Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Статьи
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
 
 
 

Запах литературы (заметки)

Гундарин Михаил 

Михаил ГУНДАРИН ЗАПАХ ЛИТЕРАТУРЫ (заметки)

Простой итог уходящего года: литература все более умаляется, сжимается до размеров какого-то бантустана в дальнем углу  социального ландшафта. Это началось давно, да; однако 2020 год дал нам особенно наглядную картину.

 

ИСТОЧНИК ОПТИМИЗМА

 

Ну, скажет на это иной честный оптимист или литературный делец, нашлись очередные могильщики! Литературу вон сколько лет хоронят, а ей хоть бы хны! Чувствует себя прекрасно! Прирастает! Пополняется!

Что, так-таки прекрасно? Прирастает? Правда, что ли?

Нам кажется, не замечать ухода литературы, искренне, или, обманывая себя, может либо тот, кто «посвятил себя без остатка», положил свою жизнь, и жизнь своих близких «на алтарь служения». А алтарь оказался надувным – да и сдулся. Либо карьерист, «царек горы», вождь литературной группировки, бенефициар (символический и не только) литературного (гм) Олимпа. Тут рассуждение известное: если  литературы нет, то какой же я после этого литературный капитан?

О, конечно, весь 2020 год выходили книги (пусть и в меньшем количестве, чем раньше). Писались стихи и проза (и прозостихи, и стихопроза и чего только еще не писалось). Издавались журналы. Раздавались премии (тут все без убытка). Кипели дискуссии (а этого стало даже больше).  Дискуссии, литературные дебаты всех мастей и уровней – у, как шумно! Как бодро!

Да, в отличии от литературы, наше писательское сообщество чувствует себя великолепно. Для бодрости, энергичности, позитива никакая литература писательскому сообществу, собственно, не нужна. Как и читательская аудитория, например. Да и литература не нужна в ее социальном значении – а то отвлекаться надо от разборок, писать, к тому же терпеть тех, кто выше тебя по всем меркам… А так гуляй на просторе!

 

ЦИФРЫ И ФАКТЫ

 

Итак, уход литературы продолжается  давно.  Нынешний год только последовал совету известного филолога и «падающего толкнул». В тяжелом кризисе оказалась последняя инстанция, связывающая литературы с социальной реальностью – книгоиздание и книжная торговля. Как пишет агентство Finam, изучавшее вопрос, «По данным Российского книжного союза, в 2020 году убытки издателей составят более 15 миллиардов рублей. Из-за закрытия книжных магазинов в марте и апреле убытки продавцов составили 3,6 млрд рублей. По данным книгоиздателей, которые приводит ТАСС, 82% издательств полностью перестали выпускать книги, в апреле-мае. В свою очередь, 43% отказались выпускать книги, запланированные на 2020 год. В мае представители Российского книжного союза расценивали ситуацию как «катастрофическую».

Еще данные – из бизнес-издания «Коммерсант» «На российский книжный рынок за первые три квартала выпущено 255 млн экземпляров книг – на 20% меньше, тогда как с 2014 он прирастал на 4–11% ежегодно. Сокращение в деньгах до 80 млрд руб. Падение самое сильное с 2008 года. На фоне девальвации рубля издатели подтверждают будущее подорожание книг. В России осталась только одна сеть федерального значения – «Читай-город–Буквоед». Если в 1990 году был один книжный на 17 тыс. человек, то в 2018 году – уже на 147 тыс. человек. Даже в Москве книжных на 100 тыс. человек в разы меньше, чем в Париже, Мадриде и Риме».

Мы даже не сомневаемся, что киты книгоиздания и книготорговли ситуацию намеренно драматизируют, чтобы, во-первых, выбить побольше денег у государства, а во-вторых, окончательно показать писателям фигу с маслом – не ждите, мол, ничего! Сами недоедаем, видите, что пишут.

Но тут дело в  тенденции – к дальнейшему обнищанию авторов, к сворачиванию широкомасштабных литературно-издательских проектов. Выживут (и слава Богу) небольшие издательства, небольшие, специализированные магазины, даже в провинции. То есть писательское сообществу «внутри» пострадает не очень (богачей тут единицы). Но из-за торжества локального, социальный  масштаб  литературы в очередной раз уменьшится.

