Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Тексты
Архив номеров
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
 
 
 
Статьи

Главная» Статьи» Критика и рецензии» Критика» Пепсиколлапсис Нау: новое откровение от Виктора Пелевина

Пепсиколлапсис Нау: новое откровение от Виктора Пелевина

Автор: Десятов Вячеслав  | 02.08.07

ПЕПСИКОЛЛАПСИС НАУ: НОВОЕ ОТКРОВЕНИЕ ОТ ВИКТОРА ПЕЛЕВИНА

Мыскажем бодро: “Здравствуй, племя
младое, как румяный персик,
нью дженерейшен, поколенье,
навеки выбравшее “Пепси”!

Тимур Кибиров

Своим новым романом “Generation П” Пелевин постарался закрепить успех предыдущего - “Чапаев и Пустота”. Место многомудрого товарища Чапаева в новой книге занял не менее мудрый товарищ Че, ещё один боец Фронта Полного и Окончательного Освобождения. Последняя глава “Generation П” называется “Туборг Мэн”: главный герой романа становится здесь персонажем рекламного клипа для пива “Туборг”. В предыдущем романе выбор между “Пепси” и пивом разрешался так же, Московские улицы там были завалены “огромным количеством пустых банок, свидетельствоваших о том, что новое поколение в своей массе выбирает всё-таки пиво” (гл.2).

Верен Пелевин и своим литературным ориентирам. Это по-прежнему Борхес (“Лотерея в Вавилоне”), Ф.Дик (“Убик”), В.Сорокин (“Dostoevsky-trip”), сам Достоевский, Дж.Оруэлл... Всех, впрочем, не перечислить. Новостью стал, пожалуй, лишь резкий сдвиг Пелевина в сторону лексикона Эдуарда Лимонова.

Что отразилось уже в самом названии пелевинской книги. С буквы “п” начинаются четыре слова более или менее хороших (пепси, пиво, Пелевин, Пустота) и одно нехорошее. Как раз это последнее слово превращается в имя (пепси-) коллективного апокалиптического зооморфного божества с пятью ногами. Персонаж Борхеса о названии пелевинского романа не преминул бы заявить глубокомысленно: “Произнесена первая буква Имени”.

Если “Палисандрия” Саши Соколова начинается с остановки времени, то в зачине “Generation П” постулируется смерть Вечности (т.е. исчезновение абсолютной и неизменной иерархической системы культурных ценностей). Оказывается, Вечность “могла существовать только на государственных дотациях - или, что то же самое, как нечто запрещённое государством”. Понимающий толк в водных процедурах Ихтиандр Обмокни высказался недавно на сей счет тоже вполне однозначно: “Что такое Вечность - это Лета...” Лета Господня - если слить в одну формулу во вкусе Пелевина две культурные традиции.

Главный герой романа Татарский мечтает стать властителем дум - Поэтом, но, осознав смерть вечности, становится властителем дум в другом качестве. В качестве рекламного копирайтера и криэйтора. Роман насыщен множеством юмористических проектов рекламных клипов - в таком, примерно, роде:

“Через поле идёт одинокий мужчина с длинными волосами, собранными сзади в хвостик. В одной руке у него гитара, в другой паникадило. Розовеющий небосклон пересекает косяк обнажённых женщин. Завидев их, мужчина начинает паниковать, размахивать вокруг себя паникадилом. Возникает надпись: “Всё напрасно. Одеколон “Мачо” пахнет сильнее”.

В рекламный бизнес Татарского вводит “его однокурсник по Литинституту Сергей Морковин. Когда-то он был одной из самых ярких личностей на курсе и сильно косил под Маяковского”. Оба выпускника Литинститута повторяют путь Владимира Владимировича: от Поэзии к Рекламе.

К концу романа выясняется, что Президент, депутаты Государственной Думы и прочие телегерои в действительности не существуют - всё это дело рук криэйторов-телекратов. “Репортажи” делаются так же, как мультики. Время от времени в программах криэйторов случаются сбои, и тогда наступает то, что они называют “критическими днями” - смена правительства и тому подобное. (Написан роман ещё до того, как кремлёвский Хрюша назначил Степашку премьер-министром.) Криэйторы создают некое тайное общество, обладающее неограниченной властью. Это, конечно, не совсем “Гилея”, но зато “Гильдия халдеев”. Многозначное слово “халдей” тут как нельзя более уместно.

Столь же многозначно имя Татарского - Вавилен (Вавилон плюс В.Аксёнов плюс В.И.Ленин). Очень характерное для Пелевина соединение злободневной современности с мифологической архаикой: вспомним ОМОНимичное имя заглавного героя первой повести писателя “ОМОН РА” (Отряд Милиции Особого Назначения плюс египетский бог Амон-Ра). В конце концов Татарский совершает восхождение на Вавилонскую телебашню и проникает в Золотую комнату (она же свидригайловская банька с пауками). Отныне он владыка Вавилона-мира, земной муж богини Иштар, полубог.

Вавилоном назван грешный земной мир в Откровении от Иоанна. “Время сдаётся, Пространство сдаётся”, - гласят форзацы книги Пелевина, и неясно, чего здесь больше: светопреставления или делового предложения. (Вау! Пространство сдаётся. Под офиС. Вау! Времени больше не будет! Только до конца года: секунда эфира - 999 долларов).

Библией “девяностеров” книга Пелевина станет едва ли, но, несомненно, найдёт себе место на полках ВАУвилонской библиотеки.

Что тоже, как подумаешь, немало.



Добавить комментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.