Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Статьи
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
 
 
 
Архив номеров

Главная» Архив номеров» 32 (бумажный)» Проза» Порядок вещей (три миниатюры)

Порядок вещей (три миниатюры)

Добровольский Александр 

Александр ДОБРОВОЛЬСКИЙ ПОРЯДОК ВЕЩЕЙ (три миниатюры)

 

ПОРЯДОК ВЕЩЕЙ

 


Две черно-лаковые снаружи чашки, маленькие – наперстки вроде пиалок, деревянно-оранжевые внутри. Растительные изгибы ручек. Сине-дымчатый фаянсовый заварочный чайник рядом. Словно еще дымится.

Зашли сюда на следующий день. Чашки молчат, чайник как пар залитых синей и свинцовою водою неба угольев костра, прозрачно-непоколебим. Рядом – мешочек с сушками, что вчера еще лежал на другом столе. Кто-то положил его вплотную к чашкам. Как пододвинул повторное приглашение.

Родственники. Громко ругающие порядок вещей, но скромными случайными тенями повторяющие траектории ангелов вокруг действительно важного. Птицы… Больше тысячи здесь слов. Луковица чайника валяется на круглом столе.

Катится язык во рту. Из твоего – в мой. И наоборот. Чай остывает как облака плечо. Кошачий зеленый глаз зеркала сморгнул. …Летят. Строят из себя канареек ¬– одуванчики.


 

ОГНЕННЫЙ

 


Желтая морда. Это был бумажный хэллоуинский шар с подсветкой, а в него впечатаны как тигр полосаты глаза – и рот губной гармошкой! Впрочем, он был – оранжевым. Со свистом.

Я повесил его под люстрой. Чтобы свистел, орбиты являя, желтые морды бросая – мне на лицо.

Он бросался в бездны. Он был подарен ею.

Сквозь восковые атмосферы он являлся – то пенящимся пивом, то свечой.

На своей трапеции подзвездной он рдел хрустальной глыбой.

Но – верно – он мне бросал ее лицо в ответ, раскачиваясь.

Такой бумажный! Золотой.

 

А тени его движений – он ведь двоился, троился восторженному взгляду, – пылали как апельсины.


 

ГОРИЗОНТ ДЕРЕВНИ

 


Подсвечник о трех свечах. Подходит девочка – самая маленькая: «Я зажигаю эту свечу во имя Веры – чтобы все мы верили в Добро и старались быть добрыми друг к другу». Ее свеча – зеленая среди двух белых. Как елочка.

Подходит мальчик постарше: «Я зажигаю эту свечу [справа] во имя Любви – чтобы мы всегда помнили что любим друг друга». Вот подходит к столу с подсвечником девчушка – старшие классы – и зажигает свечу во имя Надежды, и зажигает лица присутствующих. В деревенской школе будущее – вопрос выживания. Поэтому они засветляют свечи. Синь пустующих полей обреченно опрокидывается на них.

Они растят детей как плечи – вдруг, будет возможность, и поднимут они эти поля, заселят тоскующую пустоту, которая подкрадывается вечерами к их домам. Там, конечно, разрастется лес (если не зальют бетоном), но они не мыслят леса без человека – ведь они люди, выросшие с лесом.

Позже я узнал, что некоторые дети из интерната. Теперь понятно, почему девочка – лет пяти – так свободно обнимала девочку в первом ряду: это было одно тесто, жизнь приучила быть шишкой на шее того, кто рядом. А того приучила к объятию. Шеи – и руки, руки – и шеи, из толпы собравшихся получалась цепочка, уходящая в горизонт

позади школы.

А в городе, из которого мы приехали на вечер, не было ничего. А как благодарили!.. И так плыл этот остров по России, а Россия плыла по миру, там была эта рисованная стенгазета с Пушкиным, и вопрос выживания плыл. Летел стайкою птиц над пронзительными полями.

Добавить коментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.

 Рейтинг статьи: 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.