Конечно, можно говорить о том, что стало выпускаться больше электронных книг, в том числе крупными издательствами, чего раньше в таком масштабе просто не было. Что платные мобильные приложения для чтения и онлайн-библиотеки, скорее всего, получат выгоду (как это очевидно в отношении онлайн-кинотеатров). Но писателям радоваться торжеству «электронного чтения» это все равно что киношникам в 60-х было радоваться торжеству телевидения. Телевидение (в широком смысле) со временем практически погубило кинопроизводство (из недавнего вспомним хотя бы торжество сериалов). Сериал – это не кинофильм, хоть и похож на него. Электронное чтение – не друг, а соперник традиционной письменной культуре.  На базе которой и возникла некогда литература как мощный социальный институт.

Возникла, а теперь исчезает.

ВРЕМЯ, НАЗАД

 

В период своего расцвета литература как социальный институт имела важнейшую функцию –  кодификацию не только культурных, но и социальных смыслов. Или, как писали в своей работе «Литература как социальный институт» (переиздана в нынешнем году, спасибо издательству НЛО) Лев Гудков и Борис Дубин, «Литература определяется... как социальный институт, основное функциональное значение которого...  в поддержании культурной идентичности общества (соответственно, в фиксации функционально специализированных форм и механизмов личностной, а тем самым и социальной идентичности)».

Очевидно, таким социальным институтом литература не будет уже никогда. Разве что – его осколком – в школьном преподавании. Да и то, судя по происходящему и готовящемуся в нашем среднем образовании, вряд ли. Но, полагаем, монументальные ряды Онегиных-Болконских в качестве образцов для «механизмов личностей» и не менее монументальные ряды их защитниц-учительниц еще продержатся.

Нам кажется, что в социальном смысле литература возвращается к давно пройденным рубежам. Например, ко времени Вольтера, когда, как пишут Гудков и Дубин, литература имела смысл: «1) сообщества «истинных» писателей, мир образованных и «достойных» и 2) письменной культуры, определяющей членство и поведение в этой «закрытой» группе избранных. «Литературе» в этих значениях противопоставлялась «публика». Тем самым очерчивались границы (социального) сообщества, причем понятие «литература» выступало символом коллективной идентичности группы, указывающей в семантике понятия на основание собственной авторитетности». 

То есть, литература как занятие «своих» и «для своих». Не кажется ли вам, что ровно это сейчас  и происходит?

А книжные бизнесмены, конечно, не пропадут. По данным агентства Finam, “После пандемии резко выросли продажи книг финансовой и инвестиционной тематики. Среди них: "Разумный инвестор" Бенджамина Грема, "Сам себе финансист" Анастасии Тарасовой и "Правила инвестирования Уоррена Баффета" Джереми Миллера. Все они вошли в разряд супербестселлеров». Можно добавить сюда, например, и многотысячные тиражи руководств по сдаче ЕГЭ.  По сути, книжный бизнес ОТВЯЗЫВАЕТСЯ от художественной литературы, да ит литературы вообще, впервые за несколько веков. Историческое событие! Мы должны признать это, иначе нам придется расширять рамки, признавать литературой и правила инвестирования, и тексты Моргенштерна, и сценарии сериалов, да и инструкцию к унитазу – все, что имеет отношение к тексту.

А впрочем, нечто подобное уже предлагается. Как пишет «Коммерсант»: «В США говорят о миграции из книжных в супермаркеты. «Оказывается, одно из лучших мест находится в пределах досягаемости от яиц, молока и подгузников. Иногда продажи книг росли в разы» (New York Times)». Впрочем, бывало в истории и такое. Сошлемся снова на работу Гудкова и Дубина: «на ранних стадиях, вплоть до XVIII в., понятие «литература» не содержало явного признака «эстетического», «художественного» или «искусственного». Доминирующими в представлениях о литературе были коммуникативные, а не содержательные элементы…. (Оттенки этого значения еще сохраняются в сравнительно позднем словосочетании – «литература и искусство».). То есть некогда  «литература» была комплексом ЛЮБЫХ текстов, совсем не обязательно относящихся к «изящной словесности», «искусству». Что, и ТАКОЕ нас ожидает?

Очень может быть. Уходящий год весьма подтолкнул нас к такой развязке. И перенесение центра тяжести в среду электронных КОММУНИКАЦИЙ – несомненно, признак социального обесценивания литературы.

Что же делать? Да то же, что и раньше. Делать вид, что ничего с литературой не происходит.  Делать свой профит на литературных развалинах (по грошику, по копеечке – глядь, уже рубль, плевать, что мародерский). Наконец, самозабвенно творить для Вечности.

Но все-таки лучше при этом отдавать себе отчет в происходящем. Не испытывать иллюзий и не требовать от социума и властей, что называется,  не по чину. 

Ну и быть оптимистом, а как же без этого! В конце концов,   «Литература не умерла, она просто так пахнет».

 

 

Добавить коментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.

 Рейтинг статьи:  6
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.