:
взлетела, тряся шоколадной киской
над багровой травой,
над сосцами на крышах,
путаясь в рельсах ласточкиных путей,
проводах ястребиных узлов, полустанков,
над озером (словно лукошко с рыбой),
над мертвым простором загородных полей,
над крепкой еще бронею
человеческих глаз-шляп,
под прицел любому желающему,
под оскорбление любому безногому,
под плевок солнцу.

Девочка собрала его из частей
сгоравшего катера,
разбитого телевизора,
дохлой собаки,
сбежавшего заключенного,
распятого за христа хорька,
отпоротого уха, в драке кармана.
Из кармина берез,
снега дубов,
золота черных криков,
боли вен под жгутом,
останков сердец в дыму,
вязи на арабской рубашке,
черных жуков под сдвинутым козырьком,
бурой пощечины на губах.

И не стало ее у него – 
ушла
фундаментом в тяжелые здания глыбообразных мужчин,
в бездонные ямы подземного небосклона.

X
Город мой, подними меня,
отними мои члены, вставь их себе в утробу,
на спине моей выжги орден,
разрисуй мои внутренности общепонятной символикой,
тысячи литров яда
влей в меня со своих предприятий,
сделай меня велосипедной дорожкой,
мусоркой для бездомных собак,
мостиком через поток прорвавшей канализации,
нет меня, я достоин
обувью быть твоих горожан,
вентилем ржавым к твоей трубе,
экспонатом болотным твоей экскурсии,
шерстяным дымом завода, – 
молится израненное животное.

XI
Я, Я, Я, Я, - 
написано на одежде,
в помаде, выделяющейся из губ,
в трубочках автобусных проездных билетов,
терзаемых в рукавице.

Скрип зубов – 
черта дурного характера.

Злоба индивидуальна,
поцелуи неразличимы.


Добавить коментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.

 Рейтинг статьи: 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.