Ликбез - литературный альманах
Литбюро
Статьи
Архив номеров
Наши авторы
Форум
Новости
Контакты
Реклама
 
 
 
Тексты

Главная» Тексты» Поэзия» ПОЭМЫ И СТИХОТВОРНЫЕ ЦИКЛЫ» Три века русской поэзии (цмкл стихотворений)

Три века русской поэзии (цмкл стихотворений)

Автор: Гундарин Михаил  | 24.11.07
ТРИ ВЕКА РУССКОЙ ПОЭЗИИ

               Дмитрию Латышеву

                  1.

Утренний ветер - крутой рассол.
Жизнь отступила еще на дюйм.
Выбрав из двух регулярных зол
меньшее, стань как скала угрюм.

Что-то мотивчик знаком? А то!
Много читали мы разных книг.
Шилось три века мое пальто,
дольше выделывался воротник.

Больше предательства, чем игры
в бойком напеве Германских Альп.
Глянь на картинку: твои миры
новым мирам предлагают скальп

чудо-пророка с большой душой,
солнца-витии грядущих лет...
Это, товарищ мой, хорошо,
ты ведь и сам, как-никак, поэт.

Любит - не любит: пустая блажь!
Вспомнит - забудет: оставь вопрос!
Знаешь и сам, что не то отдашь
порой лишь за пригоршню папирос.

От героини таких стихов
странно требовать простоты -
так посреди заполярных мхов
булыжник уместнее, чем цветы.
 

                  2.

Чтобы купировать сей синдром
примем еще по сто грамм весны,
отправляясь на видеодром,
где оживают чужие сны.

Ангелы дожили до седин
времени ласкового, как нож.
Благоустроенный господин
более всех в эти спальни вхож.

Сильным паясничать ни к чему,
мастер иллюзий - один из нас.
Что невдомек болтуну-уму
видит легко безоружный глаз.

Что же он видит сквозь миражи,
переполняющие суму?
Видит ли, как исчезает жизнь,
не интересная никому?

Как, романтичнее, чем Пилат,
чем неживой Сальвадор Дали
приподнимается наш закат
и отрывается от земли.

Вот тебе Бог, ну а вот порог.
Не переступишь - сойдешь с ума.
Кончился век, да не вышел срок.
Всех ожидает одна тюрьма.

Пахнет золой золотой эфир,
глуше поет граммофон-Орфей.
Нам, пережившим войну и мир,
этот апрель всех живых живей.
 

                  3.

Золото мир затевает вновь.
Он беспристрастней к своим творцам.
В этой пустыне густеет кровь.
Джо говорит: "Веселей, пацан!

На горизонте город Багдад,
правит Багдадом багдадский вор.
Побереги-ка свой автомат,
мы расстреляем его в упор!"

А на Аляске Малыш и Смок
снова увидели тот же сон:
Лунный Рудник, золотой песок,
золото сосен со всех сторон.

Татуированный сгиб локтя...
Знающий все, ты не знаешь слов,
чтобы пройти этот путь шутя
до наступления холодов.

Здорово врет золотой компас,
тянет ко дну золотая сеть.
Море умрет в тридесятый раз,
мы постараемся уцелеть.

Американец! В твоих руках
Север стареет, как серый снег,
как забивающий ноздри прах,
как умирающий человек.

Нового века лукав завет -
наша реальность идет в расход.
Так почему же три сотни лет
мы поступали наоборот?

Не потому, что чужая стать,
и не затем, что не тот расклад.
Просто нам твердо хотелось знать,
кто из виновных не виноват!
 

                  4.

А все-таки жаль деревянных крыл,
всех механизмов Большой Войны.
Ну, например, Заводных Светил
и Генераторов Белизны.

Копий, Пронзающих Пустоту,
Пушек, Стреляющих По Воробьям...
Переступив, наконец, черту
и философствуя по краям

мы победили - о том и речь
- ночь-метафизику рваных ран.
Голову снявши с усталых плеч
не пропустить ли еще стакан

бизнес-эфира полночных круч,
видеоряда тугих зрачков.
Гиперболоид бросает луч
в гущу автобусных пятачков,

в самое детство, где нас с тобой
к бою готовили буквари,
в почву, грозившую стать судьбой
и оказаться у всех внутри.

Нам же хотелось уйти на дно
или укрыться в густой тени
не эротического кино,
так иронической болтовни,

в землю воткнуть свой усталый штык,
вывесить в небе свой белый флаг,
но, вопреки миллионам книг,
все получилось совсем не так.
 

                  5.

Принял пол-литра - и день не в счет,
спи под забором в пыли веков,
у воробьев принимай зачет
по истреблению мотыльков,

бабочек, мошек, жучков-зануд...
Ишь, как шныряют туда-сюда!
Сутки всего на земле живут,
хлоп - и отмучились навсегда.

Нам же - похмелье: хорей-халдей,
дактиль-мудактиль, сонет-минет,
словом, мешок золотых гвоздей,
а молотка под рукою нет.

Нежить-ирония прет дуром.
Будь поспокойнее, не робей,
перекрести ее топором!
Ты ведь и сам из крутых парней,

из настоящих птенцов гнезда
Тредиаковского и других,
не пожалевших огня и льда
даже на этот простецкий стих,

даже на эту кривую речь,
не испугавшую никого
не пожелавшую звук облечь
в неистребимое естество.

Ну а теперь поскорей усни -
золото бьется и в голубом -
сон и бессонницу обними
и позабудь обо всем.
 

                       1995

 



Добавить комментарий

Вы не можете добавлять комментарии. Авторизируйтесь на сайте, пожалуйста.
 
 
 
Создание и разработка сайта - Elantum Studios. © 2006-2012 Ликбез. Все права защищены. Материалы публикуются с разрешения авторов. Правовая оговорка.