Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Статьи
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
 
 
 
Архив номеров

Главная» Архив номеров» 24 (октябрь 2005)» Критика и рецензии» Беглый комментарий к стихам М.Гундарина

Беглый комментарий к стихам М.Гундарина

Яранцев Владимир 

БЕГЛЫЙ КОММЕНТАРИЙ К СТИХАМ М. ГУНДАРИНА

 

Гундарин М. Новые календарные песни. Стихи 1990-2004 гг. Барнаул, 2004 

 

Реализм, вырастающий из футуризма, и футуризм, вырастающий из реализма — такова двояковыпуклая формула поэзии М. Гундарина. Лишь только успеет он запечатлеть (фрагмент, кусочек, кроху, былинку) реальности — тут как тут рефлексия, похожая на чувство и чувство, похожее на рефлексию. И тут же является строчка-формула, образ-знак, большие буквы слов-понятий, имен, величин.

 

Трудно собрать воедино даже в пределах одного стихотворения все, что увидел и обозрел, навыдумывал и натворил поэт. Предметный мир его поэзии, за который цепляешься, читая, как за толику опредмеченного смысла, вычерчивает параболу Смысла неспешно, необязательно, замысловато. Видно, что одного стихотворения поэту мало, чтобы продлить параболу в спираль. Ему и поэмы мало, и цикла, и книги, и всего круглого (круглый годичный цикл, круг друзей). Мир ведь состоит из мелочей и нюансов, он любопытен и познаваем в малом и непознаваем в большом. Найти формулу тождества как стихотворения, дифференцируя увиденное в образы — вот causa sui и dura lex стихов М. Гундарина.

 

И если в первом же стихотворении «Восьмидесятые» нам блеснул ускользающий «из кармана олимпийский рубль», значит, надо искать тождественное ему непредметное понятие. Ищешь — следовательно, читаешь стих, читаешь — следовательно, чертишь параболу смысла. От «фонариков ночных», побрякивающих фар заплутавшего трамвая до «востроглазой, мокрой жести» уходящего советского века. Итог — тусклый, металлический, «тоталитарный» свет агонизирующих 80-х, за которыми — надежда на полноценный, настоящий, а не металлически отраженный свет серости. Невольно ждешь продолжения: где же там, в книге, свет надежды, где блистающие 90-е и 2000-е, где нет слепых трамваев и «тоталитарных кошмаров», а в кармане куда больше рубля, пусть и неолимпийского.

 

Автор, впрочем, не торопится в светлое будущее. Для него даже отъезд туда — повод для баллады. В ней же, как в жанре романтическом, кошмарного и прекрасного ровно пополам. Потому и в уравнении стихотворения «Баллада отъезда» (1990) уравновешены разнополярные строки: «Это не боль, если это от Бога», «Географический морок свободы», «Морщинится серой шинелью небо» и «В этой стране есть гора (?) Гималаи». Надежда на лучшее проинтегрирована тревогой, салтыковщедринское шинельное небо победоносно проткнуто рериховскими Гималаями.

 

И вот они, «Гимны» (1991) нового десятилетия, новой постсоветской эры. Станет ли спиралью парабола, беспредельное — пределом, хаос — гармонией? Увы, пока круглая объемность пространства у М. Гундарина, наоборот, разворачивается в непредсказуемость линии: «сухим ремешком каталога». И пока автору только мыслится-представляется, как «млечный путь из картона» преобразится в подобие круга, символа гармонии, чтобы он опоясал «не мечом, так сосновою веткой» и чтобы опалил, возвысив, до складной простоты, его речь и дух. Знаком этого смысла и восходит в конце «Гимнов» звезда: «На пустой небосклон предрассветная всходит звезда». Пусто в небе, одиноко звезде. Значит, еще идти и идти, писать да писать. Но тут, в том же переломном 1991-м, поэта подстерегает сначала больница (просит «раздобыть небес килограмм» на поправку), потом попятный путь назад, в «Пролог», к воспоминаниям про «наши стройные системы \ сотрясения основ» и еще дальше, к «переплясам фин-де-секла».

 

Парабола становится замысловатой кривой, уравнение 90-х усложняется, сюжет книги, выстраивающийся по календарно-круглому циклу, фрагментируется, становится дискретным. Страхи не исчезают, но ширятся, множатся. Поэт, футуристически звукописуя, принимает луну за дуло у виска («Там не луна, а дуло у виска») и начинает слышать неслышимое — сладкий свист магнитного поля («сладко свищет магнитное поле»). Время предательски тормозит, останавливаясь. Вместо обещанного отъезда в календарное будущее круглых циклов получаются каталоги образов на заданные темы: «Три века русской поэзии», «Куртуазный календарь», «На экране», «Прогулки». Поэтическая мысль в заторможенном, замороженном времени становится изысканнее. Стиль витиеватее, футуризм — эгофутуризмом, реализм — интимно-дружеским, кружково-камерным меджусобойреализмом.

 

 

Добавить коментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.

 Рейтинг статьи: 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.