Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Статьи
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
 
 
 
Архив номеров

Главная» Архив номеров» 33 (бумажный)» Поэзия» Воздух (подборка стихов)

Воздух (подборка стихов)

Лабецкий Евгений 

Евгений ЛАБЕЦКИЙ ВОЗДУХ (из книги стихотворений)

 

ВОЗДУХ 1

 

Безумствуй и скорби.

Лови руками воздух,

бродя среди руин.

Ищи её, ищи –

в движении теней,

в неровных каплях воска,

застывших на свече.

И в пламени свечи.

 

Закаты над Невой.

Ахматовские чтенья.

Признание в любви.

Похмелье поутру.

Вечерним фонарям

не обрести значенья,

как нимба не иметь

помойному ведру.

 

По хлопанью дверей,

по запаху аптеки

я б этот мир узнал,

не открывая глаз.

В районном казино

устроил для потехи

стрельбу по зеркалам

заезжий водолаз.

 

Шевелит раб весло,

и движется галера.

Пассажи по утрам,

так просто, ни о чём.

Нелепая игра

свистеть в милиционера.

Печальная судьба

родиться кирпичом.

 

Аптека на углу

закрыта на просушку.

Безрадостный удел

попасться на крючок,

в окошко созерцать

небесную ватрушку

и в мусорном ведре

отыскивать бычок.

 

Стучаться в зеркала –

нелепая затея.

Родиться кирпичом –

печальная судьба.

Пурпурный макинтош

развратного злодея

пылится на плече

фонарного столба.

 

Как много перспектив!

Пивных и винных пробок

коллекцию собрать,

играть плаксивый блюз,

построить пентагон

из спичечных коробок

и в банке на окне

выращивать медуз.

 

И всё-таки, мой друг,

коль скоро скрип повозки,

везущей мертвецов,

ещё не различим

....................

....................

....................

....................

 

....................

....................

....................

....................

в движении теней,

в неровных каплях воска,

застывших на свече.

И в пламени свечи.

 

 

 

ДОКТОР ПЛЕЙШНЕР

 

Результат прописных идей,

сей поэзы герой фривольной

доктор Плейшнер – любил людей.

Но д-р Плейшнер им делал больно.

 

Я назвал бы это «выход к нулю».

Я б сказал, это жасмином по жести.

Я бы с дальней пристани махал кораблю.

Ты знаешь, сколько грации в подобном жесте?

 

Оставьте размышленья о красе ногтей

учёным педантам и глубоким экономам.

Д-р Плейшнер любил людей,

но д-р Плейшнер им делал больно.

 

Жизнь прекрасна – как камень с плеч.

Зрите блеск и тоску мгновенья!

Жизнь удобна как место встреч

и ослепительна, как муравейник.

 

Жёлтым глазом, что твой злодей,

смотрит бармен за стойкой «вольно».

Д-р Плейшнер любил людей,

но д-р Плейшнер им делал больно.

 

Ты можешь избегать распродажи интриг,

питаться углём и вырабатывать жемчуг.

Всецело обладать цитатами книг

и однажды выбрать одну из женщин.

 

Ты можешь умирать по команде «отбой»,

не кусать маляров и почти не материться,

по субботам заниматься хоровой стрельбой –

словом, соблюдать распорядок больницы.

 

Тогда доктор Плейшнер поймает тебя

и уколет шприцем шприцем шприцем шприцем

 

 

 

● ● ● ● ●

 

Осторожно и неслышно, чтоб никто не заметил.

Этот дождь на фоне города и чист и светел.

Стали тени над водою непосильной задачей.

Отнеси мои сомнения к разряду чудачеств.

 

Здесь за веру и безверие сажают на кол.

Упаси мою музыку от нотных знаков.

Тишину наполни шорохами в ночь полнолунья.

Распусти свои волосы и стань колдуньей.

 

Гонит ветер листья жёлтые по старому пляжу.

Я задобрю папиросами начальника стражи.

Мне привидится: кораблик отошёл от причала.

Я подумаю, что смерть – это только начало.

 

 

 

● ● ● ● ●

 

Всему свой час. Всему своё значенье.

Брадатый пахарь крепко держит плуг.

Палермо. Завтрак. Кофе и печенье.

В блаженном предвкушеньи приключений

спускается по ниточке паук.

 

А знаете, Мария,

я хотел

давно уже

прикончить это лето.

И так вот просто

прыгнуть с парапета.*

_____________________________

* Шестой закон перемещенья тел.

 

 

 

● ● ● ● ●

 

Мы дети пепла. Мы внуки травы.

Я знаю, что нам не сносить головы.

Я видел лицо городской молвы.

От стены к стене.

От Невы до Невы.

 

Я качусь по столу бильярдным котом.

Я дети пепла, но дело не в том.

Я живу под мостом, под горящим кустом,

осенённый двуперстным крестом.

 

Трепетный шорох крыла за плечом.

Двери апреля – звериным ключом.

Мы дети пепла, и мы ни при чём,

если кирпич наречён кирпичом.

 

Кто ходил по пруду? Кто вздыхал в темноте?

Кто оставил следы на стоячей воде?

Кто серебряных мошек ловил в бороде?

Мы дети пепла. Мы де.

 

 

● ● ● ● ●

 

Кошачьи взгляды в подъездах домов.

Оранжевые женщины на мутном стекле.

Это сентябрь.

Во мне просыпается кровь

царственных предков –

затхлая кровь мертвецов.

Я преуспеваю, объясняя любовь

механикой движения ржавых пружин.

Глупая птица бьёт по небу крылом.

 

Приятное чтение – газетный листок,

в который бакалейщик заворачивал снедь.

Но это было давно,

в далёкой другой стране.

Я уже не помню адреса, имена.

Я стою у стены.

Я застыл, как мишень.

 

Тому, кто пройдёт насквозь, не оставив след.

 

 

● ● ● ● ●

 

Не прельщайте ярким светом

мотылька крылатый прах.

Не смущайте сон Джульетты

с каплей яда на губах.

 

Если счастье невозможно

или нить не вдеть в иглу –

нужно очень осторожно

продвигаться по стеклу.

 

Эти звуки зыбки, хрупки,

тёплый шёпот в темноте.

Как цыплёнок без скорлупки.

Как рисунки на воде.

 

Словно, встав на спинку стула,

кто-то в белом сюртуке

чертит белые фигуры

на высоком потолке.

 

Быстро движутся планеты.

Ветер носит лёгкий прах.

Не тревожьте сон Джульетты

с каплей яда на губах.

 

 

 

● ● ● ● ●

 

Соловьиные трели,

и шорохи в гуще листвы.

Лягушачья капелла в пруду

исполняет свадебный марш.

Блеск луны.

Долговязые тени деревьев.

Зыбь на воде.

 

А вот городской пейзаж:

асфальт под ногами,

тысячи разных лиц,

дома и дома.

 

Я на кухню проник.

Я варю макароны в железном тазу.

 

Иногда…

 

 

 

● ● ● ● ●

 

Тихо, тихо, слышно даже –

парка ниточку прядёт.

Убежавший из-под стражи

лунной просекой бредёт.

 

Задевает ветки ёлок

бритой гладко головой.

Переходит водоём он,

зарастающий травой.

 

Чёрствый хлеб в его кошёлке.

Впрочем, даже хлеба нет.

Но полуночные ёлки

машут лапами вослед.

 

Утром хватятся пропажи –

ни привета, ни следа.

Убежавший из-под стражи

не вернётся никогда.

 

 

ДВА СТИХОТВОРЕНИЯ

 

1

Как быстро наступили холода.

 

2

Как быстро наступили холода.

По улице с неясным бормотаньем

позёмку ветер гонит никуда.

Заваленные снегом города

теряют постепенно очертанья.

 

По всей земле – молчанье и покой…

Но плед не греет зябнущие плечи.

Уничтожая собственной рукой

былой достаток, с лёгкою тоской,

кто чем богат, тот тем и топит печи.

 

Не думаем, сжигаем всё подряд:

кто скрипку, кто винтовку, кто ливрею,

а кто мундир, тяжёлый от наград.

Кладя в огонь последний циферблат,

замёрзший часовщик сжигает время.

 

Лёд отражает всполохи костров,

они слабы и тают в гиблой стыни.

Монахи жгут, за неименьем дров,

иконы вдохновенных мастеров

и рукописи ветхие святые.

 

Но этот холод непреодолим…

Горят портьеры, вешалки и платья.

Ваш клоун на лице сжигает грим.

Студёный град пылает перед ним,

и не слышны ни стоны, ни проклятья…

 

Всё прогорит. Зола не помнит зла.

Печной дымок в холодном небе тонет.

Земля застыла, призрачно бела.

И ангел греет струйками тепла

над миром распростёртые ладони.

 

 

 

ВОЗДУХ 2

 

… А завтра тебя разбудит

утро,

у которого запах

шкуры бизона,

навоза, медвежьего сала,

бобовой похлебки

и человека,

лежащего рядом с тобою.

 

Голые грязные дети

выползают из тесных вигвамов.

Они визжат,

увлечённо

кидая друг в друга глиной.

 

Женщина надевает

нехитрые украшенья

из перьев и волчьего когтя.

 

Мужчина,

два раза за ночь

ужаленный скорпионом,

ругается,

потирая

опухшую красную ногу.

 

Старуха с лицом дикобраза курит сушёные листья.

Холодное серое небо кажется неподвижным.

___

 

Ты хотел бы стать этим небом

над лесом и над долиной –

куда улетая грифы

превращаются в темные пятна?

 

Испугом маленькой белки,

горечью прелых листьев.

И резким, пронзительным криком

болотной цапли.

 

Слышишь, хрустнула ветка

под ногой антилопы –

и раздалось рычанье голодного ягуара.

 

Пора выходить на охоту –

чтобы не стать добычей.

___

 

Назови себя Шорох Ветра.

Назови себя Тень Койота.

Забудь своё прежнее имя –

и стрела попадёт в другого,

и колдун не напустит порчи.

 

Запомни запахи леса.

Запомни лесные звуки.

Научись ночевать в оврагах

и прятаться на деревьях.

Подобно змеиному следу,

теряться в песчаном каньоне.

 

Питайся кровью животных.

Питайся телами растений.

Но знай, что неслышно рядом

ходит Великий Охотник –

только пора настанет,

он метко метнёт тебе в темя

серебряным томагавком.

 

___

Большая Небесная Птица уставший и покрасневший

солнечный глаз закрывает и открывает лунный.

Ветер, весь день доносивший шум водопада,

стихает, и даже дети, притихнув, забираются

на мягкие шкуры. Женщина очищает остывший

котёл от нагара. Старуха с лицом дикобраза

курит сушёные листья. К огню подходит охотник.

Садится, молча снимает промокшие мокасины,

вешает над углями. И если сквозь тёплые струи

смотреть на людей и предметы, то станет ясно,

как зыбки их видимые оболочки: и лес, и вигвам,

и старуха с каждым выдохом сизого дыма –

превращаются в воздух

Добавить коментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.

 Рейтинг статьи:  5
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.